Кавказец. Он ненавидит меня, а я... - Ксюша Иванова

— Нет, Лена, она не больна. С ней всё в порядке, — по-свойски, так, словно они ровестники, отвечает вместо меня Эрик. — Устала просто. Много занимается. Да и смерть отца нас всех немного... подкосила.

Теперь мой задумчивый взгляд останавливается на брате.

Мы ведь одного возраста с ним. Но мне кажется сейчас, что он лет на десять старше.

Взгляд у Эрика тяжёлый, нахмуренный. Он ничего не ест. Просто сидит, развалившись на стуле, как будто он тут — хозяин жизни и от его слова будет зависеть всё на свете.

— Ой, а у нас так сложилось, что Дениску распределили в Великобританию! Представляете, какая радость? Будет сначала помощником посла, а там, глядишь, и... Но не будем загадывать! Правда, Дениска?

— Да, мам, не будем, чтобы не сглазить, — он суеверно трижды плюет себе через плечо.

И мне кажется, я со своего места вижу, как летят в разные стороны капельки его слюны.

— Так вот, — продолжает тётя Лена. — Времени на свадьбу у нас, собственно, уже и нет. Дениске в понедельник улетать надо. А когда вернется, неизвестно. Только вот... У нас, в общем, — обмениваются с Дениской быстрыми взглядами. — Был другой вариант...

Вариант — это они про другую девушку, что ли?

Это унизительно. В другой момент я бы просто встала и ушла. Но... Собственно, теперь мне не привыкать к унижениям. Один насильно женился, чтобы получить состояние отца. Второй — вот, потому собирается жениться, что ему какая-то другая, более перспективная теперь, чем София Москвина, девушка, отказала!

Но я заставляю себя сидеть и слушать.

Нет, дело вовсе не в том, что я собираюсь согласиться. Мне просто обязательно нужно досмотреть этот фарс, называемый "помолвкой" до конца, чтобы понимать всю степень цинизма моих родственников.

А так-то... У меня уже собраны сумки, собраны все заначки, в том числе сняты деньги, которые мне прислал Гад. Он не обманул. Перевёл приличную сумму, которой мне точно хватит на пару месяцев.

А там, можно будет больше и на брать эти деньги у него, если будет слать ежемесячно, как и обещал. А сейчас... Сейчас мне они нужны. Да и он теперь точно не обедняет.

— Но там не получилось, — тётя Лена взмахивает в воздухе рукой, как будто отгоняет надоедливую муху. — Да и Дениске всегда нравилась Злата. Правда, Дениска?

— Да, Злата мне всегда нравилась, — Дениска неловко подмигивает мне через очки. — И я ей. Да, Злат?

— Ещё бы! Такой жених перспективный, — усмехаюсь я.

Получаю под столом толчок по ноге от Эрика и его предостерегающий взгляд.

А до того, как пришли "гости", я получила от Эрика еще и наставления в угрожающей форме о том, как себя нужно будет вести и что говорить...

— Ну, что, раз мы поняли друг друга и всех все устраивает, предлагаю перейти к обсуждению насущных вопросов, — начинает мать, явно собираясь коснуться темы денег.

— Позвольте одну ма-а-аленькую ремарку, — поднимаю руку, как в школе.

Все в недоумении смотрят на меня, как будто вообще не ожидали, что я что-то там скажу.

Встаю из-за стола.

— Дениска, сынок, как ты планируешь на мне жениться, если я мало того, что уже замужем за другим мужиком, так еще и беременна от него? А?

Нет, и то и другое — неправда.

Наш с Гадом брак расторгнут. Свидетельство об этом он мне прислал на почту.

Да и... никакой беременности тоже нет.

Но ради того, чтобы видеть выражения их лиц, я готова врать хоть каждый день!

Ну, что? Переходим к третьему акту Марлезонского балета?

50 глава. Спокойной ночи

Мне бы еще выпить! Потому что по мере приближения к спальне, градусы, влитые внутрь, поразительно быстро испаряются.

Но я уговариваю себя этого не делать. Мозг еще пытается выполнять свои непосредственные функции. И кое-что понимает.

Мне никак нельзя обидеть Далилу. Даже в постели. Тем более в постели.

И не потому, что её отец оторвет мне голову.

Мне уже ничего не страшно. И за голову не страшно тоже.

А потому, что... я не хочу, чтобы еще одна женщина страдала из-за мужчины! Я не хочу больше ненавидеть кого-то. И любить никого не хочу.

Я хочу вернуться в свою спокойную, веселую жизнь, которая еще недавно у меня была. Но это, конечно, невозможно.

А раз это невозможно, значит, я хочу просто выжечь всё внутри! Чтобы не болело! Чтобы не казалось неправильным то, что я собираюсь сделать сейчас!

Но, сука!!! Я чувствую себя предателем! Как будто собираюсь изменить жене или бросить любимую! И мне заранее мерзко от себя самого.

Входим в комнату.

Далила запирает дверь.

Стою, как истукан, посередине комнаты, не зная, что дальше делать. Как будто это не она — неискушенная девственница, а я!

Далила обходит меня вокруг, становится впереди и, положив ладони мне на грудь, говорит:

— Ханифа сказала, что сначала мужчину нужно раздеть...

Ханифа, похоже, дала полную и подробную инструкцию, как и что делать. Наверное, я бы предпочёл, чтобы это сделал старый добрый интернет, но что имеем, то имеем...

— Раздевай, — подавив тяжёлый вздох, разрешаю я.

В комнате темно. Только неяркий свет из окна едва-едва освещает всё вокруг.

Но я все равно закрываю глаза, когда её пальцы начинают вытаскивать пуговицы из петлиц.

Потому что... Потому что в голову приходит спасительная идея! Можно ведь попытаться представить на месте Далилы Злату!

От мысли, что это пальчики Златы сейчас задевают мою кожу там, где торопливо расстегивают пуговицы, меня обваривает горячей волной.

И тело, наконец, реагирует правильным образом.

Ну, вот и хорошо. Главное, продолжать в том же духе!

Далила распахивает на мне рубашку.

И я чувствую, как её горячее дыхание скользит по моей шее, по ключице. Касается груди.

Это приятно. И когда её губы несмело трогают мою кожу, приятно тоже.

Прижимается ко мне всем телом, пытаясь целовать.

Едва сдержав себя, чтобы не отшатнуться, обнимаю её и целую.

И это совсем другой вкус! И запах! И вообще совсем другие ощущения!

И все мои рецепторы буквально сходят с ума, посылая в мозг панические сигналы о том, что не то, не та! Член предательски падает.

Блять! Сука! Да, Злата это! Злата! Что ж теперь совсем не трахаться до конца жизни, что ли, если не с ней?

Я пытаюсь отключиться, просто отрешиться от ситуации. Пытаюсь как-то автоматически действовать.

Заставляю себя расслабиться и вместе с ней двигаться в сторону кровати.

Возле кровати, подталкиваю её, чтобы легла.

Но она неожиданно сопротивляется.

— Нужно раздеться...

— Ханифа