Проверка на прочность - Эль Кеннеди

Уайатт, будто почувствовав его присутствие, поднял светловолосую голову и повернулся к двери. При виде Броди он кивнул в знак приветствия.

Броди тоже кивнул в ответ и слегка улыбнулся, но Уайатт не прореагировал. Он редко улыбался. Даже после сегодняшней победы казался скорее серьезным, нежели торжествующим.

Броди знал капитана уже три года и привык к подобному зрелищу, но был вынужден признать, что такое поведение не особенно располагает к человеку.

– Здорово, – сказал кто-то у него за спиной и хлопнул Броди по плечу.

Крутанувшись, Броди обнаружил Беккера.

– Здорово.

– За стойкой сядем или там? – спросил Сэм, махнув рукой в сторону столов.

Было воскресенье, время близилось к полуночи, безлюдный бар выглядел каким-то призрачным.

Броди уставился на Крейга.

– Как думаешь, мне подойти к нему?

Беккер помрачнел.

– А зачем?

– Я еще не обсудил с ним то, что тогда увидел. – Внезапно Броди вспомнил, что Беккер обещал поговорить с Уайаттом, и добавил: – Ты его, кстати, спрашивал?

Беккер покачал головой.

– Пытался, но он меня сразу заткнул. Давай сядем.

Они устроились на высоких стульях, и бармен принял у них заказ.

– Как он тебя заткнул? – уточнил Броди, и взгляд его снова устремился к Уайатту.

– Я намекнул Уайатту, что кое-кто видел его с миссис Хьюстон, а потом этот кто-то поделился со мной ценной информацией. А он практически в каменную стену превратился. Рявкнул, что ему нечего сказать на этот счет, и свалил. Я не хотел гнаться за ним и расспрашивать. Раз он не захотел говорить о Шейле Хьюстон, значит, и об обвинениях в подкупе не стал бы. И он в принципе со мной беседовать не собирался, вот я и отстал.

– Но он ничего не отрицал.

– Не-а. – Беккер улыбкой поблагодарил бармена, поставившего перед ними напитки. Хлебнул виски и, отставив бокал, внимательно посмотрел на Броди.

– Что?

– Может, теперь поговорим о Хейли?

Броди ощетинился.

– Ты теперь кодовое имя используешь? – усмехнулся Беккер.

– Нет, Джонсу просто плохо было видно экран телефона. Она записана как Хейден.

Беккер наклонился вперед, опираясь на локти, и понизил голос:

– Пацан. Ты мой лучший друг. И тебе надо завязывать, приятель. Я тебя еще на прошлой неделе в «Галлахере» предупредил, нельзя трахать дочку владельца команды.

Настороженность Броди переросла в раздражение.

– Я не просто ее трахаю, я с ней встречаюсь.

Ну, вроде того. Хейден пока еще считала, что у них интрижка, но Броди был уверен, она чувствовала сдвиг в отношениях, точно так же, как и он.

– Черт, какой отстой!

– Почему? – возмутился Броди.

Беккер вздохнул, запустив пятерню в волосы.

– Прямо сейчас в отношении всех нас ведется расследование. Каждый должен выглядеть кристально чистым. А связь с дочерью владельца – это очень скверно.

Броди стиснул зубы.

– Хейден никак не связана с отцом, а обвинения выдвигались в его адрес.

– Тебе ничего толком не известно. Если Прес и правда совершил все, в чем его обвиняют, возможно, он уже посвятил дочь в свои делишки. А если она поделится с тобой информацией и втянет в этот бедлам? – Беккер поднял руки в примиряющем жесте. – Послушай, пацан, мне на тебя не плевать. Твой образ имеет большое значение для окружающих, особенно в таких ситуациях. Пока все не рассосется, тебе надо быть бдительным.

Броди заскрипел зубами. Гнев бурлил в душе и грозился вырваться наружу.

– Я не могу контролировать то, что люди говорят и думают. Я не сделал ничего дурного и не перестану видеться с Хейден исключительно потому, что ее отец, возможно – только возможно! – в чем-то виноват.

– Но не надо забывать о команде. Последнее, что нам сейчас нужно, – очередная скандальная драма и лишние проблемы.

– Нет никакой драмы. Мы с Хейден осмотрительны. И она мне нравится, черт возьми. Ты хочешь, чтобы из-за расследования я отказался от чего-то настоящего? Ну уж нет, Сэм.

Товарищ выглядел ошеломленным.

– От чего-то настоящего? – переспросил он.

– Да, старик. Это и правда настоящее. Я счастлив с ней. Волнуюсь перед встречей, скучаю, когда ее нет рядом. И я не хочу ее терять.

Во взгляде Беккера вспыхнула досада, но она тотчас сменилась смирением.

– Проклятье. Ладно. – Он помотал головой, поднес к губам бокал и щедро глотнул виски. – Если тебе за это прилетит, не приходи ко мне плакаться.

Глава двадцать вторая

– Ты пришел! – изумленно воскликнула Хейден, завидев отца. Она уже пятнадцать минут поджидала его, сидя за угловым столиком ресторана, и начала терять надежду увидеться с папой.

Наступил четверг, дни летели, в последний раз они виделись на благотворительном вечере, и, хотя договорились позавтракать в городе, Хейден слабо верила, что папа явится. Она уже было решила, что сейчас ей позвонит персональный ассистент отца и скажет, что ничего не получится. Поэтому пятнадцать минут ожидания только укрепили ее подозрения.

Однако он здесь – в темно-сером костюме, пошитом на заказ, с идеально уложенными волосами. При виде дочери зеленые глаза Пресли загорелись.

– Нечего удивляться, – подколол он, когда Хейден поднялась ему навстречу и обняла в знак приветствия.

Пресли поцеловал дочь в макушку и сильнее выдвинул стул, чтобы ей было удобнее сесть. Ресторан, выбранный отцовским помощником, явно пользовался популярностью, в половине девятого утра в зале не было ни единого свободного столика.

Заведение открывалось каждый будний день в семь тридцать, и сюда заглядывали облеченные властью бизнесмены, готовые с головой погрузиться в работу, расставив задачи в приоритетном порядке. Люди вроде ее отца.

– Но ты и правда меня удивил, – призналась Хейден. – Я уж решила, что ты опять отменишь встречу.

На его лице промелькнуло сожаление. Отец уже открыл было рот, чтобы возразить, но тут подоспела официантка, и разговор прервался.

Отец заказал эспрессо, дождался, когда девушка уйдет, и заметил:

– Милая, мне очень жаль. Честно. Когда я просил тебя приехать домой, я искренне считал, что смогу проводить с тобой много времени. Но в этом году игры в плей-офф оказались весьма напряженными, теперь мы вышли во второй раунд, а трудности никуда не делись.

Хейден подавила порыв закатить глаза. Она знала, что у отца важная работа, но ведь не он выходил раз в два дня на лед, не его тело пропускали через мясорубку ради победы. А он вел себя так, будто сам был причиной успеха «Уорриорз». Отчасти, конечно, так и есть, но всякий раз, хвастаясь достижениями команды, папа забывал упомянуть ее игроков.

Хейден поняла, что намерена встать на защиту Броди.

Господи. Каким образом она настолько прикипела