Дракон для беглой невесты - Катерина Александровна Цвик

— Самостоятельно?

Даже в таком ошарашенном состоянии я понимала, что ни о какой самостоятельности не может идти и речи. Просто так поглотителя в покое точно не оставят.

Принц чуть замялся:

— Разумеется, все не так просто. Но корона хочет, чтобы вы знали, что у вас всегда есть выбор.

«Ну да, конечно. Выбор…» — я внутренне даже хмыкнула, но внешне постаралась не сильно выказывать скепсис.

— Что ж, я искренне признательна королю за заботу о моем добром имени и предоставленных возможностях, — чопорно поблагодарила я принца и сделала принятый здесь книксен.

Перевела взгляд на непроницаемое лицо Рэма, оперлась на подставленный локоть и даже успокоилась. Вот только уже спустя минуту сердце снова заколотилось с утроенной силой — мы входили в зал.

При нашем появлении звуки как по волшебству стихли, а мы взошли на небольшой помост, на котором расположились музыканты. Играть они при нашем появлении прекратили и теперь, как и все, рассматривали нас во все глаза.

Позади нас шел принц, который остановился на краю помоста. Видимо, таким образом он показывал, что корона одобряет невесту героического генерала.

— Дамы и господа! — начал Рэм, и моя рука на его предплечье дрогнула. Он положил поверх нее свою ладонь и продолжил: — Рад вам представить мою невесту, баронессу Марину Ростель!

Глава 16

Для кого-то бал, а для кого-то…

Мы уже битый час ходили по залу и… з-з-знакомились. Именно так: з-з-знакомились — иначе культурно и не скажешь. Вернее, это Рэм знакомил меня со всеми, а я старалась улыбаться, а не скалиться на колкости и завуалированные оскорбления в свой адрес, которыми меня осыпала женская часть собравшегося общества. Конечно, в меру своих сил я отбивалась от местных прелестниц, да и Рэм мне в этом помогал, но как же это выматывало и выводило из себя!

Судя по поведению барышень, каждая из них искренне считала, что Рэм должен был выбрать в жены именно ее, ну или ее дочь или подругу. Редко какая дама смотрела на меня без тщательно скрываемой неприязни и общалась без скрытого подтекста. Им было просто интересно на меня посмотреть — не каждый день встретишь иномирянку и сможешь ее о чем-нибудь расспросить. Рядом с такими мы задерживались чуть дольше. Видимо, Рэм чувствовал, как мне непросто, и таким образом давал короткую передышку.

Но еще хуже было, когда ко мне начинались едва прикрытые приличиями подкаты. В таких случаях уже Рэм старался не скрипеть зубами и отбривал всех наглецов, не заботясь о приличиях. Тогда господа как-то резко вспоминали, что граф вообще-то героический генерал и вполне может вызвать посягнувшего на его женщину на дуэль. А сражаться на дуэли с тем, кто разбил целую вражескую армию, по меньшей мере неразумно.

— Потерпи немного, совсем скоро начнутся танцы, и мы после нескольких туров сможем ненадолго отсюда удалиться и отдохнуть, — успокоил он меня, когда наш круг почета по залу уже почти подошел к концу.

— Знаешь, Рэм, если я когда-нибудь еще соглашусь провести бал, пристрели меня сразу, — продолжая держать на лице приклеенную улыбку, ответила я.

— Марина, ты прекрасно справляешься, и все совсем не так плохо, как тебе кажется! — заверил он меня, подходя к очередной группе гостей.

— Было… — закончила я его фразу, встретившись взглядом с Ирабеллой и Лисабель, которые мило общались, стоя в кругу многочисленных поклонников.

По тому, как сощурились глаза Рэма, я поняла, что он со мной согласен. Интересно, как Лисабель после всего произошедшего вообще осмелилась показаться ему на глаза. Да и пригласительный я ей точно не отсылала, как и Ирабелле. Скорее всего, они пришли как чьи-то спутницы или в чьей-то свите.

— О, граф! Наконец-то вы со своей очаровательной спутницей дошли и до нас! — воскликнула третья девушка в их компании.

Эта пухленькая брюнетка с маленькими остренькими рожками смотрела на меня с искренним интересом энтомолога, явно предвкушая развлечение.

— Графиня Скоппиани, — склонил голову в приветствии Рэм. — Теперь я буду знать, кому обязан присутствием на вечере столь милых особ…

Губы его улыбались, но вот холодное выражение глаз и тон голоса явно говорил, что графиня может больше не ожидать пригласительных на мероприятия в дом графа. Слухи в высшем свете разносятся быстро, и рогатая обязана была знать о его непростых отношениях с Лисабель. Приглашение Ирабелле, несмотря на ее древний род, я не отослала специально, не уведомив Рэма. Каюсь. Но видеть ее сегодня не хотелось до жути, а она все-таки сюда проникла.

Девушка от такого неприкрытого намека явно растерялась. Не ожидала, что эта, с ее точки зрения, проказа будет иметь столь долгоиграющие последствия. А вот Рэм сегодня явно уже заработал себе репутацию прямого и бескомпромиссного собственника и даже самодура. Вот и хорошо. Меньше будет нападок. Сложно сыпать колкостями, зная, что в ответную игру никто играть не собирается. Хотя для придворного такая тактика явно проигрышна, но что я вообще знаю о нравах местной аристократии? Может, так и нужно? Эх, куда я попала!

— Ну что вы, это вышло совершенно случайно… — залопотала брюнетка.

Но Рэм уже сверлил глазами Лисабель, которая тут же утратила уверенность:

— Рэм, я думала, ты уже не сердишься на меня… — и посмотрела на графа такими невинными глазами, что не помни я, как она лично кидалась в меня убийственными заклинаниями, точно бы поверила в ее искренность.

— Зря, — холодно ответил дракон. — Я слов на ветер не бросаю. Если вы сейчас же не покинете мой замок, можете не рассчитывать на снисхождение.

— Рэм… — глаза блондинки наполнились самыми настоящими слезами, но на лице моего спутника не дернулся ни один мускул. — Граф… Прошу вас, — уже и на «вы» перешла. Надо же! — Мы можем поговорить наедине? Я ужасно сожалею о случившемся и хотела бы объясниться.

Вид у девушки при этом был такой потерянный и виноватый, что невольные зрители зароптали, не понимая жестокосердия графа к такой замечательной милой леди.

Плечи Рэма напряглись, я почти физически это почувствовала, но даже я понимала, что идти на конфликт не стоило — Лисабель не простая девушка, а аристократка, за которой стоит сильный род. И если продолжать в том же ключе, то потом о причине конфликта никто и не вспомнит, а обида будет нанесена всему роду девушки. Да и, насколько я помнила, Рэм очень уважает ее отца.

Я сильнее сжала предплечье дракона, давая понять, чтобы он не нагнетал, но…

— Лисабель, а о чем вы хотите со