Завтра наступит дважды - Лера Лебедь

— Привет, — сказала Полина. И взяла её за руку. Серьёзно, без улыбки. — Здравствуй.

Катя моргнула. Такого приёма она явно не ожидала.

— Ты как? Настроение?

— Отлично. Очень хочу, чтобы ты меня накрасила.

Глаза Кати загорелись. Как гирлянда, которую включили в тёмной комнате. Она сразу заулыбалась. Закивала. Засеменила за Полиной в гостиную.

Они прошли к большому зеркалу. Полина уселась на стул. Катя принялась раскладывать косметику. Много. Целую коллекцию. Кисточки, палетки, тюбики, баночки. Всё это она доставала аккуратно, с благоговением. Как сокровища.

— Ты скажи, если что не так, — проговорила Катя. — Я только учусь. Ещё не всё умею.

— Я доверяю мастеру, — ответила Полина.

Катя заулыбалась. Взяла кисточку. Приступила.

Она работала старательно. Осторожно. То и дело отстранялась, смотрела, наклоняла голову. Советовалась с Полиной. Робко. Будто ждала осуждения. Но Полина молчала. Просто смотрела в зеркало. На то, как меняется её лицо под Катиными руками.

Макияж получился неплохим. Немного старомодным. Тени чуть ярче, чем нужно. Где-то неаккуратно. Где-то слишком смело. Но это делала девушка, которая только начинала свой путь. У которой была мечта. И талант. Просто пока не хватало опыта. И мастерства. Но всё было впереди.

— Ну как? — спросила Катя. Голос дрожал.

Полина посмотрела на себя в зеркало. Потом на Катю. Встала. Подошла. Взяла её за руки. Заглянула в глаза.

— Мне очень нравится.

Катя выдохнула.

— Правда?

— Правда. И я хочу тебе кое-что сказать.

Полина сжала её пальцы. Крепко.

— Не бросай это. Слышишь? Делай то, что тебе нравится. Даже если кто-то говорит, что не получится. Даже если любовь к парню, который тебя не достоин, будет мешать. Даже если скоро будет малыш. Не сдавайся. Не забывай о себе.

Катя смотрела на неё непонимающе. Что-то в её глазах дрогнуло. Замерцало.

— Поля, ты чего?..

Полина не ответила. Просто обняла её. Крепко. Катя обняла в ответ. Потом отстранилась. Схватилась за живот. Лицо побледнело.

— Ой… Я сейчас…

И убежала в ванную. Дверь хлопнула.

Полина осталась стоять. Смотрела ей вслед. Что ж. Это было по сценарию. Она улыбнулась. Не грустно. Просто. Как факту. В этом проклятом дне, который повторяется из раза в раз, никогда ничего не изменится.

В прихожей хлопнула входная дверь. Голос. Громкий, звонкий, шумный.

— Полиночка! А вот и я!

Тётя Эля. Как всегда. В своём репертуаре. Вплыла в гостиную, как фейерверк. Яркая, рыжая, в цветастом платье. С сумкой, из которой торчали щипцы, фен, расчёски. Поздоровалась шумно. Пошутила. Спросила, что за причёску будем делать.

Полина засмеялась. Легко. Искренне.

— Самую модную!

Глава 27

Полина ехала в машине Эдика. Он был недоволен. Барабанил пальцами по рулю. Тук-тук-тук. Нервничал, посматривал на неё. Полина ухмылялась. Смотрела в окно. Мимо проплывали знакомые улицы. Дома, заборы, деревья. Всё то же. Но сейчас это не раздражало. Почти.

Она думала: если он что-то опять начнёт про договорённости и месть, она быстро его приструнит. Тем фактом, что он её письмо украл и отдал молоденькой стервочке. Пусть попробует что-то сказать. Пусть только попробует.

Но Эдик терпел. Молчал. В зеркало заднего вида поглядывал на родителей Полины. Напряжённо. Как будто ждал, что они в любой момент начнут его отчитывать.

Мама и папа были при параде. Мама надела скромную однотонную кофточку. Но с яркой брошкой. И серьги. Те, что папа подарил ей на годовщину свадьбы. Много лет назад. С тех пор они так и пылились в шкатулке на полке. А сегодня мама их надела. Полина видела их в зеркале. Маленькие, с камушками. Блестели.

Папа был в рубашке. Гладко выбрит. Волосы причёсаны. Он держал маму за руку. Молча. Спокойно.

Эдик цокнул. Покачал головой.

— Что ты такой смурной? — спросила Полина.

Эдик покосился на неё. Недовольно.

— С чего ты это взяла интересно?

Полина снова ухмыльнулась. Не ответила.

Эдик помолчал. Потом набрался храбрости.

— А зачем ты родителей с собой тащишь? На выпускной.

— Хочу разделить праздник с родными.

Эдик сжал руль. Пальцы побелели. Дальше ехал молча. До самой школы.

Полина обернулась. Посмотрела на родителей. Улыбнулась. Вспомнила, как предложила им поехать. Она знала, что они бы этого хотели. Просто никогда бы не попросили. Она предложила. Они засуетились. Стали собираться. Сетовали, что не готовились. Надо было раньше предупредить. Полина ничего не отвечала. Просто дождалась, когда они будут готовы. Усадила их в машину к Эдику. Тот был недоволен. Но побоялся возражать. Всё-таки взрослые люди рядом.

Машина остановилась. Полина вышла. Дождалась, пока родители тоже выйдут. Указала им на школу.

— Подождите меня у входа.

Мама и папа кивнули. Взялись за руки. Пошли к школе. Полина смотрела им вслед. Потом обернулась к Эдику. Он стоял у машины. Хмурый.

— Я знаю, что ты украл письмо, — сказала Полина.

Эдик вздрогнул. Попытался сделать удивлённое лицо.

— Какое письмо? Я ничего не знаю. О чём ты вообще?

— Перестань ломать комедию, — сказала Полина строго. — Отвечай за свои поступки.

Эдик открыл рот. Закрыл. Покраснел.

— Я не обижаюсь, — продолжила Полина. — Если бы не твоя жажда вернуть Оксану, Андрей так и не узнал бы о моих чувствах. Так что даже спасибо.

Эдик смотрел на неё. Ошарашенно.

— Но я хочу тебе сказать: пойди и поговори с Оксаной. Прямо. Перестань играть в игры. Будь честным. Это лучше всего.

Она развернулась. Хотела идти. Потом обернулась. Ещё раз.

— Оксана любит тебя. Тебе нечего бояться.

И пошла. Гордо. На каблуках. К школе. Эдик остался стоять у машины. Смотрел ей вслед. Растерянный.

Полина под руку с мамой вошла в актовый зал. Мама держалась за её локоть — крепко, чуть дрожащими пальцами. Как будто боялась потеряться в толпе. Или как будто боялась, что всё это ей снится и вот-вот растает.

Зал был уже почти полон. Выпускники в нарядных костюмах и платьях, родители с цветами и фотоаппаратами, учителя у сцены. Шум, гул голосов, запах цветов и лака для волос. Кто-то смеялся, кто-то поправлял галстук, кто-то искал своё место в ряду. Полина огляделась. Подыскала место. Третий ряд. Слева. Оттуда хорошо видно сцену. И она сама будет рядом.

— Мам, сюда.

Мама села. Оглянулась. Заёрзала. Поправила кофточку. Потом достала из сумки фотоаппарат. Старенький, плёночный. С ремешком, который она всё время теребила. Плёнка была заряжена. Новая. Полина видела, как мама проверяла её утром. Долго, сосредоточенно. Как будто готовилась к чему-то очень важному.

— Я хотела сфотографировать, — сказала мама. — Когда тебе аттестат будут вручать. Я специально плёнку купила. Новую. Чтобы уж наверняка.

Она говорила быстро, чуть оправдываясь. Как будто должна была объяснить, почему посмела достать фотоаппарат.

Полина накрыла её руку своей.

— Мам. Не волнуйся. Фото будут. Там фотограф. И учителя. Они всё снимут.

— А если не снимут?