Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— И я был бы счастлив… Если бы Анна была со мной. Если бы она вернулась ко мне, я бы заботился о ней как никто другой. Я бы еще больше любил и оберегал ее. Сделал бы ради нее что угодно.

— Так оно и будет, — с легкой улыбкой уверенно отвечает Кэссиди, закидывает руки вокруг шеи Даниэля и прижимается к нему поближе, запустив пальцы в его волосы. — Анна не такая глупенькая, чтобы бросать такого потрясающего парня. Она понимает, что не будет счастлива, если скажет тебе « пока », при этом все еще любя. Смысл бросать человека, если ты любишь его, а он любит тебя?

— Поверь мне, Кэссиди, иногда люди расстаются, даже если очень сильно любят, — спокойно отвечает Даниэль. — Бывают ситуации, когда человек не может с кем-то быть. То характер ужасный, то какие-то скелеты в шкафу, то еще что-то…

— Но это не тот случай! Ты – замечательный человек. Анна – классная девчонка. Хорошие люди должны быть вместе.

— В любом случае даже если мы помиримся, то нам придется потратить кучу времени на то, чтобы все забыть.

— Эй, а вы с Анной умели договариваться?

— По крайней мере, старались .

— И ругались?

— Это часть жизни любой пары. Если люди не могут решить проблему вместе, то им нет смысла быть вместе. Когда человек настроен на серьезные отношения, то надо учиться решать конфликты и мириться с какими-то недостатками. Человека не изменишь насильно. Но принять его таким, какой он есть, вполне возможно.

— Я знаю… — Кэссиди о чем-то задумывается, уставив немного грустный взгляд в одной точке, пока Даниэль мило приобнимает сестру за плечи и целует ее в висок.

— Не забивай этим голову, сестренка, — мягко говорит Даниэль. — Сейчас тебе нужно думать о другом. А влюбиться ты еще успеешь. Тебе всего девятнадцать. Твоя жизнь только начинается.

— Но я хочу видеть тебя счастливым. — Кэссиди переводит взгляд на Даниэля. — Знаешь, как мне больно видеть тебя таким разбитым. Я хочу, чтобы ты обнимал и целовал свою любимую девушку, а не ее одежду. Чтобы ты перестал делать вид, что ничего не происходит, а ситуация с Анной тебя не касается. Чтобы начал улыбаться, смеяться и веселиться от души, потому что тебе реально хорошо.

— Я тоже этого хочу. Но если Анна не захочет вернуться ко мне, то я буду вынужден смириться с этим и привыкнуть к жизни без нее. Я не могу всю жизнь страдать из-за нее.

— Твое нынешнее состояние убивает меня, Даниэль. — Кэссиди мягко гладит Даниэля по одной щеке и целует другую.

— Не переживай за меня, Кэсс. — Даниэль с легкой улыбкой гладит Кэссиди по голове. — Я справлюсь.

— Дэнни…

— Что бы ни случилось с моими отношениями с Анной, я продолжу заниматься твоим восстановлением, работой со своей группой и улучшением навыков вокала и игры на гитаре.

— Жизнь может быть очень непредсказуемой ! Я вот думала, что уже никогда не увижу тебя, но вот мы с тобой сидим вместе, разговариваем, смотрим мамины и папины фотографии…

— Ох… — Даниэль тихо вздыхает, грустными глазами окидывает всю комнату и медленно проводит руками по лицу. — Может… В глубине души я верю , что у меня есть шанс… Но я стараюсь не обнадеживать себя своими мечтами и иллюзиями. Как говорится, готовься к худшему – надейся на лучшее. К тому же, никто не отменял действие закона подлости. Ждешь одно, а получаешь другое.

— Господи, Анна уже дала тебе столько намеков, а ты, дурачок, вбил себе в голову, что она уже не вернется к тебе!

— Пусть все будет так, как должно быть. Я свое дело сделал.

— Но зачем готовить себя к худшему сейчас?

— Чтобы период смирения не был тяжелым. Я уже давно готовил себя и запретил себе жить своими фантазиями. Мечты причиняют мне боль.

— И ты даже не попробуешь поговорить с Анной, поехав к ней домой или пригласив ее сюда?

— Нет, я оставлю ее в покое и дам ей шанс отдохнуть и прийти в себя. — Даниэль медленно вздыхает. — Да и мне надо мозги на место поставить после всего этого ада, который я пережил за последнее время.

— Ладно, поступай как хочешь, — пожимает плечами Кэссиди. — Но я бы не хотела, чтобы ты совсем раскисал. Если бы тебе не на что было надеяться, столько людей не говорило бы так уверенно о том, что Анна может вернуться к тебе.

— Не хочу об этом думать… — уставив взгляд в одной точке, задумчиво отвечает Даниэль. — И говорить… Пусть пройдет какое-то время, а там будет видно.

— В любом случае ты всегда можешь рассчитывать на меня. — Кэссиди с легкой улыбкой мило целует Даниэля в щеку и кладет голову брату на плечо, которое она также гладит. — Я всегда буду рядом и сделаю все, чтобы помочь тебе. Ты не одинок, братик. И не будешь, пока я с тобой.

— Спасибо, сестренка, — скромно улыбается Даниэль. — Я так рад, что ты у меня есть… Что ты теперь живешь со мной… Хоть мне всегда нравилось жить одному, иногда я так хотел с кем-нибудь поговорить поздним вечером перед сном или за ужином. Все-таки включенный телевизор не может заменить мне собеседника и дать чувство, что рядом со мной кто-то есть.

— Да уж, одиночество полезно, но порой от него начинаешь уставать.

В воздухе пару секунд царит пауза, во время которой Кэссиди и Даниэль скромно улыбаются и заключают друг друга в дружеские объятия. А отстранившись от своего брата немного погодя, девушка переводит взгляд на шелковый халат, который лежит рядом с мужчиной.

— Кстати, а что ты собираешься делать с халатом Анны? — интересуется Кэссиди. — Надо бы вернуть его.

— Пока что не хочу, — хитро улыбается Даниэль, берет халат Анны в руки и щекой медленно проводит по невероятно мягкому светло-зеленому шелку. — Пусть ее частичка будет рядом