Кости - К. Л. Спир

— Почему нет? — он настаивал.

— Ты сделал все, что мог. — Слова, произносимые шепотом, вырывались из меня. — А я не смогла сделать достаточно.

— Боунс, — от того, как нежно он произнес мое имя, у меня округлились глаза, — может, ты и обладаешь невероятная силой, но ты все еще человек. У тебя есть пределы.

— Никогда не будет достаточно, — как только я произнесла эти слова, мне захотелось взять их обратно.

— А что было бы достаточно? — медленно спросил он, изучая меня.

Я с трудом сглотнула. Мы приближались к опасной черте.

— Я хочу встать, — сказала я, меняя тему.

Он поколебался, но затем кивнул.

— Хорошо, только не торопись.

Я села и поняла, что Сэм, должно быть, ушел. В лечебнице остались только мы вдвоем. Я нахмурилась, в моей голове всплыли смутные воспоминания.

— Мак был здесь?

— Да, раньше, — ответил Трей. — А что?

Мои глаза сузились.

— Я несла какую-то чушь?

Вина мелькнула на его лице, а глаза расширились.

— Нет.

Это была настолько очевидная ложь, что я чуть не рассмеялась, но тот факт, что он солгал, ясно дал понять, что я сказала что-то, чему не была бы рада. Я уставилась на него, разрываясь между желанием потребовать, чтобы он рассказал мне, и желанием притвориться, что этого никогда не было.

— Давай, — сказал он, поднимаясь на ноги и протягивая руки. — Держу пари, ты почувствуешь себя лучше, если подышишь свежим воздухом.

Я знала, что он хотел отвлечь меня, и это было довольно приятно. Я протянула ему руки, позволяя поднять меня. От меня не ускользнуло радостное удивление, промелькнувшее на его лице, но комната закружилась, когда я встала, и я крепче сжала его руки, вместо того чтобы отпустить.

— Кружится голова? — спросил он.

— Ага.

— Скажи, когда это пройдет, — сказал он, держа меня за руки и ожидая.

— Я в порядке, — сказала я после того, комната остановилась.

Он отпустил мои руки, но только для того, чтобы взять меня под руку. Я напряглась, что заставило его остановиться, но я не отстранилась. Через несколько секунд он начал медленно идти, протянув руку, чтобы открыть дверь лечебницы, и я пошла с ним.

— Который час? — спросила я.

— Время звонка к ужину.

Заходящее солнце окрасило небо в темно-оранжевый цвет и я нахмурилась, когда мы вышли на улицу. Я была без сознания около двенадцати часов. Если Трей был прав и это случалось каждый раз, когда я тратила всю свою силу, мне придется быть осторожной.

В воздухе все еще пахло дымом и горелым деревом.

— Пожар потушен?

— Да, — вздохнул он. — Хотя мы потеряли около половины домов в трущобах.

— Что будет с теми людьми, которые потеряли свои дома? — Спросила я, чувствуя себя неловко.

— То же самое, что происходит всякий раз, когда происходит какое-то стихийное бедствие, — сказал Трей, и в его голосе прозвучали мрачные нотки. — Мадам ни хрена не сделает, а остальные будут собирать материалы и помогать им восстановливать дома.

Так много вопросов крутилось у меня в голове. Я хотела спросить его, как он мог работать на Мадам, как он оправдывал то, что она делала, и почему он остался здесь, в Убежище.

Вместо этого я держала рот на замке.

Даже если бы я лично не видела, что Мадам делала с людьми в той ужасной комнате-подземелье, я слышала достаточно обрывков разговоров, что бы понять — назревает смута. У меня уже был большой опыт такого рода, и если я хотела выжить, мне нужно было просто не высовываться и держаться подальше от всего этого.

Выжить, согласился Вольф, напугав меня. В последнее время он был тих.

— Сколько людей погибло? — спросила я.

— Семь. — Свободная рука Трея поднялась, легла поверх моей ладони на его предплечье и сжала. — Наверное, было бы втрое больше, если бы тебя здесь не было.

Чувство вины смешалось с чем-то мягким и теплым в моей груди.

— Но мы больше не будем говорить о пожаре. Мы займемся кое-чем другим.

— Чем? — Осторожно спросила я.

— Вот увидишь, — сказал он с усмешкой.

Я поняла, что мы направляемся к амбару. Холодок страха пробежал по телу. Я знала, что нельзя слепо следовать за мужчиной в уединенное место. Трей отпустил мою руку, чтобы открыть большие двери, а затем втащил меня внутрь. Даже когда Вольф рычал предупреждения в моей голове, мои ноги следовали за ним, но мое тело так напряглось, что, когда Трей повернулся ко мне, я вздрогнула. Он помолчал, в замешательстве изучая мое лицо.

— Ты в порядке? — спросил он.

Я кивнула, но он нахмурился.

— На сеновале есть гнездо с котятами, — объяснил он. — Хочешь посмотреть на них?

На мгновение меня охватило удивление и что-то невыносимо нежное. Котята. Он хотел показать мне котят.

Я снова кивнула, не решаясь заговорить.

— Ладно, ты оставайся здесь, а я принесу парочку. — Он ухмыльнулся, и от его тепла я почувствовала себя еще более неуверенной.

Я подождала, пока он исчезнет за лестницей. В амбаре пахло овсом и животными, но это не было неприятно. Инструменты и различное оборудование аккуратно стояли вдоль стен. Трей выругался где-то надо мной.

— Трей?

— Я в порядке. Просто этот малыш сильно кусается. — Он легко спустился по лесенке, улыбаясь, несмотря на то, что держал по котенку в каждой руке. — Напоминает мне кое-кого, кого я знаю.

Я нахмурилась, и его ухмылка стала шире.

— Ты хочешь кусачего малыша или сонного? — спросил он, подходя ко мне.

Я протянула руку и забрала у него малыша. Теперь мне нужно было кое-что доказать. У котенка были серые полоски, и он зашипел, когда я взяла его. Он уставился на меня голубыми глазами, оскалив зубы и зарычав. Я положила его себе на грудь прямо над сердцем и прикрыла рукавом, чтобы он не чувствовал себя таким незащищенным. Трей поднял брови, когда котенок затих.

— Ты используешь свои способности? — Игриво обвинил он.

— Нет, — возмутилась я. — Он просто напуган. Нужно дать ему место, где он будет чувствовать себя в безопасности.

— Хммм, — промычал Трей, уголок его рта дернулся вверх.

— Что?

— Ничего. — Он ухмыльнулся.

— Что? — Я уставилась на него.

— Просто хороший совет, — сказал он, его усмешка смягчилась, превратившись во что-то такое, от чего в моей груди пробудились нежные и пугающие чувства.

Мое сердце забилось быстрее, а щеки запылали.

— Никогда бы не подумал, что ты тайная укротительница диких котят.

— Его не нужно приручать, — парировала я. — Ему просто нужно знать, что ты не причинишь ему вреда.

Боги, эта улыбка.

— Ты права, — пробормотал он.

Если он не перестанет смотреть на меня