(не)покоренная для Монстра из Бездны - Инесса Голд

Морван держал меня на руках, глядя вниз с выражением гордости и мрачного удовлетворения. Ветер трепал его волосы и полы плаща, в который я была завернута.

«Смотри, Il'yra», — прошептал он мне в губы, все еще будучи так близко, что я чувствовала вибрацию его голоса кожей. — «Смотри на свой новый дом».

Подо мной раскинулся Затонувший Город Ваятелей. Величественный. Пугающий. Прекрасный. Некрополь богов, ставший убежищем монстров.

Я смотрела на эти черные шпили, пронзающие вечную ночь, и понимала: пути назад действительно нет. Та Лира, что жила наверху, задохнулась бы здесь за секунду.

Но та, которую он держал на руках, только начинала дышать.

Глава 32. Затонувший Город

Мы не приземлились. Мы снизошли.

Морван держал меня на руках, и его плащ, сотканный из теней, бил меня по ногам, как крылья огромной птицы. Мы парили над бездной, которая оказалась не пустотой, а колыбелью цивилизации, настолько древней, что само время здесь текло иначе — густо и лениво, как патока.

Подо мной расстилался Затонувший Город Ваятелей.

Я, дитя архивов и чертежей, привыкла, что города строят. Камень кладут на камень, балки скрепляют заклепками, геометрия подчиняется прямым углам. Но здесь геометрия сошла с ума.

Этот город не построили. Его вырастили.

Здания напоминали застывшие всплески черной ртути, остановленные во времени по воле неведомого демиурга. Гигантские спирали, похожие на окаменевшие молекулы ДНК, вонзались в вечную ночь. Мосты, тонкие и прозрачные, как паутина, соединяли башни, пульсируя внутренним светом. Здесь не было швов, не было стыков. Все было монолитом.

Улицы текли, как артерии, и по ним струился свет — глубокий индиго, ядовитый пурпур и холодное серебро. Город дышал. Я видела, как стены зданий едва заметно расширяются и сжимаются, словно грудная клетка спящего левиафана.

«Люди думают, что мы живем в норах, прячась от света», — голос Морвана прозвучал над моим ухом. В нем слышалась гордость, смешанная с презрением к "верхнему миру". — «Они не знают, что такое настоящая архитектура. Мы не строим, Il'yra. Мы ваяем саму материю, подчиняя ее своей воле».

Мы начали снижение.

Центральный шпиль, к которому мы летели, был колоссален. Он пронзал тьму, уходя вершиной в тот самый туман, из которого мы только что вынырнули. Это был не дворец в человеческом понимании. Это было сердце города, черный алмаз, ограненный самой Бездной.

Морван плавно опустился на широкую террасу, выступающую из тела башни на высоте птичьего полета.

Мои ноги коснулись пола.

Я ожидала удара о камень. Холода гранита или мрамора. Но пол под моими босыми ступнями (мои сапоги остались где-то в другой жизни) был теплым. Он слегка спружинил, податливо и упруго, как очень твердая резина… или как живая кожа.

Я пошатнулась. Гравитация здесь была тяжелее, плотнее. Она давила на плечи, прижимая к земле.

Морван не отпустил меня сразу. Его рука осталась на моей талии, поддерживая, давая время привыкнуть.

«Дыши», — приказал он.

Я сделала вдох. Воздух Пятого уровня можно было пить. Он был густым, сладковатым, насыщенным статической энергией. «Поцелуй жизни», который Морван дал мне в тумане, подготовил мои легкие, но все равно голова закружилась. Каждый вдох вызывал легкую, пьянящую эйфорию, похожую на действие наркотика.

Тишины здесь не было. Город гудел. Это был низкий, вибрирующий звук, на грани инфразвука — так мурлычет тигр или работает мощнейший генератор где-то глубоко под землей. Звук Ядра.

Я сделала неуверенный шаг к краю террасы и положила руку на перила.

Черный камень под моей ладонью дрогнул.

Я отдернула руку, но было поздно. Материал изменил цвет. В месте прикосновения, реагируя на тепло моей кожи и химию моей крови, черный обсидиан посветлел, став полупрозрачно-фиолетовым. По поверхности пробежала рябь.

«Он… живой?» — прошептала я, глядя на свой отпечаток, который медленно таял.

«Все здесь живое, в той или иной степени», — Морван подошел сзади. Он не касался меня, но я чувствовала жар его тела спиной. — «Город чувствует тебя, Лира. Твоя кровь говорит ему, что ты не враг. Если бы здесь оказался человек с чистой, неизмененной кровью… стены бы просто поглотили его. Переварили бы за секунды».

Холодок пробежал по спине. Я стояла внутри желудка чудовища, и единственное, что спасало меня от переваривания — это яд, который Морван влил в мои вены.

Я посмотрела вниз, за край перил.

Далеко внизу, на мостах и площадях, я увидела движение. Жители.

С такой высоты они казались муравьями, но мое новое зрение выхватывало детали. Они не были похожи на людей. Никто не носил здесь человеческих масок.

Я видела фигуры, закованные в хитин. Существ с удлиненными конечностями, передвигающихся на четырех лапах. Стройные, высокие силуэты, за которыми тянулись шлейфы теней.

Некоторые из них остановились. Они почувствовали присутствие Лорда на вершине шпиля. Сотни лиц — или масок? — поднялись вверх.

Они не махали руками. Они склонялись. Медленно, в едином порыве глубокого, благоговейного поклона.

Это было общество строжайшей иерархии. Муравейник, где каждый знает свое место. И на вершине этой пирамиды стоял он.

Я почувствовала себя голой. Мягкое, розовое, уязвимое существо в мире брони, шипов и древней магии. Я была здесь чужой. Единственной ошибкой в совершенном уравнении.

«Идем», — Морван взял меня за руку.

Он повел меня к стене шпиля. Там не было дверей. Не было ворот. Только гладкая, черная поверхность, по которой пробегали блики.

Мы подошли вплотную.

Стена перед нами дрогнула. Твердый материал разжижился, потек, как воск от огня, образуя проход в форме вертикального кошачьего зрачка.

Морван остановился. Он посмотрел на меня долгим, тяжелым взглядом.

«Запомни этот момент», — сказал он. — «Там, снаружи, остались твои страхи, твои друзья, твои боги. Переступив этот порог, ты перестаешь быть Изыскателем Лирой Торн. Ты становишься частью Дома Мрака».

Он не дал мне ответить. Он не дал мне сделать этот