Кавказец. Он ненавидит меня, а я... - Ксюша Иванова

Какая тебе, Амир, собственно, разница? Что тебе за дело до того, что там напридумывала себе на твой счёт эта девушка? Из какого расчёта она исходит? Просто будь добр, возьми то, что тебе так усиленно предлагают, а там, может, как-то все и наладится со временем...

— Нет, я сама решила.

Ладно. Раздеваюсь.

Она раздевается тоже.

Это происходит как-то слишком быстро — просто сдергивает через голову ночную рубашку и снимает трусики.

Видимо, это тоже Ханифа посоветовала — встречать мужа в постели в одном белье.

— Ложись на кровать, — говорю ей.

Сбросив свои вещи прямо на пол, я вместо того, чтобы спешить в постель к жене, стою и всерьез думаю о том, а не сходить ли мне сначала в душ!

Блять! Мысленно отвешиваю себе оплеуху! Давай уже, закончи начатое, да и всё!

Выдохнув, ложусь рядом.

Укрываю нас одеялом.

Обнимаю её.

Она с готовностью обнимает в ответ.

Так и лежим в обнимку.

Это даже немного приятно.

Она легонько поглаживает мое плечо и дышит мне в шею.

— Далила, — слышу свой голос как будто со стороны. — Прости меня. Ты очень красивая и умная девушка. Ты замечательная. И любой нормальный человек был бы счастлив иметь такую жену, как ты...

— Но ты меня не любишь, — грустно шепчет она.

Да. Не люблю.

— Может быть, потом, со временем? — с надеждой спрашивает она.

Я бы тоже очень этого хотел. Очень.

— Я не знаю.

— Отец все равно не позволит нам развестись...

Да. Это я знаю.

— И отец говорит, что мы должны сделать... детей...

Это я знаю тоже.

— Давай, мы просто не будем спешить, ладно? Попробуем подружиться. Будем ночевать в одной постели. И всё со временем получится...

Я ведь правильно говорю сейчас? Ведь правильно же?

Почему же тогда так тошно на душе?!

— Да, хорошо! — её голосок звучит радостно и на мгновение мне даже становится немного легче. Потому что... Ну, хоть её не обидел...

— Спокойной ночи...

51 глава. Последний шанс

— Эй, Москвина! Тебе просили передать вот это, — одногруппник Олег Чагин сует мне в руки букет цветов и весело подмигивает. — А еще то, что даритель ждет тебя на стоянке.

Прижимая к себе цветы, неловко роняю на пол рюкзак. Забываю даже, что нужно поблагодарить! Мне кажется, я теряю дар речи и способность мыслить заодно!

— Златка, у тебя такой вид, как будто в обморок сейчас свалишься! — угорает Чагин, помогая поднять.

"Амир!!!" — дурным голосом вопит во мне глупая девчонка, которая все еще верит в чудеса.

Ну, кто еще мог мне подарить цветы?

Хотя... С чего бы вдруг? Да и ты, Златочка, так прям уверена, что это он, как будто Темирханов тебя задаривал цветами!

Но некому больше. Просто некому!

Я очень стараюсь не бежать к остановке! Очень!

Но ноги невольно переходят на торопливый шаг, граничащий с бегом. И я несусь, как дурочка, по коридорам универа, врезаясь в других студентов и боясь, что он может меня не дождаться и уехать!

Он женат, Злата!

Я помню, да.

Но сердце шепчет, что даже этот факт для меня значит меньше, чем то, что он приехал ко мне!

Он использовал тебя, Злата!

Но глупая дурочка, которая живёт в моих мозгах, шепчет в унисон с сердцем, что он использовал, да, но вдруг потом... влюбился? Вдруг влюбился также, как я в него?

Ведь было же это всё с нами, правда? Ведь было же? Те обжигающие поцелуи. Те разговоры. То ощущение счастья в его объятиях!

Не могла же я все это чувствовать одна?

Не могла!

Раз он здесь и вот... Передал мне цветы!

Помнится, я не верила, что бывают те самые бабочки, о которых пишут в книгах! И даже смеялась над этим образом, считала это глупостью.

А теперь во мне самой словно порхает что-то внутри, задевая лёгкими перышками сердце и душу, щекочет и заставляет растягиваться в улыбке губы.

Перед поворотом за угол универа, туда, где находится парковка, останавливаюсь и медленно выдыхаю.

Очень хочется, чтобы он увидел меня красивой и спокойной, а лучше даже равнодушной, но никак не такой вот взбудораженной и восторженной!

Поворачиваю.

Народу на парковке немного.

И я быстро отыскиваю взглядом ЕГО!

Дениса...

Топчется возле своей машины, разглядывая что-то на двери. Трет пальцем краску.

Бабочки медленно умирают во мне, пока иду к нему.

Но зато, как побочный эффект, накатывает равнодушие.

Вчера они с мамашей после моего заявления и ухода из-за стола быстренько свалили домой.

— Я же вчера ясно сказала, что в невесты тебе не горжусь! Или твоя семья мечтает о внуке от другого мужика? — заявляю вместо приветствия, бросая букет на капот.

— Здравствуй, Злата! — он изображает радость от встречи и кивает на цветы. — Это тебе от меня.

Я это уже как бы и сама поняла.

О чем мне с ним разговаривать? Не о чем!

Поэтому я и разворачиваюсь обратно к универу, бросив напоследок:

— Не приезжай. Я больше к тебе не выйду!

— Стой! — не успеваю сделать и пары шагов, как догоняет и больно хватает за локоть. — Ты думаешь, что у тебя есть выбор? Носом она крутить собралась! Радуйся, что я вообще решил дать тебе второй шанс в такой ситуации! Ты в курсе, что у твоего брата огромные долги, за которые его точно прирежут не сегодня, так завтра? Ты в курсе, что денег с продажи дома и квартиры не хватит, даже чтобы половину его долгов отдать?

— Его долги — пусть сам с ними разбирается. Я-то тут при чем?

— Дура! Совсем ничего не понимаешь? Ты думаешь, почему твоего отца взорвали? Потому что Эрик связался с очень нехорошими людьми! Очень нехорошими! Это же все знают! Одна ты, как тот страус!

Моргаю, пытаясь осознать то, что слышу.

— Все в курсе, что Темирхановы получили ваш бизнес и деньги. Все в курсе, что вашей семье, практически, смертный приговор подписан. Всё уже поделено! Я тебе милость оказываю — предлагаю единственный шанс спасти свою жизнь, уехав из страны. Ты должна быть мне благодарна!

А если это — правда? Если всё так и есть?

Что мне делать?

— Ты, короче, думай. Времени тебе даю до... - демонстративно смотрит на дорогие часы. — До вечера.

На ватных ногах иду, вся в своих мыслях обратно в универ.

Боже, что делать? Если это правда?

Как страшно!

— Цветы возьми. Может, последние в твоей жизни, — смеется в след Денис.

Он способен смеяться на таким? Сволочь!