Разрушение георгина - К. Р. Джейн

— Пора танцевать, принцесса, — пробормотал он, и его дыхание с ароматом шоколада и бурбона скользнуло по моей коже.

— Танцевать? — спросила я, в замешательстве оглядывая комнату. Все по-прежнему сидели за своими столами, а несколько человек слонялись вокруг многочисленных барных станций, расставленных по комнате.

Люциан уже встал, хотя исполнители переключились с Моцарта, который играл, на песню, которую я сразу узнала даже по оркестровому сопровождению. Это была «Young and Beautiful» - Lana Del Rey.

Перед исполнителями была открытая площадка, которую я раньше не замечала, и Люциан повел меня за руку в центр зала.

— Мне разрешено прикасаться к тебе? — пробормотала я с наклеенной улыбкой на губах, когда увидела комнату, полную глаз, обращенных на нас обоих.

Вместо ответа Люциан обнял меня и притянул к себе, слишком близко, не оставляя мне выбора, кроме как положить свою руку ему на плечо, а другую он держал между нами. Искры пробежали по моей коже от ощущения его рук вокруг меня.

Он начал двигаться, и, словно я была рождена, чтобы танцевать с ним, я легко растворялась в его движениях.

Он смотрел на меня сверху вниз, его блестящие зеленые глаза были непроницаемы, как всегда, даже когда он производил на толпу самое лучшее впечатление влюбленного человека.

Я не могла этого вынести. Он мог смотреть на меня как угодно, но только не так.

— Пожалуйста, не смотри на меня так, — прошептала я ему, убедившись, что моя боль не написана на моем лице.

— Например, Далия? — сказал он, ошеломленный.

— Как будто ты не собираешься провести остаток наших жизней, разбивая мне сердце.

Его глаза блестели, когда свечи мерцали вокруг нас, и он продолжал вращать меня по полу. В приглушенном свете он выглядел как сон, темный сон, к которому девушка могла бы стремиться всю свою жизнь… и никогда не обладать им.

— По крайней мере, ты готова, — наконец пробормотал он.

Что-то внутри меня, что-то ужасно похожее на мою душу, вспыхнуло пламенем.

Прежде чем я успела ему ответить, кто-то откашлялся поблизости, я обернулась и увидела Габриэля, стоящего там с решимостью во взгляде, когда он изучал, как близко Люциан держит меня.

Последние ноты песни, под которую мы только что танцевали, стихли, и Люциан медленно остановил нас.

— Могу я помочь тебе, Габриэль? - Люциан сказал отрывистым голосом, улыбка все еще была на его лице, но его глаза говорили совсем другую историю.

— Я подумал, что стоит вмешаться и дать Далии шанс.

Я съёжилась от того, как прозвучали его слова, и Люциан тихо зарычал.

Словно вспомнив, что мы были в центре внимания, Люциан наконец кивнул.

— Конечно, брат, — саркастически сказал он, прежде чем наконец отпустить меня и отступить.

Та часть моего тела, которая, казалось, всегда предала меня, тут же упустила его прикосновение.

Габриэль не стал терять ни секунды, прижимая меня к себе, когда музыка сменилась на инструментальную версию «Take Me to Church» - Hosier.

Он был пьян. Это было очевидно, он держал меня слишком близко, чем это было допустимо на моей помолвке.

— Габриэль, что ты делаешь? — прошипела я, пытаясь создать между нами пространство. Но он не дал мне отойти ни на дюйм.

Несмотря на то, насколько пьяным он был, Габриэль все еще был ровным, пока водил меня по танцполу. К счастью, танцевать начали и другие пары, так что мы были не единственными, но я знала, что на нас по-прежнему смотрит очень много людей.

— Я умираю. Ты не будешь со мной разговаривать, ты почти не смотришь на меня. Я знал, что по крайней мере, на публике, что ты должна признать меня. — Когда он говорил, его губы коснулись моего уха, и я рефлекторно вздрогнула.

— Мы сказали все, что нужно было сказать. Нет ничего хорошего в том, что мы проводим время вместе.

Его руки сжались еще сильнее, как будто чем больше я говорила «нет», тем больше он не хотел меня отпускать.

— Ты все, о чем я думаю, Далия, — хрипло сказал он. — Мне кажется, что я умираю каждый раз, когда он прикосается к тебе.

Я вздохнула и на мгновение закрыла глаза. — Это нереально, Габриэль. Точно так же, как то, что ты думаешь, что чувствуешь ко мне, нереально, так и с Люцианом это никогда не будет реальным. Это будет просто представление для сцены, на которой я никогда не хотела быть.

— Может быть, прямо сейчас это так. Но я уже вижу, что ты лезешь ему под кожу. И я знаю по опыту, что, как только ты окажешься там, он никогда не сможет тебя вытащить.

Я покачала головой.

— Габриэль, это был один день. Все, что ты чувствуешь, исчезнет, просто… тебе просто нужно держаться подальше.

— Далия, единственное, что я знаю о своем обсессивно-компульсивном расстройстве, это то, что оно заставляет меня полностью сосредоточиться на том, чего я хочу. Не будет дня в нашей оставшейся жизни, когда я не попытаюсь добиться тебя обратно.

Я посмотрела на него, его золотые глаза сияли, когда он смотрел на меня сверху вниз. И, может быть, наоборот, преданность в его взгляде, когда он смотрел на меня, заставила меня чувствовать себя немного лучше из-за отсутствия преданности, которое я всегда видела у Люциана.

Песня достигла апогея, и Габриэль откинул меня назад, его взгляд пожирал мое тело. Когда он поднял меня обратно и песня начала заканчиваться, я грустно улыбнулась ему.

— Габриэль, проблема в том, что у тебя никогда не было меня.

Я снова наклеила фальшивую улыбку, когда Габриэль подвел меня к столу, а затем быстро направился к бару, не сказав ни слова, ни оглянувшись.

— Куда сбежал Люциан? — спросила я, усевшись на свое место.

Рафаэль откинулся на спинку стула, потягивая свой напиток, глядя на Габриэля кинжалами, пока тот уходил.

— Это действительно забавная вещь. Люциан исчез прямо посреди шоу, которое ты только что устроила. И это такое странное совпадение… но и моя подруга тоже.

Огонь вспыхнул в моих венах, когда я поняла, на что он намекает… но наверняка. Нет, даже Люциан не стал бы... Я резко встала со стула, даже не удосужившись притвориться небрежной.

— Я сейчас вернусь, — пробормотала я.

— Не уверен,