Выбор судьбы - Диана Курамшина

Следующий раз, когда пришла на какое-то время темнота, с одной из сторон появились неясные тени. Они будто бы сопровождали меня, правда никаких подозрительных звуков не слышала. Останавливаться не стала. Поняла, что скорее всего двигаюсь в своеобразном защитном туннеле, так что наоборот, следует поторопиться. Не отвлекаясь на происходящее вокруг. Меня за всё это время даже комар не укусил, да и вообще, никакого гнуса не наблюдалось. Так что передёрнув плечами толи от страха, толи от холода, запахнула плащ и не оборачиваясь по сторонам, поспешила вперёд. Стараясь больше смотреть под ноги, чем вокруг. Только страху нагоняет.

Начала уставать, да и голод, что уже несколько месяцев не чувствовала, давал о себе знать. Первые позывы почти не ощущались. За время вынужденного поста подобное состояние было настолько обыденным, что на него просто не обращала внимание. Но сейчас желудок сигнализировал довольно чувствительными спазмами. Хотела уже остановиться и поискать в узелке какой-либо еды, но заметила метрах в пятистах впереди Шишака. Он махал рукой. Видимо там мой путь должен был на сегодня закончиться. Да и лешему наверняка тяжко дался сегодняшний день. Потому поспешила, надеясь передохнуть. Интересно, я уже вышла к камню? Томила говорила, что должна к вечеру успеть. По ощущениям шла не менее пяти-шести часов.

Приблизившись заметила, что Шишак шмыгнул за усыпанный мелкими цветочками куст, возле которого заканчивалась моя тропинка. Устало вздохнула добравшись до него и обошла, выходя на поляну. Неожиданно осознала, что уже почти темно. На западе алел пламенем закат, подсвечивая макушки деревьев. Обессилено села на траву. Хорошо плащ под мягким местом. Не застудиться бы.

Леший стоял с противоположной стороны поляны, показывая на уже еле заметный просвет между деревьями. Видимо мне туда. Но резь в желудке говорила о том, что надо хоть что ни будь съесть. Странно. Даже в голодные месяцы у меня так не реагировал организм на отсутствие пищи меньше суток. Гастрит что ли заработала? Нужно проверить. Но сейчас не было ни сил, ни желания.

Шишак неожиданно обнаружился в нескольких шагах от меня. Что-то проскрипев, он указал ветками всё в том же направлении.

— Не понимаю! — устало покачала головой. — Дай пару минут. Чрево сводит от голода.

Леший прикоснулся ко мне несколькими побегами, а я почувствовала небольшой отток силы.

— Нужно торопиться, — проскрипело в моём сознании. — До полуночи должна быть на месте.

Он протянул несколько сушёных ягод. Я отказалась и развязала узелок, принесённый Томилой. Тут оказались чищенные вареные яйца, репа и лепёшки, слегка смазанные маслом внутри. Немного по-быстрому перекусила. Резко захотелось пить. Но думаю это можно сделать и после.

Поднялась и увидела Шишака вновь на краю поляны. За это время уже потемнело, и только высокая полная луна ярко освещала пространство. А вот сейчас лес оглушал звуками. Какофония жужжания, посвистывания, поухивания и другого шума заполонила территорию.

В чаще не было темно. Лунный свет прорезал лучами весь лес. Всё подсвечивалось, играя бликами. Листья и трава казались посеребрёнными. Правда, сие порождало иллюзию движения по периметру обзора. Будто за мной наблюдают перемещающиеся тени. И что удивительно, это не беспокоило. Леший двигался рядом совершенно безмятежно, значит мне ничего не угрожает. Поделившись с ним энергией, я начала немного ощущать окружающий лес. Скорее всего, Шишак передавал, пропуская через себя.

На очередной поляне мы остановились. С краю. Потому как на противоположную сторону вышел исполин. Нет, это тоже был леший, но по сравнению с Шишаком, просто огромный. Минимум на метр выше меня с внушительными руками и скрюченными пальцами-ветками.

— Дальше тебя проводит хранитель, — заявил Шишак, указав на нашего визави. — Мне туда хода нет. Буду ждать здесь — сказал он, предвосхитив мой вопрос.

Кивнув, аккуратно, уговаривая себя не бояться, направилась туда. Когда осталось пару метров, хранитель развернулся и двинулся дальше, а с каждым его шагом начала подсвечиваться не видимая до этого тропинка. Трава просто раздвигалась, обнажая влажную землю, а после того, как я проходила, снова сдвигалась, не оставляя следов моего тут пребывания.

Примерно через пол часа неспешного движения мы вышли на небольшую прогалину. Она производила гнетущее впечатление, несмотря на ярко светившую луну. В кронах растущих по периметру деревьев скрежетали ветви от небольшого ветерка. Над головой кто-то недовольно ухал и слышался шум крыльев. А в траве то загорались, то гасли огоньки, иногда «убегая» в глубь леса.

Видимо вся поляна полностью была капищем, так как вокруг, почти по кромке растущих деревьев, возвышались огромные идолы, как минимум метра по три в высоту. Их было много и не все я находила в памяти Любавы. Да и у знакомых лики были весьма устрашающими. Особенно когда двигались тени от проплывающих облаков. Облик словно оживал и кривился.

Хранитель двинул рукой. Понятно, следует выйти в центр, к расположенному там камню.

Хм… я ожидала большего. Цель моего путешествия находилась ровно по центру поляны. Буйная весенняя трава не росла ближе пары шагов. Но никаких следов её специального уничтожения не наблюдалось.

Алатырь возвышался всего на пол метра над землёй. Зато оказался очень широким. И весь был испещрён рунами и рисунками. То, что это не его реальный размер, осознала увидев, что часть узора уходит по землю. Так что точные габариты остались неизвестны.

Как там Мала говорила… «Сварог высек на нём руны… а прочитавший сии письмена, постигнет суть бытия и станет подобен им» …

Кому им? Богам? Тут что, изложен путь становления богом? Интересно…

Обошла камень по кругу, но остановившись, сняла плащ. Если на тропе было достаточно прохладно, то выйдя в лес начала потихоньку покрываться потом. Ночь по-летнему тепла и сейчас в накидке уже довольно сильно взопрела. Так что сложила свои пожитки с краю и вернулась.

Огромная луна стояла почти точно над прогалиной, так что со светом проблем не было. Я чётко различала высеченные руны. Большинство из них мне оказалось не известным. Кроме того, огромная часть находилась вообще под землёй и к изучению не доступна. А мне и копать нечем. И думаю, хранитель подобному поведению не обрадуется.

Найдя идол Мары, встала на колени перед алтарём так, дабы оказаться к нему лицом. Вынула из сапожка ножик и вытянув над камнем руки принялась нараспев читать заговор. Томила учила меня ему целый месяц, заставляя ежедневно повторять и повторять. Однажды даже ночью разбудила и спросила. Ответила без запинки, а он довольно длинный.

Закончив, выдохнула и слегка порезала себе ладонь,