Второй раз по моим правилам. Книга 2 - Наталья Белецкая

— Вы подрались, — подсказала я, вспомнив синяки на лицах обоих.

— Да. Но я только сейчас понял, что меня насторожило: Гилморис повернул не к выходу из дома, а к библиотеке. Если предположить, что он знает, где находится тайный ход и как его открыть…

Я замерла, вспоминая все обстоятельства.

— Нревелион сказал, что господин Гилморис гораздо сильнее хочет получить эту работу, чем показывает, — пробормотала я. — Возможно, конечно, ему были нужны деньги…

— Или он изначально планировал попасть в особняк и проникнуть в библиотеку, — продолжил Тис.

— И все равно не сходится. Если ему настолько нужна была библиотека, то почему он так долго с этим тянул? Две недели ничего не делал, вы сами за ним следили!

— Может, репетитор как-то чувствовал слежку? — предположил Тис. — А в последние дни перед экзаменом, понял, что времени не осталось, и решил рискнуть. Но ничего не получилось. Я поймал его у лестницы. Потом…

— Господин Гилморис мог бы в теории попасть в тайный ход, если он действительно существует. Помнишь, тот день, когда мы вытаскивали Оина? — перебила я.– Мы вернулись в середине ночи после беседы с изобретателем.

— Да. Но… может, Гилморису не хватило времени? Он очень подозрительный. Не исключено, что всю эту историю с дневником демонолога и рунами он придумал для того, чтобы снова вернуться сюда и попытаться доделать то, что не успел в прошлый раз.

— Дневник точно настоящий, там карточка из библиотеки академии, — начала я, и вдруг осознала, что за мысль не давала мне покоя.

— Что не так?

— Карточка! В записях демонолога на форзаце есть такой карманчик, а в нем карточка библиотеки академии. Если человек взял книгу, то эту карточку забирают. На ней записаны имена тех, кто ее брал. Так вот, там нет Гилмориса. Последний — мой дед Максимилиан. Понимаешь?

— Ты о том, что прошло уже… сколько? Тридцать лет? Нет, больше.

— Моему деду исполнилось пятьдесят четыре, когда он перенесся на Землю, с тех пор прошло больше пяти лет. А на пятом курсе, когда он брал книгу, ему было…

— Двадцать три, если он поступил в восемнадцать, — подсчитал Тис. — Получается, тридцать шесть лет назад последний раз брали дневник демонолога. Это очень долго. Тебе это кажется странным?

— Не только. Дело в том, что в карточке нет имени Гилмориса. Представим, библиотекарь разрешил выносить некоторые книги из читального зала. В качестве исключения. Учитывая аккуратность господина Гилмориса — это может быть правдой. Но тогда, как Эттан узнал, что в дневнике демонолога находится именно то, что ему нужно? Он должен был сначала запросить книгу, заполнить формуляр, потом библиотекарь обязан сделать пометку о том, кто брал книгу. Но всего этого нет! Мой дед последний в списке.

— Похоже, Гилморис украл книгу.

Тис пришел к тем же выводам, что и я.

— У меня нет уверенности, может и не крал. Зачем это ему? Даже если предположить, что Эттан решил вызвать демона, то схема там неполная. С такой ничего не добьешься.

— Страницу мог вырвать твой дед! — воскликнул Тис. — И спрятать полную схему в библиотеке. И Гилморис знает об этом больше, чем хочет показать.

Логично… Зараза! Не хочется плохо думать об Эттане, но это удивительно разумное предположение.

— Надо поговорить с господином Гилморисом, — решила я, — задать ему пару вопросов. А ты постараешься понять, говорит ли он правду или нет.

— Нет. Предлагаю поступить по-другому. Незаметно проследить за ним сегодня ночью. Раз он как-то чувствует Хельцена, поставим сигналку в библиотеке, которая разбудит нас, как только он там появится. А дальше… посмотрим, проследим.

Так мы и сделали.

Не знаю, как Тис, но утром я чувствовала себя максимально глупо. Сигналка ночью не сработала. Ни одна. А мы поставили сразу несколько разных не только на двери в библиотеку, но и в коридоре на подходе к ней.

Больше часа мы мучились, маскировали их, придумывали и реализовывали ловушки при незаметном отключении, а Эттан просто не пришел. Вот гад! Видимо, в отличие от нас, господин Гилморис спокойно проспал все положенное время. Это я еще молчу о том, что рано утром пришлось вставать и незаметно снимать то, что наворотили.

Неудивительно, что теперь мы оба зевали, сидя в лаборатории.

— Может, он все-таки увидел, что мы что-то делаем возле библиотеки? — тяжело вздохнув, выдал Тис.

— Мы все делали тихо, никто не видел. Хельцен за этим отдельно следил.

— Значит, придется поговорить с Гилморисом по душам.

— Ты уверен, что почувствуешь ложь?

— Если вопрос будет задан прямо, и если ответ односложный, пойму. Но этот учителишка будет вилять, попытается запутать. Кажется, он догадывается о моих способностях. Лучше все-таки пригласить Нревелиона. Он более опытный менталист, чем я.

— Он работает на государство, а значит, обязан будет сообщить о нарушениях, — вмешался Хельцен. — Если господин Гилморис украл книгу из библиотеки академии, причем из запретной секции, то за это его ждет наказание. Если дед Александры действительно вырвал страницу, перерисовал схему и проводил исследования, все записи об этом законники должны будут изъять. Нужно ли нам это?

— Пожалуй, Нревелиона лучше не приглашать, — признала я.

— Разговор с Гилморисом, на мой взгляд, лишь повредит, — продолжил призрак, — что вы ему предъявите? Спросите, украл ли он книгу? Он ответит, что технически — да. Но на самом деле у него негласный договор с работником библиотеки, тот по старой дружбе сделал исключение и разрешил выносить книги из читального зала, если это необходимо.

— Он именно это мне и сказал, когда показывал дневник демонолога.

— Вот! При этом его договор мог распространяться на другие книги, а записи со схемой Гилморис прихватил из хранилища библиотеки сам. Но Тис не почувствует неправды в его словах.

— Согласен, не почувствую. Но что же делать?

— А что остается? Только наблюдать и надеяться, что он совершит ошибку.

— Ладно, с этим решили, — подвела итог я и перевела тему. — Что скажете о проверке на производстве? Что там за проблемы?

Результаты поездки обсуждали в кабинете вместе с Ливолем. Все решаемо, но времени это займет немало. Нужны еще люди, которые будут заниматься аудитом. Где бы найти честных и принципиальных?

Дядюшка Ливо, Хельцен и Тис отправились улаживать дела, а я опять