Русалочка с Черешневой улицы - Катришка Трям (Кейт Андерсенн)

- Ну… встретила кое-кого…

- О-о, а вот это уже интересно, - прищурилась Нюрка и уселась на табурет.

Ничего не изменилось. Только Лиза съехала и “принцева” комната превратилась в гостиную. Да и они обе давно не студентки. А безнадежно взрослые и прожженные тетки.

Даша примостилась напротив. Вообще-то, её порядочно распирало, так что довольно сдерживаться.

- Упыря со скотчем помнишь?

Глаза Ани округлились.

- Да ладно!

- Вот-вот, и он мне тут такого рассказал… я даже не знаю…

- Постой, как ты его встретила? Он ведь тогда бульк, днем с огнем искали!

- Да и я о том - а у него теперь есть собственный бар, представь? Причём - один из восьми по разным городам. Сеть баров, выходит. Континенталь ему звонит запросто и заказывает банкеты... И он даже замок может купить, если захочет, так и сказал.

- Нехило! Вот тебе и упырь!

Это точно...

- Угадай, кстати, как бар называется. “Синий свитер”.

- Серьёзно?!.

- Я тоже была в ступоре… Он и носит такой же, как тогда… Может, заказывает их теперь партиями. Случайно на него в парке у школы наткнулась…Он мне наговорил, что они якобы из другого мира. Измерения. Или как это ещё назвать. Вне времени якобы живут.

Нюрка крякнула и испытывающе посмотрела на подругу. Чайник уже вовсю изрыгал пар, но кто на него тут обращал внимание?

- И..? Не говори мне, что ты повелась, Русалочка?

- Не знаю… Не похож этот ом"Брэ на людей, что лапшу любят вешать… Говорит, Омбре - это не Амбре, а от слова тень, и он вечно был в тени Эрика… А Эрик у нас не Солнцев, а Лучезарный… Хотя кто его, конечно, знает. Про Клер рассказал…

Аня демонстративно принюхалась.

- А ты, дорогуша, пила что-то в этом баре?

- Угу… - протянула Решка мечтательно. - Коктейль с компрометирующим названием… Даже два подряд...

Аня Берестова помахала ладонью перед лицом подруги.

- Алё, гараж! Тебя точно не опоил этот синий свитер?..

Решка расхохоталась.

- Честно - Нюр, я сама не понимаю. Ничего. Ни правда это или ложь, ни зачем я его встретила, ни чего я вообще хочу… Просто… знаешь, словно жизнь моя остановилась тогда и все эти годы её пожирала пыль, и всё было бессмысленно, а теперь вдруг снова колесо закрутилось… И снова будто бы всё возможно…

И ответы - не только в небе, из которого зимой иногда сыплется снег.

- Что возможно?.. - протянула скептичная Нюрка. - Вот писать она перестала, а всю эту идеальную дурь из головы так и не выбило! Хоть за клавиатуру садись и текстом тебя записывай!

- Ну, я не знаю, что… Не просто ведь так я его встретила. Он точно что-то знает…

Аня резко встала, выключила чайник, разлила кипяток по чашкам, бросила чайные пакетики. Но долго молчать не выдержала:

- И что ты будешь делать? Выслеживать парня, который тебя бросил?

- А что, если не бросил? Если его заставили? Если ему помощь нужна?

- Прошло семь лет, даже если, уже поздно - поверь. У него уже дети наверняка.

- Вот же Нюрка, не полные семь лет ещё! - воскликнула Даша. - Да и если продолжу жить в пыли, я ж себя живьём похороню, ты прекрасно знаешь. Где твоя авантюрная жилка, вообще? Менеджмент съел?

Берестова засмеялась и пригубила чай с ложечки.

- Моя авантюрная жилка говорит, что надо бы заявиться в этот “Синий свитер”. Хочу посмотреть на это всё. А потом выдам вердикт. Вставай, пошли.

- Сейчас?!.

- А что? Пятница, вечер - самое время потусить. Оденься-ка не по-учительски, а как в прошлом - сказочно и прочее. Коль хотим свитера разговорить, надо быть во всеоружии.

- Но я...

- Опять сочинения будешь проверять и мандариновый чаек попивать под "Таверну" свою? Без разговоров, Русалочка, пришла пора стариной тряхнуть!

* * *

В “Синем свитере” ничего за эти несколько часов не изменилось - окон в помещении, оказывается, вовсе не наблюдалось. Над барной стойкой - сверкающее королевство стекла. Посетителей, правда, сделалось намного больше - практически что толпа. Да и музыка с джаза и ретро сошла на рок. Но всё равно… уютно. Хоть одновременно и хочется бежать прочь.

Даша неуверенно повела плечами - в этом красном платье она почти никуда не выходила, но любила его всею душой, и что могло подойти лучше. Чуть подкрученные Нюркой локоны уложила шпильками. Сама Берестова не отставала: блестящее платье-футляр, яркий макияж, гладкая причёска… Куда делись студенческие времена, теперь они обе - леди. Аня ориентировалась как рыба в воде.

- Симпатичное местечко, и как это я о нём не слыхала… Идём, подруга, займём столик для начала, а там и оглядимся, - Берестова потянула Стрельцову под локоть вглубь бара, и вдруг воскликнула: - О, лопни мои глаза, это ж Тёма! Тёма Арестов! Кого я вижу!

- Он с Катей расстался, если что, - сообщила Даша подруге, уже устремившейся в сторону их бывшего однокашника.

А то Нюрка наломает дров сейчас, а когда тебя бросают - это тяжко, она-то знает...

- Эх, одни несчастные тут со мной… - рассмеялась Аня, качая головой.

- Да нет, у них все конкретно и с точками над “и”, не так туманно, как у меня. Она просто ушла и сказала, что у неё другой. Вроде, замуж скоро выходит.

- Бедняга… - сочувственно протянула Анька и протиснулась к столику парня: - Привет, Тёмыч!

Тот не слишком изменился - всё так же стригся под машинку и напяливал серый свитшот; разве что в уголках глаз скопилось прилично так грусти.

- Какие люди! - вскочил Арестов, едва не опрокинув стул и бросился обниматься. - Нюрка, Решка! Вы-то тут как?

Даша поморщилась - никогда не любила и не понимала эту студенческую церемонию обниматься и целоваться в обе щеки, но так уж надо, коли кому рад. А Тёмке она была рада, сто лет не виделись. Едва ли не с того памятного квартирника. Потом она в академ канула, чтобы... неважно, а он позже с Катей в столицу переехал да и расстался едва ли не сразу, слухи ходили.

- Пришли разнюхать что тут да как, а на тебя наткнулись, - деловито сообщила Аня. - Сам-то как? Решка говорит, вы с Катькой - кранты?

- Эх, девочки, кранты, так кранты... Вернулся вот и на доктора замахнулся,