Жена для наемника - Ари Дале

Разум снова начинает заволакивать тьма. Но что-то не дает мне покоя. Будто чего-то не хватает.

— Спи, — сонный разум улавливаю шепот.

Вадим целует меня в лоб и уходит, оставляя спать одну.

Глава 33

«Буду поздно», — высвечивается на экране телефона, лежащего на столешнице недалеко от раковины.

Плечи поникают. Улыбка спадает с лица. Шум воды, как и аромат лазаньи, запекающейся в духовке, не делают разочарование меньше. Голубое платье с рукавом, которое я выбирала специально для Вадима, сейчас кажется неуместным. Зачем, спрашивается, старалась?

Ополаскиваю нож и кладу его на сушилку рядом с только что вымытой посудой. Выключаю воду. Вытираю руки о полотенце, висящее над раковиной. Снова бросаю взгляд на телефон. Стараюсь размеренно дышать. Плохо получается. Дыхание постоянно прерывается. Руки чешутся отправить Вадиму гневное сообщение — мы же договаривались сегодня поужинать вместе! Но вместо этого я кладу ладони на столешницу и проглатываю эмоции.

Опять!

Последние две недели из-за проблем на работе, Вадим почти не бывал дома. Приходил поздно вечером, уходил на рассвете. Хотя даже не это самое важное — Вадим не спал со мной. Нет, сексом мы занимались. Разным: грубым, нежный, долгим, диким, при этом каждый раз всепоглощающим. Вот только после оргазма, когда мы немного приходили в норму, Вадим возвращался на диван. Я пыталась с ним поговорить. Но стоило мне завести тему сна в одной постели, он отрезал ее жестким: «Это не обсуждается». А если я пыталась противоречить, то он просто уходил из дома.

Отталкиваюсь от столешницы, разворачиваюсь и сразу же натыкаюсь взглядом на две длинные горящие свечи, которые я поставила на барную стойку вместе с белоснежными тарелками и бокалами. Ни я, ни Вадим не любим алкоголь, поэтому я запаслась свежевыжатым апельсиновым соком.

Глаза начинает щипать. Часто моргаю, не позволяя слезам пролиться. В несколько широких шагов преодолеваю расстояние до барной стойки и задуваю огоньки.

Может, зря я так серьезно отношусь к нашему браку?

Мы же совсем друг друга не знаем. И хозяйкой я в его дома себя не чувствую. Да, мои вещи заняли половину шкафа. Да, я сплю в спальне Вадима. Да, у меня есть своя связка ключей. Но большую часть времени я провожу одна. Спасает лишь то, что шейх заваливает меня документами на перевод. Вот только контракта с Вадимом среди них я не видела. Либо его отдали другому переводчику, либо что-то пошло не так, и они с Вадимом не заключили сделку, ради который был нужен наш брак.

Кусаю щеку. Нам нужно поговорить, и срочно. Но, видимо, не сегодня.

Снова смотрю на сервировку, которую сделала на барной стойке. Романтический вечер пошел насмарку.

Духовка сзади пищит. Оборачиваюсь к ней. Беру объемные варежки и достаю шипящую лазанью: запах сыра и мяса становится насыщеннее, заставляя сглотнуть наполняющую рот слюну. Желудок бурлит. Придется есть одной. Опять.

Как только ставлю стеклянную форму на плиту, телефон пиликает.

Радостное волнение зарождается в животе. Вадим передумал? Стягиваю варежки, кладу их на столешницу и беру гаджет. Но как только разблокирую экран, телефон едва не выскальзывает из рук.

В уведомлении высвечивается имя человека, которое я лучше бы отродясь не видела, а также кусочек сообщения: «Третье свидание…». Трясущимися пальцами открываю уведомление и едва успеваю прочитать адрес, как приходит фотография.

Увеличиваю ее.

Вижу белый листок, на котором напечатано «Уведомление о вызове в налоговый орган налогоплательщика». Пробегаю взглядом по тексту.

Герасимова Людмила Павловна…

…неуплата…

…штраф…

…принудительная ликвидация…

Телефон снова пиликает. Вздрагиваю. Похолодевшими пальцами закрываю одну фотографию, чтобы открыть вторую, на которой оказывается заявление на Волкова Вадима Геннадьевича о нанесении тяжких телесных повреждений.

Сердце бьется так быстро, что грозит выпрыгнуть из груди, в которой застрял воздух. Меня начинает трясти. Отрываюсь от телефона. Скольжу взглядом по черно-белой плитке на стене, лихорадочно соображая.

Мысли скачут одна за другой, нигде не задерживаясь. Но все-таки кое-что адекватное появляется в голове: «Нужно позвонить Вадиму!».

Смахиваю мессенджер и захожу в контакты. Но не успеваю нажать на нужный номер, как приходит очередное сообщение. С замиранием сердце открываю его:

«Не приедешь. Пущу в ход оба дела».

Мне нужен Вадим.

Набираю его номер.

Прикладываю телефон к уху.

— Ну же, давай, — расхаживаю туда-сюда по кухне. — Поднимай.

Длинные гудки сменяются короткими.

Набираю снова. Ответа нет. Звоню еще раз, теперь женский голос отвечает «абонент вне зоны доступа».

Черт!

Подавляю желание запустить телефон в стену. И, кажется, зря — приходит еще одно сообщение.

«У тебя час».

Глава 34

Порыв холодного ветра поднимает края серого пальто и забирается под подол юбки, когда я открываю массивную деревянную дверь ресторана. Сразу же оказываюсь в маленьком помещении с приглушенным освещением и бордовыми стенами. Справа у входа замечаю небольшой диванчик с круглым столиком рядом, на котором расположили торшер в японском стиле и пару журналов. На противоположной стороне находится проход, завешенный черной бархатной тканью, а передо мной стоит узкая лакированная стойка, за ней — темноволосый молодой человек в белой рубашке и бордовой жилетке.

Иду к нему. Сегодня я надела ботинки без каблуков, звук шагов заглушает тихая классическая музыка. Избавится от нехорошего предчувствия, скручивающего желудок, не получается.

— Вы заказывали комнату? — приветливо улыбается парень-хостес и берет со стойки планшет.

Комнату? Хмурюсь. Куда, черт возьми, притащил меня Антон?

— Меня ожидают. Свиридов Антон Александрович, — подавляю тошноту, произнося его имя.

— Пойдемте, — парень кивает и указывает на дверь.

Даже списки не проверил, значит, Антона тут знают.

Плохое предчувствие только усиливается, когда парень отодвигает шторку, и я вижу длинный коридор с множеством дверей, освещенный красной подсветкой у пола и свисающими люстрами с бордовыми абажурами.

— Ваша комната последняя слева, — парень пропускает меня вперед.

Дрожу, когда делаю первый шаг. Чувствую себя полной дурой, которая сама идет в логово к монстру. Но разве у меня был выбор? Я, не переставая, звонила Вадиму, когда ехала в такси. Он так и не ответил. Если заявление в полицию на нем вряд ли сильно отразиться, то родители точно не должны снова пройти через ад, устроенный мои бывшим. Тем более, не после последнего раза, когда мама оказалась в больнице. Еще одного подобного стресса она может не пережить.

Поэтому вместо того, чтобы сбежать, как кричит мой разум, я на негнущихся ногах иду по «коридору смерти». Слышу шаги сзади. Присутствие еще одного человека не помогает успокоиться. Мало ли что задумал Антон и кого подкупил, лишь