Присвоенная ночь. Невинная для герцога - Наталия Журавликова

Не зря я, выходит, именно о пуговицах вот только что думала!

— С удовольствием, эрмин, — приняла я приглашение.

ГЛАВА 14

Максвелл Коллин

— Ты пожалеешь об этом, Макс Коллин! — прошипела Клементина, когда я представил ее присутствующим своей доброй подругой.

— О чем? — я изобразил удивление. — Я ведь прилюдно заявил, что мы мирно общаемся и у нас нет личных счетов друг к другу.

— Ты знаешь, о чем я!

Клем негодовала. Бесилась.

Но нет, не станет герцог Ремтилленский играть по правилам взбалмошной избалованной девицы, которая смеет его шантажировать.

Хотела попасть на мой бал — пожалуйста. Но если ты сейчас начнешь трепаться о том, кто такая Арлин, это будет выглядеть после моего заявления до того неуместно, что вызовет у присутствующих приступ гадливости. И мне тут же кто-нибудь по доброте душевной расскажет, что “подруженька” не соблюдает озвученные условия перемирия.

Этикет штука тонкая. И я им владел в полной мере.

Музыка заиграла очень вовремя, и оборотень-сыщик, который без дополнительного сообщения понял, кто такая Клементина, утащил ее танцевать.

Я же намеревался пригласить мою сладкую куколку, Арлин, которая оказала мне просто неоценимую помощь, подготовив этот праздник.

Я искал ее взглядом, а найдя, опешил.

Она уже была в объятьях Дава Хатлера! Тот с плотоядной улыбочкой нежно вел мою девочку в танце и что-то явно бесстыдно ей шептал. А она непозволительно ласково ему улыбалась, куда теплее, чем подразумевают простые правила приличия.

Неужели ей и правда нравится этот индюк надутый? Может мужчины постарше как раз во вкусе Арлин? Поиск отцовской фигуры, как говорила моя преподаватель по душеведению в академии.

Проклятье!

Мне надо было чем-то заняться, чтобы не пялиться на то, как Арлин игриво шепчется с Давидом Хатлером и не думать, что было бы очень здорово прямо сегодня найти доказательства его вины в заговоре против короля. Уж точно не развалина Веллер увлеченно по вечерам строит планы, как свергнуть Адаманта, забыв о теплом молоке на ночь и очистительной клизме. Да и в короли его не продвинуть, даже если Адамант сам убежит с престола, освободив ему место, народ возмутится, а парламент выдвинет того же Хатлера. Он опытный, средних лет мужчина с амбициями.

Я отвернулся от нервирующей меня парочки, но сделал это слишком поздно, успев врезаться в Марту Слотли.

— Ах! Максвелл! — расцвела она.

— Желаете потанцевать? — обреченно предложил я. Марта была готова танцевать хоть до утра, чтобы не слушать жалоб отца. Хоть она и вела себя всегда безупречно, как очень преданная дочь, я видел, как плещется на донышке глаз Марты тоска.

Во время танца мы говорили с ней о Перезимье — времени года, которое уже не осень, но уже не зима. Впрочем, период между зимой и весной порой называют точно так же, впору запутаться.

Марта и правда хорошо ориентировалась в теме народных и исторических праздников. Пожалуй, она могла бы помогать Арлин в подготовке… хотя та и так удивительно справилась за то жалкое количество дней, что у нее было.

Я снова поискал ее взглядом. Танцует. Да еще так… возмутительно! Правая рука скромницы скользнула по камзолу Давида, будто оглаживая его. Да еще на уровне штанов.

Что-то происходит с моей скромницей. Разозлить она меня что ли пытается?

Музыка закончилась, я торопливо поблагодарил Марту за танец и быстрым шагом направился в сторону бесстыдницы Арлин.

Однако она еще скорее меня метнулась в другой конец зала. Кажется, стройные ножки несли ее к фонтану в виде дельфина.

Очень интересно. Это укромное место, которое на балах в моем поместье используют парочки для секретных объяснений.

Ей уже там свидание кто-то назначил?

Я поспешил следом. И подойдя к фонтану, увидел, что Арлин радостно кинулась к мужчине… Это же Келавс! Наверняка, он дал ей задание, связанное с моими гостями. И вот она теперь пошла отчитываться.

Я облегченно вздохнул и замедлил шаг.

А уже потом поймал себя на том, что чувствую и творю странное. То, что я чуть не учинил сейчас, иначе чем муки ревности не назовешь.

Ох, желтые листики богини Осени… не к добру это. Я вовсе не собираюсь увлекаться Арлин, пусть она милая, трогательная, соблазнительная и… и… замужняя.

14.2

Арлин

— Вот, эрмин, — я протянула видоизмененному Келавсу свои трофеи.

— Быстрая работа, — похвалил меня оборотень, — я, честно говоря, без особой надежды подошел к нашему условному месту, не рассчитывая на столько скорый результат.

— Что теперь? — не могла я не поинтересоваться. Надо ж знать, ради чего я рисковала прослыть странной воровкой, собирающей сувениры, напоминающие о знатных господах.

— Теперь я сопоставлю все факты, что удалось узнать и ароматы, которые довелось унюхать. И проведу ритуал с вещичками, что вы добыли. Думаю, не позже чем послезавтра герцог узнает, был ли на этом балу человек, который желает его подставить.

— Вынюхать? — спросила я с любопытством. — Что имеется в виду? Только лишь одни телесные запахи?

— О, нет, — покачал он головой, и на лице его вдруг отразилось страдание, — видите, я сегодня без защиты ноздрей. Не представляете, какой бурей внутри меня это отдается, Арлин. Я чувствую не только запахи пота или других выделений плоти, что по себе бывает омерзительно… мне повезло, что я не особенно брезглив. Но и такие вещи как запахи болезни или дурных помыслов от меня не скроешь.

— Запах дурных помыслов? — ахнула я.

— Да, когда мы думаем определенным образом, это меняет секрецию организма. Все наши жидкости начинает течь иначе внутри тела.

— И болезни пахнут?

— Еще как, — подтвердил Келавс.

— Наверняка, вы много чего почувствовали от герцога Слотли, — предположила я.

— О, да! Несомненно! Очень интересный букет запахов.

Келавс усмехнулся.

— И весьма тонкий пряный дух взаимной страсти исходит от вас с герцогом Коллином, — оборотень вдруг подмигнул. Но не мне, а кому-то за моей спиной.

— Благодарю, Келавс, за интересную лекцию для моей гостьи, — услышала я голос Максвелла и поспешно обернулась.

Надо же! Сколько, спрашивается, он успел услышать, тихо стоя за мной?

— Я сделал все, что от меня требовалось на этом балу, — сказал оборотень, — теперь мне нужно в укромное место. И сутки меня не трогать. Еду оставлять под дверью.

— Я распоряжусь, — Максвелл довольно улыбнулся. Кажется. все шло по его плану.

— Арлин, если вы закончили играть в агента шпионов для моего сыщика, следующий танец я резервирую за собой, — горячая ладонь коснулась моего плеча.

— С радостью, герцог, — ответила я дрогнувшим голосом, вспомнив слова о пряном