Гномка - Диана Чайникова

- Во-первых, я не подвязался хранить их тайны. С нас никто и не додумался взять такое обещание, ведь мы ни с кем не общаемся, пока к нам не обращаются напрямую, - снова заржал киро, - заметь, за тысячи оноре ты – четвертое существо, которое с нами заговорило. Во-вторых, ты не гном, иначе бы я и общаться с тобой не стал.

- Почему ты так решил?

- Потому что чувствую твою иную сущность.

- Человеческую?

- Нет.

- В смысле нет? – Казалось, сил для удивления уже не было, но, видимо, мой лимит неисчерпаем.

- У тебя ее нет.

- Не поняла, - возмущение сменилось испугом. Я все-таки умерла?

- Ты есть, и тебя нет.

- Я умерла?

- Не думаю.

- А что со мной?

- Возможно, ты и есть следствие мутации? – Рассуждал конь.

- Сам ты мутация, - окончательно обиделась я.

- И я, - согласился Оу.

- В смысле и ты?

- А где ты видел коней с такой расцветкой и таким языком? Тем более говорящих?

Я похлопала киро по спине. Можно ли с уверенностью сделать вывод, что Даймерлио не обманывал меня? Даже если его осведомили о конечной цели, она не могла навредить гномам, и не касалась меня, выходит, он действительно просто желает помочь? А я уже придумала, что он пытается разузнать наши тайны, разжиться плодами экспериментов Ионны и проникнуть в земли гномов.

- И где, по предположениям, эпицентр возмущений? Где аномальная зона? Или как ее лучше назвать?

- Судя по всему, недалеко от владений гронгов или даже на их территории. В любом случае, это смежные, либо подведомственные им земли.

Я хмыкнула. Значит, все же проникнуть входило в задачу бойцов эльфийского отряда.

- Спасибо, Оу.

- Не за что, был рад помочь. Тебя оставить или покараулить, пока ты будешь рисовать?

Нередко он присоединялся ко мне и пасся неподалеку, не вмешиваясь в творческий процесс. Я согласно опустила голову, намекая на второе. Рисовать не хотелось, но ощущать поблизости разумное невраждебное существо было приятно и спокойно.

Я сняла с пояса прицепленный пряжкой небольшой планшет, размерами подобный записной книжке. Такие было удобно брать с собой, предполагая, что вдохновение может настигнуть неожиданно. У меня не было с собой красок, но был грифель, к счастью, уже придуманный и в этом мире. Почему бы и не порисовать? Порой это успокаивает лучше всяких сновидений и помогает привести мысли и чувства к единому знаменателю, не вызывая дисбаланса.

Я растянулась на поляне, бездумно глядя в звездное небо. Его и рисовала. Мягкими штришками светлые компоненты, а когда требовалось затемнение, рука привычно приобретала твердость.

Все вокруг истина, либо все иллюзорно. Я ни гном, ни человек, ни фантом, я – мутация. Возможно ли это? Если все вокруг иллюзия, то и я не существую. Либо я не мутация, а человек, и все вокруг – плод моего воображения. Десятки вариаций, не вносящих ясности. Может все не такое, каким кажется? Тогда я – человек в большей мере, чем все они? Духи гор – устаревшие боги, от которых отказались гавриды, придумав нечто более совершенное и прекрасное. Гавриды – новый подвид гномов, а Духи – иллюзия. Мои Видения – тоже иллюзия? Может их нет? И картин нет, а я всего лишь смотрю на небо и представляю, что сумела нарисовать его настолько реалистичным, что оно кажется настоящим? Я сверяла картину с оригиналом, убеждаясь в своей правоте. Я не могла быть настолько точной, используя всего лишь грифель одной мягкости. Я тонула в этом небе и плыла, убеждаясь, что мой рисунок – всего лишь небо. А существует ли небо на самом деле? Быть может небо тоже порождение моей фантазии, и я смогла бы при желании дотянуться рукой до месяца? Улыбнувшись, я сделала вид, что хватаюсь за его хвост и услышала далекое ржание киро. Он все же ускакал, бросив меня? Я оглянулась, увидев, как огромная лошадиная морда разглядывает меня с ужасом в своих нереальных анимешных глазищах.

- Возвращайся.

- Зачем? – Не поняла я.

- Тебя засасывает.

- Ты о чем?

- Твоя сущность… у тебя ее нет, тебя тут ничего не удерживает, и ты везде.

- Как ты витиевато объясняешься. Почему у тебя такое огромное лицо?

- Потому что ты глубоко погрузилась.

- Куда?

- В свою картину.

- О-о.

Оглянувшись, я увидела, что парю между звездами. Значит, я в иллюзии? И я – иллюзия? Снова вернулось блошиное войско заполошных мыслей, прихватив с собой головную боль.

- Успокойся, - пытался инструктировать сверху киро.

- Как? – нервно усмехнулась я. – И зачем? Я же не существую.

- Что за бред ты несешь? Конечно же, ты существуешь.

- Но у меня же нет сущности!

- У эльфов ее тоже нет, как и у Нагай.

- Но как? – Изумилась я, заинтересовавшись, и постепенно наблюдая уменьшающее лицо киро. Он рассказывал удивительные вещи, достойные того, чтобы их послушать поближе.

- Они не из этого мира, а сущности имеют только порождения этой земли. Это привязки, некие ограничения на действия. К примеру, гарэлья не дает гномам надолго покидать горы.

Я выдохнула, ухватив киро за уши и подтягиваясь. Тот не сопротивлялся, принимая роль якоря.

- Как я оказалась внутри рисунка?

- Это я тебе не смогу объяснить, но читал, что порой Творящие могут влиять на собственные творения. Хотя бывали и другие случаи, приводящие к помешательству.

- Какие же, - настороженно уточнила я.

- Когда творения влияли на создателей. Творящие слишком глубоко погружались в свои картины, находя их такими же прекрасными, как окружающий мир, или даже прекраснее мира, в котором они живут, и тогда это изделие принимало своего творца, становясь либо одушевленным, либо несгораемым, либо мыслящим. Так появляются удивительные артефакты.

- Не уверена, что хотела бы, чтобы мною восхищались, видя во мне артефакт.

Меня запоздало прошиб озноб. Я могла остаться жительницей искусственного неба, став такой же иллюзорной, как мое творение! А ведь я всего лишь иномирянин, поэтому я существую, хоть и не имею сущности.

Неужели тот гном, что создал ту картину, где до сих пор слышится прибой и пахнет морем, был тоже Творящим? Та комната точно необычная, но что произошло с творцом? Его поглотила эта картина, или он