Принц ночной крови - Молли Чан

Евнух повел меня в северную часть лагеря, где среди деревьев пряталось небольшая поляна. Сиван уже ждал меня там.

– Насколько мне помнится, ты легко расправлялась со всеми детьми аристократов на наших уроках, – медленно произнес он вместо приветствия.

– Только если они грубили девочкам или издевались над слугами, – сказала я в свое оправдание.

– Ты была хорошим бойцом.

Я вздрогнула.

– Ничего не изменилось.

– Изменилось, судя по тому, что я видел, – возразил Сиван и добавил с ухмылкой: – И судя по тому, что мне рассказывал Цайкунь.

– Хочешь, еще раз сразимся? – предложила я.

Он безразлично пожал плечами, но я заметила искорку в его глазах.

– Сними повязку, – вдруг приказал Сиван жестким голосом наследного принца.

Я послушалась, отчасти потому, что мне самой этого хотелось. Спустив ее со лба, я сразу почувствовала, что могу дышать полной грудью. Все менялось, когда моя метка не была прикрыта. Я ощущала себя иначе.

Все казалось ярче, четче. Как будто я очнулась от долгой дремы.

– Никогда не своди глаз с противника, – сказал Сиван.

Он напал первым, как и в прошлый раз. Но теперь я знала, куда он шагнет, какой выпад сделает, и выскользнула из его рук подобно рыбе, а потом увернулась от ловкой подножки. Если бы не мой дар предвидения, я бы точно попалась на этот неожиданный прием.

И все же я хорошо знала его привычки. Сиван нападал, но не защищался. Он двигался быстро и бил сильно, рассчитывая покончить с противником раньше, чем тот нападет в ответ. Он всегда выбирал наиболее действенные приемы.

Я продолжала уворачиваться, пока не заметила удачную возможность для ответного удара. Тогда я развернулась и высоко занесла ногу. Моя пятка врезалась ему в подбородок, и он рухнул на пол.

– Ты проиграл, – объявила я.

– И где все это было два месяца назад? – со смехом произнес Сиван. – Похоже, старания Цайкуня окупаются.

– Я не хотела тебя опозорить при остальных, – солгала я. – После изгнания я занялась охотой, чтобы продавать мясо богатым торговцам. Мне пришлось оттачивать свои навыки боя, чтобы прокормить семью.

Сиван хмыкнул, продолжая сидеть на полу.

– Так почему же Цайкунь говорит, что ты самый непримечательный солдат, какого только можно сыскать? – спросил он, поднимая на меня взгляд. – Такое чувство, что ты лучше сражаешься без повязки.

Я нервно сглотнула. Он все знал. О видениях, о магии…

– Не носи ее, если она тебе мешает, – добавил Сиван со смехом.

– Но вдруг по метке феникса во мне узнают твою невесту? Девушкам запрещено сражаться, и меня казнят за то, что я проникла в армию.

– Тебя не тронут, Фэй, – возразил Сиван, протягивая ко мне руку. – Я не позволю.

– Я сама могу за себя постоять, – проворчала я, помогая ему встать на ноги.

– Если ты стала охотницей, полагаю, ты умелая лучница?

– Если бы мой отец не учил меня тому, что всю славу в так называемых мужских занятиях следует уступать принцу, я бы превосходила тебя во всем, и все знали бы меня не как твою невесту, а как богиню лучниц Фэй.

Низкий глубокий смех Сивана наполнил палатку. В уголках его глаз собрались морщинки, и его лицо казалось ярче обычного.

– Всерьез считаешь, что ты лучше меня? – спросил он, расправляя плечи и подходя ближе.

Я не дрогнула. Высоко подняла голову и встретила его взгляд.

– Я это знаю наверняка.

– Что ж, тогда почему бы нам не сразиться еще раз?

Я покосилась на его лук, отделанный серебром, уже стоявший рядом. Он с самого начала собирался бросить мне вызов в стрельбе. Меня сковал холодный страх. Это какая-то проверка? Он подозревает о моей магии? Но если я сейчас откажусь, это покажется подозрительным…

– Ладно, – проворчала я. – Победитель забирает лук.

Сиван проследил за моим взглядом.

– Ты же помнишь, что он один из пары?

– Помню.

– Жалеешь о том, что оставила его?

Сиван коснулся моей руки, и у меня перехватило дыхание. Казалось, мы говорили уже не о луке. Темные глаза Сивана, чарующие и прекрасные, смотрели на меня…

– Ваше высочество! – позвал Цайкунь, подбегая к нам.

Я быстро отвернулась и надела свою повязку, краем глаза заметив, как Сиван нахмурился. Он хотел было махнуть рукой, приказать ему уйти, но вдруг замер. Наверное, увидел слезы, мерцавшие в глазах Цайкуня.

На секунду все как будто затихло. А потом Цайкунь всхлипнул.

В этот момент я поняла: сейчас все изменится бесповоротно.

– Первая армия… Мой отец… – Голос Цайкуня надломился. – Он со своими войсками заперт в Чанчуне. Их окружили. Им нужно подкрепление. Немедленно.

38

Я не увидела Сивана ни назавтра, ни на следующий день. После каждой тренировки я вызывалась отнести мечи в оружейную, чтобы пройти мимо конюшни ради призрачного шанса увидеть там принца, но чем больше чего-то желаешь в жизни, тем дальше оно ускользает. Как же все изменилось! В детстве меня раздражало, что Сиван вечно следовал за мной, как привязчивый щенок.

Теперь мне постоянно хотелось его видеть.

Как неловко…

Цайкунь тоже пропал вместе с горсткой старших командиров и военных советников. Все, к кому прислушивался Сиван, все, чье мнение играло роль в принятии серьезных решений, исчезли из лагеря.

Паника среди нас нарастала, закипая подобно маслу на горячей сковородке. Я никому не рассказывала о том, что услышала на той поляне за деревьями, но напряжение витало в воздухе, словно все предчувствовали наступающую бурю, ощущали холодное дыхание смерти.

Я смотрела на друзей и знакомых, с которыми проводила все время от рассвета до заката. Цайкунь всего себя посвящал нашим тренировкам, но четыре месяца – слишком короткий срок для того, чтобы превратить мальчишек в мужчин, простой народ в воинов. Мы не были готовы поддержать Первую армию.

И все же я хотела помочь.

Четыре месяца назад я сбежала из Духуаня при первом признаке опасности. Но за это время многое изменилось. Солдаты храбро шли на передовую, чтобы защитить близких. Если они находят на это силы, найду и я.

Мои видения еще могут измениться. Я еще могу предотвратить все это кровопролитие. Все возможно, если как следует ради этого постараться.

Императрица – мать земли, а матери защищают своих детей. Может, как раз это означало пророчество? Что я должна сама оберегать дорогих мне людей? Сражаться за тех, кто не способен постоять за себя?

Спустя три дня я набралась смелости проверить шатер Сивана.

Мое сердце отчаянно колотилось, пока я шла по лагерю. Я поклонилась стражникам у входа, отчасти ожидая, что меня прогонят. Ведь принц не