Собственность Батура - Виолетта Роман

Он лежал с закрытыми глазами. Рука была перевязанной, на бинтах выступали пятна крови.

— Ты как, брат? — я подставил стул и устроился у изголовья.

Дамир открыл глаза, улыбнулся.

— Жить буду.

Я кивнул.

— Док говорит, что навылет прошла.

— Я думал все уже. Капец. Когда в глазах потемнело…

— Нас не так то просто взять, Дамир, — я потянулся, дотронулся до здорового плеча.

— Ты узнал, кто ему помогал?

Саид только что сообщил.

— Узнал. Русские.

— Бл*ть, — процедил сквозь зубы Дамир. — Сначала Марина, потом он. Эти русские никак не уймутся.

— Я думаю нам пора дать отпор, Дамир. Хватит хавать это дерьмо.

Я поднялся со стула. Дамир вцепился в мое запястье.

— Брат, только Алана оставь напоследок. Я хочу поучаствовать…

Я смотрел на него и думал о том, что роднее Дамира у меня никого. Каким бы засранцем он ни был, сколько бы бед не принес в семью, этот малый любит отчаянно, и сердце его открыто. И я для него сделаю все. Как и он сегодня сделал для меня.

Вышел на улицу. Остановился на перекур. Чуть вдалеке заметил тачку с пацанами. Саид моргнул фарами. Телефон ожил. Посмотрел на экран — Мадина.

— Батур, я слышала Дамира ранили? — в ее голосе слышалось волнение. Как всегда, сердце за всех болит.

— Все хорошо. Не волнуйся…

Не хотел нервировать ее сильней. После смерти отца, сама не своя. Всю неделю ни на шаг от нее. Как ребенок маленький, боятся стала всего. Даже темноты.

— Ты приедешь?

Стиснул зубы. Понимаю, что должен, что надо.

— Нет, Мадин. Я не смогу. Если нужна помощь, звони Саиду.

— Батур… — она хочет что-то сказать. А я глаза прикрываю, моля ее мысленно замолчать.

— Ладно, пока.

Убираю телефон в карман, сажусь за руль и срываюсь к ней. К той, о которой душа болит. Перед которой так сильно виноват.

В магазине у дома накупил фруктов. Инжир, апельсины и виноград. Все, что я знаю о беременных, это то, что нужно есть витамины. Нужно свозить Хаят отдохнуть. Не стоит ей беременной заниматься фирмой и решать кучу ненужных вопросов.

Поднялся наверх. Открыл ключом дверь.

— Хаят…

В коридор вышел Рахим. Его лицо было бледным. Это них*я не понравилось мне.

— Шеф, прости… я не смог.

Бросил пакеты. Схватил его за грудки.

— Говори!

— Она сбежала, шеф. Попросила сходить в магазин и купить ей еды. А когда я вернулся на столе была эта записка…

— Че ты несешь?! Она не могла сбежать! Не могла!

Он протянул мне трясущимися руками клочок бумаги.

Внутри все кипело. Я не верил собственным глазам. Раз за разом пробегал по буквам, но ни черта не понимал.

«Прости, но я ухожу. Не ищи меня».

Глава 21

В голове словно в долбанной преисподней. Горела вся черепная коробка, в глазах рябило от постоянного напряжения. Всю ночь колесил по городу, как умалишенный. Аэропорты, вокзалы — все прошерстил. В груди постоянное сосущее ощущение. Будто кусок мяса вырван из плоти и кровоточит.

Я не верил. Этой гребаной записке не верил. Ей не верил и ее словам об аборте. Не могла она уйти! Не могла так поступить с нашими детьми под сердцем.

После третьего стука дверь наконец-то поддалась. Я сделал шаг и меня качнуло, едва не завалился на брата.

— Эй, полегче. К инвалиду все-таки пришел, — хохотнул нервно Дамир. Схватился рукой за косяк, прошел чуть дальше.

Брат закрыл дверь. Его лицо было бледным, лоб и виски мокрыми от пота.

— Черт, Батур, выглядишь херово.

Я упал на диван, устало потер виски.

— Есть выпить?

Батур прошелся по мне осуждающим взглядом.

— Я думаю, тебе больше не надо. Кофе могу сварить.

Я скривился.

— Пошел ты, Дамир…

— Давно тебя в таком состоянии не видел, — он опустился рядом со мной. В его взгляде читалась жалость. Но сейчас мне в первые было плевать, что он думает.

- Ты был таким после смерти отца.

Я поднял на него воспаленный взгляд.

— А у меня ничего не забирали после смерти отца. И вот ее нагло выкрали… — процедил сквозь зубы. Я бессилен. Я в полной неизвестности, и это выводило из себя. Заставляло чувствовать себя долбанным овощем.

— Ты уверен, что это так? Все-таки была записка.

Я хохотнул. В груди словно заведенный механизм бомбы. Я не знал, сколько там на таймере, но в любой момент могло рвануть.

— А камеры наблюдения? Может свидетели?

Покачал головой.

— Камеры не работали, в тот день было веерное отключение электричества. Свидетелей нет. Все глухо. И это, как раз-таки, странно.

Раздался звук сообщения. Посмотрел на телефон. «Алан в клубе будет сегодня вечером. Все, как и договаривались».

Спрятал его обратно.

— Что там? — Дамир кивнул на гаджет. Брат упорно делал вид, что ему это не слишком интересно. Но сейчас я просекал каждую мелочь. Несмотря на усталость, я был сосредоточен и мой мозг был настроен на максимальную четкость.

— Так, — пожал плечами. — Херня всякая.

Карим мой давний знакомый. Занимает высокую должность в службе госбезопасности. Я не стал обращаться ни к кому из своих. Сейчас я вынужден действовать вслепую и доверять не могу никому. То, что в моем окружении затесалась крыса — факт. Поэтому действовать нужно максимально тихо.

Дамир мой брат. Я доверяю ему без оглядки. Но он, сам того не зная, может сдать инфу предателю.

- Ты собрался к Алану, ведь так? — нахмурился Дамир. — Думаешь, что он ее украл?

Я поднял на него взгляд, но продолжал молчать.

— Брат, ты же знаешь, я всегда с тобой, в любую жопу. Ты думаешь, будто Хаят выкрал Алан?

— А ты не думаешь так?

Дамир пожал плечами.

— Алан мог это сделать… Но сейчас, развязав войну, ты потеряешь все. Ребята не пойдут с тобой. В рядах уже ходит недовольство, от того, что ты стал мягким, что баба очень много стала решать в твоей жизни. На это безумие они точно не подпишутся. Будет бунт, Батур.

Я скривился.

— Мне пох*й. Я для себя все решил.

Дамир кивнул.

— Когда идешь? Я с тобой…

Я поднялся, обнял брата.

— Спасибо тебе.

Собрался на выход, но Дамир остановил меня.

— Сейчас кофе сварю. Нехер тебе по городу шататься бухим. Приходи в себя. А когда выпьем, все разрулим.

Он ушел, а я остался в тишине. Зажмурился, пытаясь встряхнуться. Я не сказала Дамиру, почему так решил. Но он поверил мне на слово.

Я не сказал ему, что нашел записи, которые остались от Хаят и сравнил подчерк в них с запиской. Не те