Озма - Кэндис Робинсон

Пальцы Джека сжались в кулаки; он явно пытался воззвать к магии, но безуспешно.

— Так твоя магия связана с природой? От тебя ею несет за версту. — Тик-Ток лишь ухмыльнулся. — Полезно. Но не сейчас.

Еще на корабле Озма прокручивала в голове заклинания, заучивая слова. Было одно, которое она могла бы использовать здесь, но только если бы он посмотрел ей прямо в глаза. Это позволило бы ей словно узнать его истинное имя, подчинив его своей воле. Момби когда-то использовала его на ней, но эффект длился считанные мгновения, поэтому ведьма сочла его бесполезным. Однако здесь оно могло бы выиграть им время. Горящие красные глаза Тик-Тока наконец встретились с её глазами, и она прошептала заклинание, веля ему повиноваться.

— Посмотри на себя. — Тик-Ток мстительно улыбнулся, обнажив зубы. — Твои жалкие чары на меня не подействуют. Я защищен. Так что же ты будешь делать, дорогая?

— Он этого не сделает, — выдавил Джек. — Если бы он хотел перерезать мне горло, он бы уже это сделал.

Глаза Озмы чуть не вылезли из орбит, молча приказывая Джеку заткнуться. Даже с Момби он никогда не умел вовремя прикусить язык, и это всегда только усугубляло положение.

— Он прав, но мое терпение не безгранично. — Красный взгляд Тик-Тока впился в Озму, и он облизнул нижнюю губу. — Сначала я хочу знать, зачем вы здесь. Затем, если мне понравится услышанное, я, возможно, предложу вам сделку.

Тик-Ток не казался тем, кому можно доверять, но с ножом у горла Джека и защитным заклинанием — какой у неё был выбор?

— Разве ты не на стороне Волшебника?

— Я на своей собственной стороне. И сейчас мне не кажется выгодным помогать вам. — Он склонил голову, его темные гладкие волосы качнулись вперед. — Вот твой шанс переубедить меня.

Озма вскинула голову, хотя страх за Джека всё еще пульсировал в её жилах.

— Одна из моих подруг отвоевала Юг и Запад страны Оз, а другая сейчас освобождает Север и Восток.

— Как мило, — промурлыкал Тик-Ток. — Но с чего бы мне было не плевать, если я провожу большую часть времени в море и никому не принадлежу?

Лезвие сильнее вдавилось в шею Джека, заставив его поморщиться.

— Даже если ты убьешь нас, наши друзья придут, чтобы покончить с Волшебником, и я не думаю, что ты захочешь оказаться их врагом, а именно это и случится, если ты причинишь мне вред.

В лучах заходящего солнца Озма заметила золотистый блеск на его запястье, там, где рука в перчатке сжимала нож.

— Мы здесь, чтобы вернуть Оз и остановить тьму Волшебника.

— Не уверен, что его тьму можно остановить. Зачем сражаться в битве, которую нельзя выиграть? Куда проще примкнуть к победителю.

Озма гадала, что заставило его участвовать во всем этом. Деньги? Кто он — просто пират? Или наемник?

— Она — законная королева всей страны Оз, — перебил её Джек, и Озма метнула в него яростный взгляд. — Ты должен склониться перед ней.

— Неужели? — Взор Тик-Тока скользнул по её фигуре, словно он жаждал чего-то… власти.

— Да. — Озма подняла подбородок, хотя была в бешенстве от того, что Джек раскрыл её личность врагу. Но, возможно, так было лучше, возможно, это давало преимущество. — Волшебник — всего лишь человек. Даже если мы не убьем его, он рано или поздно умрет от старости.

— Ты так думаешь, дорогая? — Тик-Ток рассмеялся — глубоко, красиво и в то же время зловеще. — Не с башмачками. Теперь он бессмертен.

Озма тяжело сглотнула. Она знала, что он хотел жить вечно. Знала, что Момби готовила для него темные заклинания. В тот день, когда он появился у хижины ведьмы, на нем были эти башмачки, но она не знала, что они — часть заклятия бессмертия.

— Момби мертва. Мы убили её и сделаем то же самое с ним.

— Хорошо. Никогда не любил эту суку. — Он пожал плечами. — Не то чтобы Волшебник теперь в ней нуждался.

Прежде чем Озма успела ответить, Тик-Ток оттолкнул Джека в сторону. Но вместо того, чтобы броситься к ней, Джек застыл. Странный тусклый налет цвета шифера пополз по его коже, превращая его в камень. В статую.

— Что ты с ним сделал?! — выплюнула Озма, стараясь говорить тихо, чтобы не привлечь лишнего внимания. Она подбежала к Джеку и прижала ладони к его шершавым щекам, умоляя его встревоженное лицо ожить. — Ну же, Джек!

— Он лишь помеха. — Тик-Ток внезапно оказался позади неё, его дыхание коснулось её уха. — Но не волнуйся, он слышит всё, что мы говорим, и видит всё, что мы делаем. И если ты попытаешься навредить мне, я не верну ему прежний облик.

Озма оттолкнула пирата; её взгляд снова зацепился за золото на его запястье, его кожа была металлической.

— Что с твоей рукой?

— Это был подарок. — Он сжал челюсти и одернул рукав. — А теперь отдай мне свою сумку.

Она медленно сняла ремень через голову и швырнула сумку ему в лицо.

Он поймал её прежде, чем она коснулась носа. С улыбкой он прислонился спиной к статуе Джека и поманил её пальцем.

— Присоединяйся.

— Нет. — Она наблюдала, как он расстегивает пряжку сумки. — Так вот в чем твоя магия? Превращать вещи в камень?

Это была полезная сила — такая, какую она хотела бы иметь сама.

— Я много чего умею.

— Тогда почему ты не остановил нас раньше?

— Я предпочитаю наблюдать. Но потом вы меня впечатлили, и выследить вас не составило труда. У меня дьявольское обоняние, которое очень помогает находить кого угодно. — Его ноздри раздулись при вдохе. — От тебя пахнет так, будто у тебя вовсе нет магии.

Проклятье. Она не могла даже притвориться, что обладает силой.

— Волшебник поглощает мою магию. Временно.

Тик-Ток, словно не слушая, запустил руку в сумку и начал перерывать содержимое. Он выбрасывал вещи одну за другой, будто они не имели ценности. Обрывки бумаг разлетались по ветру, фрукты катились по траве. Он поднял что-то, сверкнувшее красным, и уставился на камень в форме сердца, который Озма забрала из плаща Момби после её смерти.

Тик-Ток приподнял темную бровь.

— Это может стать частью сделки.

— Зачем спрашивать? Ты ведь мог просто забрать его.

— Мог.

— Ладно. — Какая разница? Она всё равно не знала, для чего он нужен. Связан с защитой Момби? Усилитель магии?

— Волшебник отказывается возвращать вещь, которая принадлежит мне, поэтому я открыт для других предложений. Я помогу Джеку раздобыть то, что нужно для проникновения в дом Волшебника, а затем дам тебе нечто,