Не лги, предатель! - Настя Ильина

когда Дмитрий уедет по делам, чтобы не вмешался, чтобы не разрушил её планы, но… Я больше не боялась её. С самого начала не боялась, но связываться не хотела, а теперь готова была пойти на всё.

— Спасибо, Ольга Павловна. Я разберусь.

— Алиса, будь осторожна, — прошептала она. — Эта женщина…

— Я знаю, что её и женщиной называть сложно, — кивнула я и пошла в зал.

Раиса Викторовна сидела за тем же столиком, где когда-то обедала с Ларисой. Идеальный костюм, идеальная причёска, идеальная осанка. И взгляд — холодный, как лёд, острый, как лезвие.

Я подошла, остановилась на расстоянии вытянутой руки и улыбнулась профессиональной улыбкой.

— Добрый день, Раиса Викторовна. Рада вас видеть. У вас есть какие-то пожелания к заказу? Или, может, хотите обсудить меню для какого-то мероприятия?

Она посмотрела на меня так, будто я предложила ей съесть живого таракана. Сама пришла. Я на эту встречу не навязывалась. Да и, признаться, совсем не радовалась. Что уж?

— Сядь, — отрезала она тоном, не терпящим возражений.

— Простите, но я не имею права садиться с посетителями в рабочее время, — ответила я всё так же спокойно. — Это нарушение правил.

— Тогда стой и слушай, — процедила она. — Стоять ты, надеюсь, умеешь.

Я промолчала, только сложила руки на груди. Внутри закипало раздражение, но я старательно его гасила. Для меня эта женщина была в настоящий момент обычным посетителем. Всё личное я должна была оставить за порогом ресторана. Даже если она не планировала обсуждать со мной заказ.

— Я не знаю, как тебе удалось очаровать моего сына, — начала Раиса Викторовна, и в её голосе звучала такая ненависть, что мне стало почти физически холодно. — И моего бывшего мужа тоже, кстати. Не представляю, какие чары ты на них наслала. Но я против ваших отношений. Категорически.

Я молчала, давая ей выговориться.

— Дмитрий достоин большего, чем ты, — продолжила она. — Ты ему не подходишь. Ни по статусу, ни по образованию, ни по происхождению. И даже не мечтай о свадьбе. У вас ничего не получится.

Она сделала паузу, видимо, ожидая моей реакции. Я молчала.

— Тем более ты разведёнка, — добавила она с брезгливостью. — А Дима у меня чистенький, как стёклышко. Ни единых серьёзных отношений до тебя. И тут появляешься ты — со своим шлейфом проблем, скандалов, с бывшим мужем, который за тобой бегает. Ты думаешь, я позволю тебе испортить ему жизнь?

Я слушала и чувствовала, как внутри закипает злость. Но не та, слепая и разрушительная. Спокойная, уверенная, холодная.

— Раиса Викторовна, — сказала я, когда она замолчала, переводя дух. — Позвольте мне кое-что сказать.

Она прищурилась, но не перебила. Неужели стало интересно, что я могу поставить в противовес? Наверняка… но она выслушала бы меня в любом случае, потому что я решила расставить все точки сегодня. Сейчас.

— Ваш сын — взрослый мужчина, — продолжила я. — Ему давно не нужны мамины советы, чтобы понять, кто ему подходит, а кто нет. И если он выбрал меня — значит, я ему подхожу. А ваше мнение… оно, конечно, важно, но решающим не является. Мне жаль, что вы не принимаете меня, но, поверьте, я это как-нибудь переживу.

Женщина открыла рот, но я не дала ей вставить слово.

— Я не собираюсь с вами воевать, — сказала я. — Я не собираюсь вам ничего доказывать. Я просто буду рядом с ним. Потому что мы оба этого хотим. А если вы попытаетесь нам помешать… что ж, это ваш выбор. Но имейте в виду — выбирая между вами и мной, он уже сделал выбор.

Я улыбнулась — вежливо, холодно, профессионально.

Я не лгала, ведь Дмитрий действительно сделал его. Он сказал, что его мать не будет влиять на наши отношения, и я верила ему. Он достаточно взрослый мужчина, сам может принимать решения. Волконский упорно добивался моего согласия не для того, чтобы пойти на поводу у матери и отказаться от этих отношений. Он сам хотел показать всем сотрудникам, что мы теперь вместе, тем самым подтвердив — свой выбор он сделал. А завтра я перееду к нему. Раиса Викторовна не сможет повлиять на наши отношения и заставить нас расстаться. Не в этот раз…

— Приятного вечера, Раиса Викторовна. Если надумаете заказать что-то из меню — официант вас обслужит.

Я развернулась и ушла на кухню, чувствуя спиной её прожигающий взгляд.

Руки дрожали. Сердце колотилось где-то в горле. Но внутри было… спокойно. Потому что я сказала всё, что думала. Потому что не сломалась. Потому что я — его солнце, которое будет освещать жизнь любимого мужчины.

Глава 30

ЗАГС встретил меня привычной суетой. Молодожёны с цветами, взволнованные свидетельницы, важно вышагивающие распорядители. Я чувствовала себя белой вороной в этом мире счастья и надежд. Но внутри было спокойно. Даже радостно. Потому что сегодня я переворачивала последнюю страницу своей прошлой жизни. Совсем скоро я буду такой же радостной и сияющей невестой, которая выйдет замуж за любимого мужчину. Не торопилась ли я? Не выглядело ли это слишком стремительно со стороны? Только-только получила развод, а уже думала о том, как снова надену белое платье.

У нас с Сергеем не было роскошного торжества. Оба были заняты работой, гнались за успехом. Я не хотела устраивать празднество, а он поддержал, заявив, что деньги лучше потратить не медовый месяц, которого у нас, к слову, так и не было. Дмитрий хотел громкую и роскошную свадьбу. Он сказал, что его мать перебесится и смирится с его выбором, а свадьба наша с ним будет лишь один раз в жизни, и он желает запомнить её, оставить множество фотографий и видео для детей, которые непременно появятся у нас.

Я подошла к окошку, протянула паспорт и документы.

— Алиса Сергеевна? — уточнила женщина. — Ваш экземпляр свидетельства готов. Распишитесь здесь и здесь.

Я расписалась, взяла в руки документ и улыбнулась. Свободна. Окончательно и бесповоротно.

— Алиса.

Голос за спиной заставил меня вздрогнуть. Я обернулась.

Сергей стоял в двух шагах. И выглядел он… ужасно. Даже хуже, чем в больнице. Осунувшийся, небритый, в мятой куртке, с красными глазами и трясущимися руками. От того уверенного фотографа, который когда-то покорил моё сердце, не осталось и следа.

— Ты следил за мной? — спросила я холодно.

— Нет, — он покачал головой. — Просто знал, что ты придёшь сегодня. Я тоже пришёл за своим экземпляром. Думал, может, пересечёмся.

Я хмыкнула. Конечно, думал. Знал, что я буду здесь, и нарочно выбрал это время.

— Ну что, — я помахала свидетельством. — Поздравляю нас обоих. Свободны.