Костяной жнец - Кайла Мари

я отшатываюсь. Я пытаюсь подойти к Лили, туда, где она борется с другим мужчиной, пиная и царапая его, но кто-то дергает меня за волосы на затылке, и я падаю на задницу. Извернувшись, я бью ногой по яйцам парня. Он мгновенно отпускает мои волосы и стонет.

— Гребаная сука!

— Хватит об этом, — говорит третий мужчина. Он подходит к Лили с ножом в руке и вонзает его ей в живот, пока ее держит второй парень.

— Нет! — я реву и, вскакивая на ноги, бросаюсь к ним. Мужчина с ножом вырывает нож из рук Лили и поворачивается ко мне, нанося удар прямо в лицо. От удара я почти теряю сознание и, вероятно, должна была сломать нос. Я падаю одновременно с Лили, и мы обе лежим на полу, протягивая друг к другу руки. Она хватается за живот, пока густая кровь течет сквозь ее пальцы.

Я чувствую внезапный укол в шею и падаю еще слабее, зрение сужается.

Нет.

— Чарли, — удается пробормотать Лили, когда меня подхватывают и уносят.

— Оставь ее. Она все равно скоро умрет.

Последнее, что я вижу, — это моя лучшая подруга, истекающая кровью на полу своей гостиной в детской голубой шелковой пижаме.

Жнец

Когда я подхожу к двери Лили, я обнаруживаю, что она слегка приоткрыта, и сразу понимаю, что что-то не так. Я не потрудился надеть маску, но я никогда не выхожу из дома без оружия. Я вытаскиваю кинжал и толкаю дверь.

Комната погружена в темноту, но когда я включаю свет, мое внимание мгновенно переключается на женщину с вьющимися темно-русыми волосами, лежащую в луже крови.

Лили.

Я бросаюсь к ней и щупаю пульс. Он едва прощупывается. Она без сознания, но все еще жива.

— Лили. Эй, останься со мной. С тобой все будет в порядке.

Я достаю одноразовый телефон и набираю 911, вызывая скорую. — Послушай, ты очень нужна Шарлотте. Она нуждается в своей лучшей подруге. Ты сопротивляйся. Держись, Лили, помощь едет.

Когда я слышу сирены, я возвращаюсь к своей машине и уезжаю.

Кто-то забрал мою гребаную девчонку! Я достаю свой основной телефон и запускаю приложение для отслеживания. Надеюсь, Шарлотта надела тот черный лифчик, в который я вставил устройство слежения.

На экране появляется пункт ее назначения, и я быстро просматриваю местоположение через другое приложение. Она в доме Фредрика Дойла. Гребаный отец Джейсона.

Черт.

Он никак не может знать, что она убила его. Это из-за меня. Он хочет меня. Ее похитили, чтобы добраться до меня. Черт! Я должен был это предвидеть.

Я собираюсь убить этого ублюдка.

Я приезжаю к себе домой, чтобы загрузить снаряжение. Фредрик ожидает моего прихода. А это значит, что он будет не один. Они будут готовы, но и я тоже.

Я надеваю обтягивающую черную рубашку с длинным рукавом, тактические брюки, черные ботинки и кевларовый жилет. Я набиваю карманы своего жилета ручной работы кинжалами, метательными ножами и ручной косой, висящей на ремне за спиной. Затем достаю из шкафчика свои хлысты и, наконец, надеваю костяную маску.

Я иду, маленькая дикарка.

Глава 34

Шарлотта

Первым ко мне возвращается обоняние. Затхлый запах, как в старой комнате, где годами не было свежего воздуха, но я чувствую и что-то знакомое.

Внезапно я снова чувствую свои конечности. За исключением того, что я не могу двигать ими так же свободно. Я к чему-то привязана запястьями. Что-то твердое и тугое впивается в мою кожу, когда я пытаюсь пошевелить руками. Мои глаза все еще кажутся такими тяжелыми, но я пытаюсь их открыть. Это дается с трудом, но я приоткрываю их, пропуская в темноту. Я пытаюсь снова и снова, пока они полностью не открываются. Я продолжаю моргать сквозь расплывчатость, и мое затуманенное зрение наконец проясняется.

Я в темной комнате, лежу на кровати. Молния привязана к столбикам кровати.

Дерьмо.

Я продолжаю осматривать комнату. Дверь возвышается у стены передо мной, издеваясь надо мной. Закрыта и недоступна. Это большая, довольно простая комната. Высокие белые стены, небольшая зона отдыха с белыми кожаными креслами и маленьким черным столиком. Двойные стеклянные двери, ведущие на балкон. Только слабый отблеск луны пробивается по небу.

Трудно сказать, как долго я здесь нахожусь. Это тот же день, когда я была у Лили?

О боже, Лили. Ее окровавленное тело и лицо были последним, что я увидела, прежде чем все потемнело, и я очнулась здесь. Она истекала кровью. Поскольку рядом нет никого, кто мог бы позвать на помощь, она... вероятно, умерла. Нет.

Нет. Нет. Нет.

Я безжалостно дергаю за ремни. Немею от боли, когда стяжки врезаются в мою плоть.

— Так, так, так. Добро пожаловать обратно в страну живых, маленькая шалунья.

У меня кровь стынет в жилах от знакомого голоса с очаровательным южным акцентом. Я перевожу взгляд в самый дальний угол комнаты, сканируя затемненное пространство в поисках других признаков его присутствия. Внезапное движение в темноте, как будто что-то или кто-то поднимается в полный рост. Затем он делает шаг вперед, открывая себя.

Веном неспешно приближается ко мне. Его светлые волосы казались почти серебряными в свете луны, проникающей через балконную дверь. Черная парадная рубашка застегнута на все пуговицы и плотно облегает верхнюю половину его тела, выглядя очень похоже на то, каким я впервые увидела его во Франции.

— Ты. — я хмурюсь.

— Я, — говорит он с дьявольской ухмылкой.

— Отпусти меня, блядь! Какого хрена тебе надо?!

Я снова борюсь со своими путями.

— Полегче, дорогая. Ты делаешь себе больно.

Он подходит еще ближе ко мне, затем садится на кровать, его бедра, обтянутые темной джинсовой тканью, почти прижимаются к моему торсу. Он наклоняется вперед и касается моего запястья, осматривая его. От прохладного прикосновения его пальцев по всему моему телу бегут мурашки. Я пытаюсь вырваться, но это бесполезно.

— Ш-ш-ш. Расслабься.

— Не прикасайся ко мне, блядь. Отъебись от меня!

Он игнорирует меня и продолжает осматривать мое запястье.

— Ты прорвала кожу. У тебя идет кровь, — заявляет он, выглядя по-настоящему обеспокоенным. Я внутренне усмехаюсь.

— Да, ну, может, в следующий раз не похищай меня и не привязывай к гребаной кровати, сумасшедший!

— Не я забирал тебя, дорогая. Хотя, признаю, я привел их к тебе.

— Кто это ”они"?!

— Ш-ш-ш. — он прижимает холодный палец к моим губам, затем снова обращает свое внимание на мою связанную руку. Он кладет что-то в рот и, к моему величайшему удивлению и ужасу, начинает облизывать мою свежую рану, казалось, наслаждаясь вкусом моей крови.

Что