Собственность Батура - Виолетта Роман

разводится со своей женой только из-за того, что ты этого хочешь! Что, бл*ть, непонятно?! Хватит за мной следит, я и так слишком мягок с тобой. Моя доброта может кончиться.

Последние слова он процедил свозь стиснутые зубы. И это было хуже оскорблений. Батур наконец-то выпустил меня, а я захлёбывалась слезами.

Посмотрела на него и сказала то, что сейчас чувствовала.

— Я ненавижу тебя…

Его лицо исказила гримаса злости.

— Да мне пох*й. Пока я хочу тебя, ты будешь со мной, все поняла?! — проревел так громко, что уши заложило.

Грудь стиснуло от рвущихся рыданий.

— Я не останусь с тобой. Можешь убить меня, но я не буду…

- Никуда ты не денешься, пока я этого не захочу…

Он схватил мою сумку, лежащую на комоде.

— Что ты делаешь?!

Батур расстегнул в ней молнию.

— Телефон. Он тебе больше не нужен. Мне, бл*ть, надо решать вопрос с Аланом, а не твои истерики слушать.

Он начал трясти ее. Оттуда посыпалось все содержимое. Телефон с треском приземлился на пол. Батур схватил гаджет. А я жалась к стене и умирала от боли. Как нежный, чуткий мужчина мог в один момент превратиться в монстра?!

Батур замирает. Смотрит себе под ноги. Я смахиваю с глаз слезы и вижу, как он опускается и поднимает листок, выпавший из моей сумки. Я вдруг понимаю, ЧТО ЭТО.

Сердце замирает, когда Батур открывает его и проходится по строчкам. А когда он возвращает ко мне глаза, в них неприкрытая, необъятная ярость.

Глава 20

Батур

Все сыпалось из рук. В последнюю неделю просто, нахрен, все уходило из-под контроля, к чему не притрагивался. Сначала бизнес, потом козни от давних врагов, а теперь и она решила добить мою нервную систему.

Что за сука рассказала ей о Мадине? Кто надоумил устроить за мной слежку? Узнаю, шею сверну к чертям!

А сейчас это… Я смотрю на листок в руках, умом понимаю, что это. Но бл*ть…. Я не верю, что она могла так поступить.

— Это что?

Боится. Зареванная, дрожащая от страха. Ненавижу себя каждую еб*чую минуту, за то что поступаю с ней так. Но, бл*ть, рядом с Хаят я не могу себя контролировать.

Когда увидел ее с ублюдком Аланом, думал разорву нах*й. Саид сказал, что его здесь нет, и что стычка с ним на территории Эмира грозит войной. От понимания того что я бессилен в данный момент и не могу наказать тварь, от того что допустил подобное, накрыло. И все на ней выплеснул. И даже не разобрался что за чушь творится в ее башке. А когда узнал… Твою мать! Еще хуже сделал.

— Не твое дело. Отдай сюда, — она срывается ко мне желая забрать. Я поднимаю руку с листком вверх, другой хватаю ее, прижимаю к себе.

— Хаят, это УЗИ. Ты беременна? Это мой ребенок на фото?

В ее глазах собираются слезы. Смотрит на меня волком.

— Дети, Батур. Двойня. Но это не важно все. Я еще не решила, стоит ли…

Бумага выскальзывает из моих рук, а я несколько секунд стою как дурак и пытаюсь осознать услышанное. Нет, не так. Я, бл*ть, не верю, что она могла сморозить этот бред!

— Что ты сказала? — меня разрывает от злости на нее. Я из последних сил контролирую свой гнев, чтобы не наорать. Чтобы не сорваться и не сделать чего похуже. Наступаю на нее. Пятиться, но глаз от меня не отводит.

— Я сказала, что не знаю, стоит ли рожать такому мужчине как ты… Они — мои дети. Я буду ответственная за них. У тебя есть жена, я не знаю, кем мы будет тебе…

— Ты в своем уме?!Это мои дети! И не тебе решать, что с ними делать! Женат я или нет, никакой разницы! Они — мои!

Я ревел так, что рвались гланды. Внутри меня было столько гнева, и он рвался наружу. Рванул к ней, схватил за плечо. Старался не делать больно, но контроль уходил с каждой секундой.

— Только попробуй что-то с ними сделай, слышишь?! Ты, бл*ть решила зарезать моих детей?!!!

Замахнулся, она вздрогнула. Из горла вырвался рев, саданул рукой по стене.

Твою мать! Понимаю, что и пальцем тронуть ее не могу… Но все что она творит — это лютая дичь. Я не могу понять, как вообще эта мысль могла прийти к ней в голову!

Возвращаю взгляд к листку бумаги, к маленькому прикрепленному серому клочку бумаги с нечетким изображением. Двойня. Слава Аллаху! Мои дети родятся здоровыми и любимыми. И я никому не дам сделать им больно… НИКОМУ.

Складываю листок в карман. Возвращаю к ней взгляд.

— Ты родишь мне их, поняла? Родишь мне здоровых карапузов. Сын или дочь, кого послал Аллах. А потом, если хочешь, вали на все четыре стороны, Хаят. Только дети мои родятся, ты поняла?

Молчит.

— Поняла?!

Вздрогнула, заморгала часто.

— Да.

Схватил ключи от номера. Мне нужно было срочно выйти. Иначе я ее придушу. Просто, нахрен, прикончу!

Спустился по лестнице. Мне нужно было успокоиться. Здесь не место выяснять отношения. Но Хаят не оставляет мне выбора…

Закурил. Ревнует она, бл*ть… Ладно, это я могу понять. Обиделась. Эмоционирует. Но, сука, говорить подобное, допускать что может избавиться от моих детей. Двойня! Как у нее язык повернулся такое ляпнуть?!

Раздался звонок телефона.

— Да! — рявкнул в трубку.

— Брат, Эмир объявился.

— Какой к черту Эмир. Ты же разделался с ним!

— Выходит, что нет, — Дамир был взволнован. — Они назначали нам сходку. Если не явимся, он угрожает слить компромат на нас по поводу русских.

— Твой мать!

— Когда?

- Сегодня в шесть.

Прикрыл глаза, пытаясь выдохнуть.

— Понял, выезжаем.

* * *

Она даже не смотрела на меня. Всю дорогу молча роняла слеза, пялясь в окно.

Я и сам понимал, что возможно слишком напугал ее. Но бл*ть, все сразу навалилось… это просто долбанная мясорубка моих нервов.

Как только я остановился у дома, она тут же выпрыгнула из салона. Нас встречал Дамир. Украдкой поздоровавшись с братом, Хаят поднялась наверх.

— Батур, нам нужно выезжать.

Я кивнул.

— Три минуты, брат.

Я поднялся следом за ней. Что хотел сказать? Не знаю. Я даже не знаю, с чего начать. Но я понимал, что уезжая, должен дать ей надежду. Я не хотел, чтобы беременная Хаят нервничала и рвала себе душу, пока меня не будет. А вернусь я сегодня ли нет, я не знал.

— Хаят…

Она стояла у окна. Не повернулась на мой голос. Обняла себя за плечи и