(не) фиктивная жена офицера - Анна Арно

бы еще успеть забежать в магазин и купить для нее продуктов пока она не проснулась и не устроила мне голодный концерт. Всякие там пюрешки и памперсы нужны чуть ли не оптом. Где-то у меня завалился список всего необходимого. Благо и деньги с похорон у меня припасены на такой случай. Кстати о деньгах:

— Извините, — обращаюсь к таксисту, который уже закончил говорить по телефону. — Я там впопыхах не помню какой способ оплаты поставила. Но у меня только наличка. Сколько я вам должна?

— Нисколько, — отвечает, въезжая в наш двор у ветхой коммуналки.

— В каком смысле? — непонимающе переспрашиваю.

Он тормозит у подъезда, и поворачивается ко мне:

— У вас там это… бонусы. Списались.

— Какие еще? — хмурюсь я. — Бонусы?

— Ну эти… «спасибо».

— Вы уверены? — переспрашиваю на всякий случай. — Я вроде никакие бонусы не копила.

— Уверен-уверен! — отрезает дядька. — Все, иди давай! Мне уже на следующий заказ ехать пора.

— Ладно, — киваю и выбираюсь из машины. — Спасибо.

На секунду мысль мелькает, что как-то уж очень много я за сегодняшнее утро спасибкаю. Видимо день задался. В кои то веки.

Вместо того, чтобы входить в подъезд, в первую очередь иду в ларек, что рядом с домом. Там есть товары первой необходимости, возьму ровно чтобы сейчас Софу покормить и переодеть, а потом уже в крупный супермаркет пойду за оптовыми закупками, так дешевле будет.

— Марьяна? — слышу знакомый голос, едва переступив порог небольшого магазинчика. — Ты что тут делаешь?

Поднимаю взгляд и замираю от удивления. Вот так встреча…

Глава 34. Марьяна

— Никита? — с трудом узнаю в нетрезвом парне своего бывшего одноклассника.

— Он самый, Морозова, — улыбается, обдавая меня стойким запахом перегара даже на приличном расстоянии. — Не забыла еще нас, городская чикуля? Как там в центре дела? И какими судьбами к нам занесло? Выкладывай все, — требует, будто мы с ним близкие друзья. Хотя мы никогда особо не общались. Но видимо пагубные привычки сильно меняют сознание.

Выглядит он без прикрас плохо. Будто те пару лет, как мы закончили школу, он только то и делал, что пил беспробудно.

— По делам заехала, — отвечаю коротко, и подхожу ближе к прилавку, где уткнувшись в телефон сидит бессменная продавщица, полностью игнорируя посетителей. — Здрасьте, теть Нин, у вас памперсы есть? — тут же привлекаю ее внимание, давая понять Никите, что мне некогда вести разговоры «по душам».

В конце концов у меня все еще куча дел сегодня. И если я не задержалась с тем, с кем хотела, то тем более не собираюсь тратить время на старых знакомых.

Тетя Нина поднимает на меня недовольный взгляд, мол я отвлекла ее от супер важного занятия и видите ли заставляю работать. Но все же тянется куда-то в сторону и вытаскивает видимо единственную на весь ларек упаковку памперсов. Ну спасибо и на том.

Размерчик правда великоват для Софы моей, но больше — не меньше. Так что как-нибудь уж приладим.

— Пойдет, — киваю я, — еще детское питание и пюрешки какие-нибудь, если есть.

Она даже словом меня не одарит, молча идет куда-то вдоль витрины и возвращается со всем необходимым. Выкладывает на прилавок и наконец голос подает:

— Мать твоя это брала.

От упоминания о маме у меня ком в горле встает. Но я киваю благодарно:

— Спасибо.

— О, кстати, — Никитос оказывается еще здесь, подходит ближе, и упирается рукой в хрупкую на вид витрину: — а где она? Мать твоя? Я и отчима твоего давненько не видал. Они переехали что ли?

Молча расплачиваюсь за свои покупки, и пытаюсь собрать все в пакет одной рукой, второй прижимая к себе сестренку. Не то, чтобы не хочу с ним говорить, но просто не могу сейчас.

Слезы душат.

Стоит подумать, что еще какой-то месяц назад все в моей жизни было в относительном порядке. На своих местах.

А теперь просто с ног на голову перевернулось и летит в тартарары.

— Эй, аллё, я че тут сам с собой разговариваю? — раздражается Никита, явно восприняв мое молчание, как личное оскорбление. — Совсем зазналась в этой своей Москве?

Продавщица одаривает его презрительным взглядом:

— Уймись, Трусов. Умерла Светка, — отвечает вместо меня. — На машине разбилась, вместе с Гришкой своим.

Я судорожно закидываю в пакет оставшиеся пюрешки и пытаюсь не разрыдаться. А тетка все продолжает:

— Этот гад напился опять, и среди ночи за добавкой поехал, за руль сел. А Светка его остановить не смогла, и с ним в машину прыгнула. Дура-дурой. Хорошо хоть эта у нее с мозгами получилась, уж не знаю каким чудом, — на меня кивает,