Не лги, предатель! - Настя Ильина

Я поймала себя на мысли, что не осуждаю её. В конце концов, она мать. Она хотела для сына лучшего, а лучшим в её понимании была девушка из их круга, с деньгами, связями, положением. А тут появилась я — рыжая, дерзкая, разведённая, без гроша за душой. Конечно, она была в шоке.

Но Дмитрий поставил её перед выбором. Жёстко, без компромиссов. Или она принимает меня и наши отношения, или теряет сына. Навсегда.

Я не знаю, что он ей сказал, но после того разговора Раиса Викторовна перестала появляться в ресторане. Перестала звонить с претензиями. Просто… исчезла из нашей жизни. А на свадьбу пришла, видимо, потому что не прийти не могла — сохраняла лицо.

Пусть сидит. Пусть смотрит. Мне не жалко.

— Не обращай внимания, — раздался голос рядом.

Я обернулась. Рядом стояла та самая девушка — темноволосая красавица, которую я когда-то застала в больнице, держащей Дмитрия за руку. Тогда я чуть не умерла от ревности. А теперь…

— Катя, — улыбнулась я. — Спасибо, что пришла.

— Как я могла не прийти? — она обняла меня, осторожно, чтобы не помять платье. — Я так рада за брата. Наконец-то он повзрослел и остепенился. А ты… ты ему идеально подходишь.

Я рассмеялась.

— Даже не знаю, комплимент это или нет.

— Комплимент, — серьёзно сказала Катя. — Я его сестра, я знаю. Он с тобой другой — спокойный, уверенный, счастливый. Я такого Диму никогда не видела. Так что спасибо тебе.

— За что?

— За то, что сделала его счастливым.

Мы обнялись ещё раз. Катя оказалась удивительно тёплой и искренней — полная противоположность матери.

— И не обращай внимания на маму, — добавила она, кивнув в сторону Раисы Викторовны. — Она всегда такая. Вечно пытается сделать всё по-своему, контролировать, командовать. Но это не имеет значения. Главное, что вы с братом счастливы и любите друг друга. Всё остальное такие мелочи… Мама смирится. Когда-нибудь она примет выбор своего сына и будет смотреть на тебя иначе. Вот увидишь! Ты, главное, не поддавайся на её провокации. Дима защитит тебя, если мама попытается снова угрожать или как-то обижать тебя. И я защищу.

— Я знаю, — улыбнулась я. — Спасибо, Кать.

— Пойдём, — она взяла меня за руку. — Там торт несут. Надо загадывать желание.

Мы пошли в центр зала, где уже толпились гости. Дмитрий поймал мой взгляд и улыбнулся той самой улыбкой, от которой у меня до сих пор подкашивались колени.

— Иди ко мне, жена, — сказал он, протягивая руку.

Я подошла, и мы вместе разрезали огромный многоярусный торт. Гости аплодировали, мама всхлипывала, папа довольно кивал.

А где-то в углу, за своим столиком, сидел ещё один гость. Тот, без кого этот день был бы неполным.

Андрей Волконский. Отец Дмитрия.

Он смотрел на нас с такой теплотой, с такой гордостью, что у меня сердце замирало. Он принял меня сразу, с первой встречи. Ему было всё равно, что я не из их круга, что у меня нет денег и связей. Он видел главное — мы любим друг друга. Мужчина радовался за своего сына и с нетерпением ждал появления его первенца, говорил, что обязательно родится наследник, которому он передаст свой бизнес, ведь на сына надежды мало, своих проектов кучу развить успел.

— Ну что, дочка, — сказал свёкор, когда мы подошли к нему с Дмитрием. — Принимай поздравления. Я рад, что мой сын нашёл такую женщину. Ты — огонь. А огонь, как известно, согревает и освещает путь.

Я обняла мужчину, чувствуя, как к глазам подступают слёзы.

— Спасибо, папа.

Он вздрогнул, потом улыбнулся и поцеловал меня в макушку.

— Спасибо тебе, дочка. За всё.

Вечер пролетел как одно мгновение. Танцы, тосты, смех, цветы. Я успела потанцевать с папой, с Дмитрием, с Маратом (который чуть не оттоптал мне ноги), с близнецами (которые устроили целое шоу). А когда праздник подошёл к концу, мы с Дмитрием вышли на улицу. Ночь была тёплая, звёздная, удивительно спокойная.

— Ну что, жена, — сказал он, обнимая меня со спины и кладя руки на мой всё ещё плоский живот. — Счастлива?

— Безумно, — ответила я, поворачиваясь к нему. — А ты?

— Я счастлив с того момента, как увидел тебя в том ресторане с тарелкой ризотто, — усмехнулся он. — Хотя виду не подавал.

— Злюка, — фыркнула я. — Испытывал меня.

— Проверял, — поправил он. — И не ошибся.

Я привстала на цыпочки и поцеловала его. Долго, нежно, обещающе.

— Я люблю тебя, Дмитрий Волконский.

— А я люблю тебя, Алиса Волконская. Моя жена. Мать моего ребёнка. Моё рыжее солнце.

Мы стояли под звёздами, обнявшись, и я думала о том, как удивительно повернулась моя жизнь. Ещё несколько месяцев назад я была несчастной женщиной, которую предал муж. А теперь… теперь у меня есть всё. Любовь. Семья. Ребёнок под сердцем. И целая жизнь впереди.

* * *

— Марат, я тебя умоляю, это же просто соус! Если ты его пересолишь ещё раз, я лично заставлю тебя съесть всю кастрюлю! Без хлеба!

Мой голос разносился по кухне, привычно перекрывая шум плит и звон посуды. Коллектив работал слаженно, как идеальный механизм, но без моего контроля всё равно было всё не то.

— Шеф, ну вы же обещали отдыхать! — возмутился Марат, но тут же виновато опустил глаза, потому что я ткнула пальцем в кастрюлю с соусом, который он чуть не испортил.

— Отдыхать я буду дома, когда рожу, — фыркнула я, пробуя соус на кончике ложки. — А пока я здесь — извольте работать качественно. Добавь ещё щепотку муската, и будет идеально.

Марат послушно выполнил указание, а я, держась за поясницу, отошла к разделочному столу, где близнецы колдовали над закусками.

— Лёша, Дима, вы чего творите? Это не тарелка для подачи, это же позор! Переделайте, и чтобы красиво было!

Близнецы синхронно вздохнули и принялись перекладывать канапе.

— Шеф, вы как дирижёр оркестра, — усмехнулся Игорь, ловко разделывая рыбу. — Только палочки не хватает.

— Я и без палочки справлюсь, — хмыкнула я и вдруг замерла, потому что живот предательски дёрнулся. — Ой…

— Шеф? — Марат тут же подскочил ко мне. — Что? Начинается?

— Да нет, просто толкается, — я погладила живот, чувствуя, как маленькая пяточка или локоток упирается мне в ребра. — Активный растёт, весь в папу.

— В смысле — в папу? — возмутился вошедший на кухню Игорь. — Это ж наша будущая смена растёт! Шеф, вы обязаны родить повара!

Кухня грохнула смехом. Я закатила глаза, но улыбнулась.

— Вот сами и рожайте поваров, а мне и одного ребёнка хватит.

— Шеф, — Марат пододвинул мне стул. — Сядьте уже, ради бога. Вы с таким