Искушать плейбоя (ЛП) - Наташа Мэдисон

думал, что как только ты окунёшь свой член в её мёд, ты станешь менее чертовски возбуждённым, — говорю я, подходя к холодильнику. — Боже мой, или ты не закончил? У тебя стеснительный член?

— Почему мы друзья? — шипит он.

— Потому что я видел твой член, и у меня есть фотография твоих яичек. Кроме того, никто не будет мириться с твоими перепадами настроения. Господи, ты хуже моей матери, а у неё наступила менопауза.

— Отвали, чего ты хочешь?

— Кейли больна, поэтому мне нужно заказать ей суп, но она веган и не ест мясо.

— Так закажи ей овощной суп. И что ты имеешь в виду, когда говоришь, что она больна? Где она?

— У неё стрептококковое воспаление горла. Она наверху, в моей постели.

— Подожди минутку. У тебя в постели действительно есть девушка, и ты не засовываешь свой член в мёд?

— Ну, она моя девушка. У меня нет под рукой инструкции для парня, но я почти уверен, что в ней есть что-то о заботе о своей девушке, — я открываю пиво. — А как твоя подружка? Последний раз я её видел, когда она вбегала в свой дом.

— Она не моя подружка, — возражает он. — Она пришла на работу в понедельник, и мы решили, что не должны работать и спать вместе.

— Мы? — уточняю я. — Или ты и твоё дурацкое правило?

— Это не дурацкое правило! — кричит он. — Я не могу спать со своим помощником.

— О, всё теперь приобретает смысл, — догадываюсь я, садясь на табурет. — Ты не просто капризный, ты капризный член. Твой член не может попасть в мёд, так что теперь шмель сходит с ума, — я смеюсь над ним. — Чувак, просто нарушь правило. Кто знает, может быть, тебе действительно понравится улыбаться.

— Ты ударился головой? Возможно, у тебя опухоль головного мозга. Это может объяснить всё то дерьмо, которое ты извергаешь.

Я выдыхаю:

— Мне нужно пойти и убедиться, что с Кейли всё в порядке.

Я смеюсь, зная, что это убивает его прямо сейчас, но он просто отключается. Я встаю, иду на сайт с меню на вынос. После того, как я зашёл в Google и нашёл настоящий веганский ресторан, я заказываю чёртову тонну супа вместе с гренками, и к тому времени, как я всё получаю, оказывается, что я потратил двести долларов, а в заказе нет ни одного грёбаного стейка. Я наливаю в тарелку немного супа и поднимаюсь с ним наверх. Вся её одежда валяется на полу кучей, и мой член решает, что пора выйти и поиграть.

— Придержи коней, парень, — вижу, как голова Кейли показывается из-под одеяла.

— Возможно, я умираю, — бормочет она хриплым голосом. — И твои простыни нужно менять. Я вспотела так, что тут теперь бассейн.

Я смотрю на свой член, чтобы понять, возмутит ли его девушка, потеющая в моей постели, и не из-за секса, а потому что она больна. «Нет», утверждает он, «предупреждение». «Готов к бою». — Я принёс тебе суп, — говорю я ей, пока она садится, дрожа.

— Мне нужно принять душ, и ты можешь показать мне, где простыни, чтобы я могла их поменять? — спрашивает она, вставая с кровати и идя в ванную комнату, держа руки перед собой и вся трясясь.

— Иди в душ. Я позабочусь об этом, — обещаю ей, пока она идёт в ванную; слышу, как включается душ. Я ставлю миску вниз и снимаю простыни. Она не шутила. Они насквозь мокрые. Я бросаю их в корзину, беру совершенно новый комплект. Заправив постель свежими простынями, я иду к шкафу и достаю свой махровый халат. Я подхожу, как только Кейли выходит из ванной с волосами, завёрнутыми в полотенце, и с полотенцем же вокруг тела. — Эй, красавица, — шепчу я, накидывая халат ей на плечи.

— Ты застелил постель? — удивляется она, закрывая глаза наполовину. Она засовывает руки в рукава халата и снимает полотенце с головы. — Я только что приняла две таблетки тайленола, чтобы избавиться от с лихорадки.

Я подтягиваю её к себе и обнимаю, просто чёрт возьми потому что, пусть это и безумная идея.

— Иди поешь супа, и ты сможешь вернуться в постель. И тебе нужно пить воду, — говорю я ей, подводя к кровати.

Она забирается под свежее одеяло, садится спиной к изголовью кровати и четырём подушкам, сложенным позади неё.

— Я заказал каждую позицию супа, который у них был, по четыре порции. Так что у тебя есть двадцать порций, — сажусь рядом с ней и протягиваю ей тарелку.

Она хватает ложку и глотает.

— Это домашний куриный суп? — спрашивает она, широко раскрывая глаза. — Я же веган.

— Я помню. Я заказал его в веганском ресторане. Это даже похоже на куриный суп, — киваю я, наблюдая, как она продолжает есть.

— Ты заказал мне веганский суп? Ты поменял мне потные простыни? — она ставит пустую тарелку из-под супа. — Если бы я не была больна, ты бы сейчас получил минет, — говорит она, чихая на меня.

Я откидываю голову, чтобы избежать слюны, но капля приземляется на мою руку.

— Извини, — огорчается Кейли, пытаясь вытереть след, но я иду в ванную, стараясь не раздражаться из-за того, что все её микробы на мне.

Когда я возвращаюсь в комнату, она лежит на боку в позе эмбриона, её мокрые волосы рассыпаются на подушке.

— Я просто собираюсь немного вздремнуть, — говорит она, уже закрыв глаза.

Я ложусь в кровать рядом с ней, включаю телевизор на низкой громкости и наблюдаю, как она спит. Не знаю, как долго я пялюсь в экран, но всё-таки выключаю и забираюсь под одеяло, моё тело находит её, и мы засыпаем, обняв её.

На следующее утро она просыпается всё ещё с лихорадкой. После того, как она принимает лекарства и ещё немного тайленола, она падает на диван, пока я смотрю CNN. Её ноги лежат у меня на коленях, моя рука гладит её по ноге. Я уже успел взять отгул, зная, что не смогу оставить её одну. Жужжит её телефон рядом с ней. Это сообщение от Лорен, поэтому я открываю его.

Надеюсь, ты чувствуешь себя лучше и мама не заставляет тебя хотеть покончить жизнь самоубийством.

Должен ли я разбудить Кейли или просто сказать Лорен, что она со мной? Я использую план Б:

Это Ной. Она со мной. Я позабочусь о ней.

Она сразу же отвечает:

Я думала, она останется с моими родителями?

Она собиралась, пока не вошла в комнату, где они играли в Тарзана и