Разрушение георгина - К. Р. Джейн

— Мой отец, — сухо прокомментировал он, прежде чем придать своему лицу выражение, лишенное всяких эмоций.

Карло Росси, «босс» Коза Ностры. Габриэль предупреждал меня о нем, что он змея. Блядь.

Прежде чем я успела спросить что-нибудь еще, они оказались перед нами.

— Сынок, — сказал мужчина низким голосом. Люциан кивнул ему, но не попытался пожать ему руку или, упаси боже, обнять его.

Было невозможно не заметить, что Люциан и его отец были родственниками, как нельзя было не заметить, что этот человек создал Габриэля. Он был идеальным сочетанием этих двоих, невероятно красивым, как и они, и мне казалось, что я вижу, как они оба будут выглядеть через тридцать пять лет. Однако я не увидела в нем ничего от Рафаэля.

Карло обратил свое внимание на меня, и пальцы Люциана впились мне в бок.

— Приятно познакомиться, сэр. Люциан рассказал мне о тебе так много хорошего, — сказала я, притворяясь взволнованной.

Карло рассмеялся, и это звучало демонически, я уверена, что у всех, кто находился поблизости, по спине побежали мурашки. Это определенно вызывало у меня мурашки.

— Прекрасная Далия. Должен сказать, ты не разочаровываешь, — усмехнулся он, его взгляд пожирал мое тело, и в отличие от того, когда его сыновья делали то же самое, от его взгляда меня только тошнило.

Он протянул руку, и я почувствовала, что у меня нет другого выбора, кроме как отдать ему свою, даже когда пальцы Люциана впились мне в бок еще сильнее.

Карло взял мою руку и поднес ко рту, оставив поцелуй на моей коже, который наполнил меня отвращением. И я определенно заметила, когда он использовал немного языка. Я изо всех сил старалась не дрожать, хотя все внутри меня говорило мне, что этот человек — чистое зло. Нельзя показывать слабость перед такими мужчинами. Это только заставило их хотеть наброситься.

— Надеюсь, мой сын обращается с тобой так, как ты того заслуживаешь, — прокомментировал Карло, наконец отпустив мою руку. Это было все, что я могла сделать, чтобы не стереть его о мое платье. Я так отчаянно хотела стереть с себя его следы.

— Конечно, — ответила я, одарив Люциана тем, что, как я надеялась, выглядело как любящая улыбка.

Девушка Карло очень интересовалась Люцианом, все время трахала его глазами, и небольшая часть меня… очень маленькая часть хотела воткнуть в нее вилку со стола рядом со мной.

Я заметила, что Карло не удосужился ее представить.

— Я так рад, что ты смог это сделать, отец, — сказал ему Люциан с насмешкой, от которой у меня округлились глаза.

Я заметила, что на нас четверых смотрели миллионы пар глаз. Ясно, что все чувствовали необходимость не спускать глаз с самых влиятельных людей в комнате.

Это было умно с их стороны. Потому что в воздухе вокруг них витало насилие, будто в любую минуту они могли выхватить оружие, которое, как я знала, они оба упаковали, и застрелить друг друга… и, возможно, всех остальных.

Я повернулась к Люциану и положила руку ему на грудь, пытаясь сыграть свою роль. Но Люциан напрягся под моим прикосновением. Его пальцы на моей стороне стали болезненными, и он практически швырнул свой стакан на поднос проходившего мимо официанта и схватил меня за запястье, которое касалось его.

Я старалась не корчить гримасу, но его хватка так сильно сжала мое запястье, что, наверное, остался синяк.

Все это время Карло жадно наблюдал за нами с веселой ухмылкой на лице. Его взгляд остановился на моем кольце.

— Кольцо твоей матери, Люциан. Я бы не назвал тебя сентиментальным типом.

Я не двигала своим лицом, не желая, чтобы Карло знал, что я понятия не имела, что ношу кольцо мертвой женщины.

Габриэль рассказал мне о своей матери, о том, как она умерла от передозировки несколько лет назад после десятилетий пьянства и отпускаемых по рецепту лекарств. Конечно, это не предвещало ничего хорошего, что ее кольцо было тем, что Люциан решил подарить мне. Судя по тому, что упомянул Габриэль, ни у кого из них не было с ней хороших отношений… особенно у Рафаэля, вечного напоминания о неверности ее мужа.

— Я подумал, что это хорошая идея — оставить это в семье, — ответил Люциан с какой-то скрытой ноткой в голосе, которую я не поняла. — Как бы ни было приятно видеть вас сегодня вечером, отец, боюсь, есть еще гости, которым я хочу представить мою прелестную невесту до начала ужина.

Щеки Карло дернулись, а глаза его потемнели от явного отказа Люциана. Очевидно, он не упустил из виду сарказм в голосе Люциана, и я уверена, что Босс не хотел, чтобы его отшивали.

Но внешность, очевидно, была всем, потому что он одарил нас обоих обманчиво очаровательной улыбкой, стирая все следы скрытого гнева.

— Конечно, сынок. Мы поговорим утром первым делом. Мне интересно узнать о твоей недавней поездке в Даллас.

Я почувствовала, как Люциан немного напрягся под моим прикосновением, но он только улыбнулся и кивнул.

— И Далия, мне не терпится узнать тебя поближе, — продолжил Карло, и от его слов мой рот наполнился острым привкусом страха. Если бы я имела какое-то право голоса, я бы никогда больше его не увидела. Если бы только это зависело от меня.

Наконец, Карло отвернулся, потянув за собой потаскуху, с которой он был. Не раньше, чем она окинула Люциана еще одним взглядом через плечо «трахни меня».

Как только отец отвернулся, Люциан оторвал мою руку от своей груди. Он наклонился ближе, на его лице играла яркая улыбка, которая не скрывала угрозы во взгляде. — Никогда больше не прикасайся ко мне без моего разрешения, — прорычал он, каким-то образом сохраняя улыбку даже при явной угрозе в голосе.

Я вздрогнула от яда в его тоне. — Извини, я просто пыталась сыграть роль. Я не знала.

— Ну, теперь ты знаешь, — сказал он, прежде чем повернуться, чтобы поприветствовать группу красивых мужчин, которые выглядели примерно того же возраста, что и Люциан. Габриэль сказал, что он был на шесть лет моложе Люциана, то есть Люциану было 32 года. Группа выглядела так, будто они были в одном кругу с Люцианом.

Я заметила, что у Люциана была настоящая искренняя улыбка в этой группе, и я сделала все возможное, чтобы обратить внимание на их разговор после