Дикорожденный - Перри Торани

Неужели биологическое сканирование ошиблось? Неужели человек заразил его? Или это было последнее предупреждение отвести от нее взгляд, иначе его сердце разорвется?

— Хорошо, — сказал он необъяснимо хриплым голосом.

Она улыбнулась ему. Почему она раздавала свои улыбки так легко?

— Все солдаты из вашего мира умеют шить?

— Нет. Моя мать учить меня.

Его челюсти сжались. Что-то в том, как он спряг глагол, казалось неправильным, но он не мог сосредоточиться ни на чем, кроме Норы.

— Мне попробовать в них пройтись? — Она протянула руку, пошевелив пальцами.

Какое-то воспоминание зашевелилось в его голове.

Словно вспомнив что-то, Нора отдернула руку.

— Ох, прости! Ты сказал: никаких прикосновений.

Айрик поймал ее за руку — причем голой рукой, не меньше — и рывком поднял на ноги.

— Пробуй их.

Тихий звук вырвался из ее груди; она смотрела на него сквозь волосы, упавшие ей на глаза. Должно быть, она сочла его ненормальным.

— Иди. — Снова прибегнув к приказу.

Не говоря ни слова, она сделала несколько прихрамывающих шагов вниз по трапу и затем вернулась.

— Они идеальны, — сказала она, поворачивая ступни то так, то эдак.

Он издал грубое подтверждение. Если именно так она принимает подарки, возможно, ему стоит собрать достаточно материалов, чтобы сделать для нее что-нибудь еще.

Ее взгляд снова обратился к нему, сияя искренностью.

— Когда ты вернетешься домой, тебе стоит рассказать маме, что ты сшил обувь для человека и что она в восторге от нее. — Ее щеки снова порозовели. — Спасибо тебе, Айрик.

С тем же успехом она могла бы ударить его топором, расколов ему грудь. Как же отчаянно ему хотелось верить, что сказанное ею когда-нибудь сможет стать правдой.

Он закинул меч за спину, где тот прикрепился к костюму. Его вес показался тяжелее обычного. Моразиры не шьют обувь для людей. Для человека, который должен был быть мертв… если бы он следовал протоколу.

— Идем, Нора, — сказал он, сгоняя ее вниз по трапу. — Это долгий путь до твоего корабля, а ты медленная.

Глава 18

АЙРИК

Нора шла, опустив голову, пока они направлялись к скалистой стене обрыва, вздрагивая при каждом шаге на левую ногу. Человек испытывала боль и ни за что бы в этом не призналась.

— Возьми, — сказал Айрик, предлагая свою руку. — Так быстрее.

Она облизала губу своим маленьким розовым язычком, переводя взгляд со сгиба его локтя на свои ноги.

Ее пальцы обхватили его руку. Костюм — с мучительной точностью — передал жар ее тела его коже. Желудок сжался от тревожной реакции, которую, как он думал, он оставил в звездных полях много лет назад.

Она вибрировала от эмоции, которую он не мог определить, непроизвольно потирая пальцем нижнюю губу. Опасение, а может, и страх. И, что еще хуже, тревожная покорность судьбе, которую он для нее решил.

Он почувствовал, как ее пальцы сжали его руку.

Нора посмотрела на него; ее золотистая кожа побледнела.

— Почему я не слышу волн?

— Слишком маленькие, чтобы слышать. — Он слегка наклонился, чтобы ей было удобнее держаться. — Океан спокоен.

Он указал на закругленный портал, высеченный в скале далеко впереди.

— Увидишь, когда мы доберемся туда.

— Окей, — тихо сказала она.

Дорога заняла у них в четыре раза больше времени, чем если бы он шел один. Особый вид пытки — поддерживать ее, чувствовать ее и не говорить с ней. Она дрожала.

Неприкосновенный. Неплененный. Непокоренный. Ты не можешь заботиться о ней, не нарушая своих клятв. Для вас обоих будет лучше оставаться порознь.

Как только они достигли скалы, Айрик помог ей устоять на ногах, а затем выскользнул из-под ее руки, поспешив к порталу. Ему нужно было пространство, иначе казалось, что его рука будет вечно хранить ее тепло.

Она издала звук непонимания, но осталась там, где он ее оставил. Полуденные солнца освещали ее волосы, и ему пришлось отвернуться, иначе он рисковал потерять те крохи рассудка, что у него еще оставались.

Вниз по холму вели крутые ступени, которые раньше не казались такими пугающими, но с Норой этот спуск был невозможен. Он вздохнул, бросив взгляд на океан, прежде чем повернуться обратно.

Ужас пронзил его насквозь.

Глаза Норы остекленели, словно разум покинул ее, оставив лишь пустую оболочку. Она смотрела сквозь портал на воду пустым, невидящим взглядом.

— Нора?

Она моргнула, кожа покрылась испариной.

— Мне… мне просто нужна минутка. Я…

Небольшая волна разбилась о пляж — едва ли больше, чем всплеск.

Но этого оказалось достаточно, чтобы она крепко зажмурилась и отшатнулась назад. Она упала на задницу, ее лицо исказилось от боли.

Осознание ударило Айрика, как кувалда по голове.

— Нора? Это из-за океана? Ты… боишься его?

Она издала сдавленный звук.

— Я-я в порядке.

Он зарычал. Этого подтверждения было достаточно. По какой-то причине океан приводил этого человека в ужас. Он обул ее ноги, и она, зная, куда он собирается ее вести, улыбнулась и сказала «Спасибо» — слово благодарности.

Глупый человек, — подумал он, злясь на себя за то, что не заметил этого раньше.

В голове промелькнул образ ее мертвого и изломанного тела. Изуродованного до неузнаваемости после нападения животного. Или, что еще хуже, задыхающейся после отравления кудрой, беспомощно смотрящей на него своими большими карими глазами. Отчаянно молящей о помощи, которую он не сможет ей оказать.

Прошло много времени с тех пор, как его тело по-настоящему принадлежало ему. Вейнари крепко держали под контролем каждый аспект его существования. Но избежать страданий, наблюдая за смертью Норы, было полностью в его власти.

Он бережно убрал волосы с ее глаз кончиком пальца в перчатке.

— Я понесу тебя.

Она встала, слабо улыбнувшись ему, пока не заметила повязку на его руке.

— Я буду в порядке. Знаешь, это ведь даже не тот самый океан.

— Не тот же океан, что и что?

Не отрывая взгляда от его перебинтованной руки, она выпрямилась.

— Неважно. Я готова идти. Спасибо, что дал мне минутку.

Она всё еще дрожала. Это была не просто человеческая склонность к страху, а боль, въевшаяся в кости, намертво связанная с воспоминаниями.

— Нам пора, — сказала Нора. — Хочу посмотреть, что осталось от челнока. — Не дожидаясь его, она опустила голову и попыталась сделать шаг вниз.

Он поймал ее за косу, дернув один раз, чтобы остановить.

— Какого хера…

Ухватив ее за воротник, он потянул ее назад и прижал к скале. Она ахнула, ее щеки вспыхнули.

Он замер на секунду, сбитый с толку ее реакцией и напряжением, нарастающим внизу живота от ее внезапной покорности.

Ей это нравится? Должно быть. Иначе зачем ей