Разрушение георгина - К. Р. Джейн

Предвкушение разлилось по моим венам, когда я схватила бритву и полоснула себя по коже, сделав гораздо больший порез, чем обычно.

Кровь текла по моему боку, становясь розовой, смешиваясь с водой. Я сползла по стене душа, пока не оказалась на земле, вода была такой горячей, что обжигала каждую каплю.

Я оставалась там, зажав голову между коленями, время от времени теребя порез, чтобы он не начал затягиваться, и я просто чувствовала эту постоянную боль. Не в первый раз и, наверное, не в последний раз в моей голове пронеслись мрачные мысли. Просто покончить со всем этим прямо здесь, чтобы мне не пришлось столкнуться с еще одним днем, наполненным болью, и еще одной ночью, когда мои демоны преследовали меня.

Дверь ванной внезапно распахнулась, и Габриэль стоял там с безумным выражением лица.

— Черт, — пробормотал он, увидев, что я сижу там с окровавленной водой на полу в душе. Его глаза метнулись к бритве, которую я положила рядом со мной. Мне должно было быть стыдно за то, что он увидел меня такой.

Но я ничего не чувствовала.

Он схватил полотенце с грелки и тут же открыл дверцу душа, выругавшись, когда потянулся, чтобы выключить воду, и она обожгла ему кожу. Я просто смотрела на него в оцепенении, мой разум был в ступоре, который могли дать только потеря крови и горе.

Габриэль грустно посмотрел на меня.

— Bellissima-Красотка, почему?

Я просто равнодушно смотрела на него, и он прикусил губу, прежде чем двинуться ко мне.

Я не сделала никаких движений, чтобы помочь ему, когда он обернул полотенце вокруг меня и осторожно поднял меня с пола, как будто я была чем-то драгоценным.

Он вошел в мою спальню и усадил меня на кровать, методично вытирая меня, даже не посмотрев на то, что я была полностью обнажена. Полотенца, которые Эмилия достала для меня, были белыми, так что, конечно же, они были в пятнах крови и испорчены к тому времени, когда он высушил меня.

Впрочем, Габриэля это, похоже, не волновало. — Ложись, Далия. Мне нужно обработать рану, пока она не загноилась.

Он вернулся в ванную и появился с аптечкой, о существовании которой я не знала.

Открыв его, он просмотрел содержимое, пока не нашел тампон со спиртом. Он поморщился, когда посмотрел на мой порез.

— Возможно, порезу понадобятся швы, — пробормотал он.

— Это заживет, — устало пробормотала я.

Он зарычал и разорвал пакет из фольги, прежде чем вытащить тампон со спиртом, а затем так мягко, как только мог, начал протирать порез. Мои глаза закрылись почти в эйфории, когда порез обжегся алкоголем.

Этого нельзя было отрицать. Я была чрезвычайно облажался.

Затем Габриэль взял немного неоспорина и приложил его к большому пластырю, прежде чем прикрыть мою рану. Прежде чем сделать это, он накрыл все мои важные органы моим полотенцем, и, хотя голос в моей голове кричал мне, чтобы я встала, оделась и убрала Габриэля к черту из моей комнаты, я продолжала лежать там.

Габриэль исчез в ванной, и я услышала звук бегущей воды, пока он мыл руки. Вернувшись, он вошел в шкаф, на секунду остановившись в дверях, чтобы посмотреть на мое испорченное платье на полу.

В шкафу были встроенные ящики, и я слышала, как он открыл несколько, пока не нашел рубашку. Затем он вернулся в комнату и поднял меня.

— Протяни мне руки, bellissima – красотка, — мягко уговорил он, когда полотенце скользнуло по моему телу, обнажая грудь. На этот раз в его взгляде вспыхнул жар, и его дыхание сбилось, когда он взглянул на них, но затем он отвел глаза и быстро надел мою рубашку.

— Чья это чертова рубашка? — резко рявкнул он, делая шаг назад и хмуро глядя на то, что на мне было.

Я посмотрела вниз, и мои глаза расширились. Это была копия рубашки с изображением Юнион Джек, которую я купила в аэропорту, но она была на несколько размеров больше.

Это был Рафаэль? Как он попал в мои ящики?

Габриэль стиснул зубы и покачал головой, но больше ничего об этом не сказал. Я могла сказать, что он хотел сорвать ее с меня, но вместо этого он подтолкнул меня к изголовью кровати так, что я оказалась на подушках, и натянул на меня одеяло.

Он встал с кровати и подошел к выключателю.

— Нет! — Я практически закричала, заставив его подпрыгнуть. — Его нужно оставить включенными, — сказала я ему без объяснения причин.

За те недели, что я провела с ним, я хорошо постаралась скрыть тьму внутри себя. Сегодня вечером он проходил ускоренный курс по шоу ужасов «Далии».

Габриэль не стал требовать объяснений; он просто подошел к кровати и сел рядом со мной, схватив одну из моих рук между своими большими.

— Как часто ты это делаешь? — нерешительно спросил он.

Я закрыла глаза, не желая смотреть на него, если он собирался заставить меня говорить об этом.

— Так часто, как только смогу, — наконец призналась я. — Зачем ты пришел в мою комнату?

— Я слышал, как течет вода в течение нескольких часов, я боялся, что ты потеряла сознание там или что-то в этом роде, — сбивчиво объяснил он, но в данный момент мне было бы все равно, если бы он вошел без причины.

— Никому не говори, — прошептала я.

Габриэль глубоко вздохнул, и я почувствовала, как его руки нежно гладят мое лицо.

— Иди спать, amore mio-любовь моя, — прошептал он.

И быстрее, чем я думала, я это сделала.

— Кто-нибудь говорил тебе, какая ты хорошенькая девочка, Далия? — Его рука скользнула вверх по моей ноге, и все мое тело задрожало от страха.

Тринадцатая глава

Кошмары яростно разбудили меня, и я села в постели, задыхаясь, когда образы, которые я так старалась забыть, медленно исчезали.

На улице было светло, и быстрый взгляд на мой телефон сказал мне, что уже почти полдень.

Но я была измотана. Такое истощение, которое сон не мог снять, независимо от того, сколько ты спал.

Я застонала, когда все, что было прошлой ночью, вернулось с ревом.

Габриэль вытаскивает меня из душа, обрабатывает мою