Бывшие. Ты всё ещё моя - Джулия Ромуш

Вздохнув, я заказываю блинчики и зелёный чай. Внутри что-то покалывает. Это от вопроса Ника таким тоном. Потому что по сути ничего объяснять я не должна.

— Как твои дела? Чем занимался? — Мило улыбаюсь, пытаюсь перевести тему, но по его лицу вижу, что не получается.

— Соня...

— Ник, давай так, в таком тоне я не стану обсуждать свою личную жизнь. Да, ты переживаешь, я это понимаю. Но и я уже взрослая девочка. Умею за себя постоять и принимать решения. — Выпаливаю на одном дыхании. Я всё понимаю, но это моя жизнь. И я сама решаю, что с ней делать. Я не лезу в жизнь Ника, не диктую, что и как ему делать. Придётся как-то всем подстраиваться в сложившейся ситуации.

— Значит, ты решила с ним возобновить отношения? Серьёзно?

— Если мы не сможем разговаривать нормально, то, наверное, нам лучше встретиться позже, когда эмоции немного успокоятся.

— Охренеть, ещё и кинешь меня здесь?

— Ник, я хочу разговаривать нормально. Я знаю всю степень твоего возмущения. Но ещё есть я и мои решения. И, да, я имею права принимать решения, которые лично мне кажутся для меня хорошими. Я не хочу ссориться. — Произношу это всё искренне. Я правда понимаю степень его возмущения. Он много что видел. Поддерживал. Помогал пережить мне расставание. Но ещё он мой друг. И пускай не сразу, но должен за меня порадоваться.

Ник вздыхает и руки в волосы запускает.

— Ладно, может, я и перебарщиваю. Но передай ему, что, если он хоть раз тебя ещё обидит, я его пенсионные косточки пересчитаю всё до одной.

Качаю головой, всё-таки не смог сдержаться.

— Я решила дать шанс этим отношениям, а что получится в итоге, будет видно. В любом случае он всегда будет в моей жизни как отец Дениса. Сын к нему очень сильно тянется.

— Здесь да, нужно Дениса научить получше в людях разбираться, — Ник вздыхает.

— Эй, — тут же в него взглядом стреляю, — не перегибай.

Обед проходит не в такой напряжённой обстановке, как начинался, и я благодарна Нику за то, что он смог себя пересилить и унять градацию его недовольства по поводу моего решения.

Посмотрев на время, я понимаю, что успеваю пешком пройтись до объекта, на котором должна встретиться с помощником Медведя. Но уже спустя пятнадцать минут очень сильно жалею о своём решении. Потому что недалеко от торгового центра встречаю ту, которую хотела видеть меньше всего. Мне навстречу идёт Майя.

Я даже на секундочку задумываюсь о том, что бы быстро через дорогу перебежать. Настолько не хочется во всём этом участвовать. Но я себя тут же одёргиваю. Никуда перебегать не стану. Расставим все точки над "і". Пора уже.

Не ускоряю шаг, не пытаюсь сделать вид, что её не вижу. Не маленькие. Хочет поговорить — отлично.

— Какие люди, — Майя зло растягивает губы в улыбке.

— Ты же не обидишься, если я не стану делать вид, что рада тебя видеть? — Склоняю голову набок. На Майю смотрю, которая от злости зубами скрипеть начинает.

— Смелая какая стала, Соня, раньше только взглядом пол сверлила и мычала что-то непонятное.

Из Майи сочится сарказм, злость, ярость. И это все она хочет выплеснуть на меня.

— Мои успехи обсудили, на этом и разойдёмся?

Вздохнув, я из сумочки телефон достаю, который вибрирует. Сердце биться начинает чаще. Медведь как будто чувствует, когда именно позвонить нужно.

— Давно решила моему отцу своего сына приписать?!

— Дай подумать, — хмурюсь, — ну вот почти сразу, как родила. Подумала, отличный вариант.

— Ты ведь его нагуляла!

Майя пользуется своим любимым приёмом, начинает орать и привлекать внимание проходящих мимо людей. Прямо как ребёнок в магазине, который игрушку хочет, а ему отказываются её покупать. Интересно, дойдёт до того, что она на асфальт упадёт и будет в истерике биться?

— Слушай, у меня на всё это нет времени, честно. У меня работа. Ты можешь все эти теории с подружками обсудить. Или кто там у тебя есть. Не всех же ты наркотой опаиваешься и в больницу отправляешь, правда?

Майя идёт красными пятнами.

— Ты...

— Я не твой отец, твои истерики и выступления меня ни разу не трогают. Мне просто плевать на тебя. Ты можешь верить во что угодно. Можешь успокаивать себя, как тебе только захочется. По старой дружбе могу совет дать, — Майя недовольно кривится, — не хочешь потерять общение с отцом — возьмись за голову.

— Ты мне ещё указывать будешь?! Трахалась не пойми с кем, а теперь спустя столько лет припёрлась и... Я скажу отцу, что нужно тест ДНК сделать и что...

— К моему ребёнку приблизишься, и я за себя не ручаюсь, — произношу холодно, — хочешь проверить, на что я способна? Рискни — проверь. Последствия тебя очень огорчат.

Майя от меня отшатывается. Недовольно взглядом сверлит.

— У тебя не получится, поняла?! Ты как не заслуживала моего отца, так и не заслуживаешь. Решила с помощью ребёнка прибрать к рукам всё имущество, да?! Чтобы он наследником стал?!

Я резко шаг вперёд делаю, Майя снова отпрыгивает, в глазах страх.

— Ты сама себя слышишь? Мне искренне жаль, что ты выросла такой. Эгоизм не лечится. И дальше будет только сложнее.

— Как же я тебя ненавижу, сука! — Выплёвывает мне с яростью в лицо.

— Не поверишь, но взаимно. Повторяю ещё раз, на случай если проблемы с памятью, не советую приближаться к моему ребёнку. Потому что я не посмотрю на то, что ты дочь Михаила. Ты сделала достаточно, чтобы я себя больше не сдерживала. Это последний разговор, где я веду себя воспитанно. Держись подальше, Майя.

— Твоя жизнь станет адом. Я тебе обещаю. Я никуда не денусь из жизни моего отца. И буду проводить время с братишкой.

Очередная провокация маленького ребёнка. Майя пытается вывести меня на эмоции. Взбесить. Хочет на драку спровоцировать? Я знаю методы лучше. Только не хочу быть сукой. Но если придётся...

— Самое главное, чтобы сама в своё же пекло и не попала. Ты меня утомила. — С этими словами я просто ухожу.

Майя стоит несколько секунд, совсем не сдвигаясь с места, а после в спину что-то кричать начинает. Я даже не обращаю на это внимания. Столько времени прошло, а она так и не изменилась. Не повзрослела. Так и зависла на одной стадии. Мне искренне жаль, что она сама всё испортит. Мне даже не нужно будет ничего предпринимать. Она сама сделает всё для того, чтобы их общение с Михаилом сократилось до