Академия для дикой Розы - Керри Лемер

— Тогда бы ничего не получилось, — сказал немного неуверенно, — дракон бы взбунтовался или вовсе не пробудился, об обряде и речи не идет.

— Ты слышал, что я сказала. — Отступать было поздно, я не хотела продолжать этот разговор, но и отпираться не собиралась.

Почему-то решила, что готова рассказать правду Эйдену, если он сохранит мой секрет и поможет разобраться в сложившейся ситуации. Затея была рискованная, но дальше играть роль Рози, особенно с Эйденом, было слишком опасно.

— Слышал, и эти слова кажутся очередной глупостью, я думал, ты изменилась, но вижу очередные капризы. — Эйден был хмур, а его слова откровенно обижали.

После всего, через что пришлось пройти, он не переставал видеть во мне истеричную особу, и мои слова для него не более, чем очередной каприз. Зря я думала, что успела показать себя с хорошей стороны, что этот мужчина увидел меня настоящую.

— Я говорю совершенно серьезно, не я твоя судьба, и я не просила ни о каких обрядах, если ты забыл, то эта помолвка должна быть разорвана в ближайшее время, как самая глупая из моих ошибок. — Вспыхнула как спичка, хотелось выплеснуть всю боль разом.

— Нет, — его слова прозвучали так громко и жестко, что я вздрогнула, — это было до моего обращения, сейчас об этом и речи быть не может, дракон не отпустит свою пару.

— А-а-а-а-а, — простонала от отчаянья, — я не твоя пара Аддерли.

— Это твой упрямый характер так считает, но правду мы видели оба.

— Нет, и если ты хочешь узнать правду, то я готова ее рассказать, но сначала мне нужна клятва.

— Клятва? — Его брови удивленно взлетели на лоб. — Это что еще за блажь? Магические клятвы не раздают направо и налево, ты можешь упрямиться, но мне достаточно того, что сегодня произошло.

— Что ж, — тяжело вздохнула, — ты Эйден Аддерли, граф и дракон по рождению, но есть одна тайна, о которой не знает никто, только ты и твои родители, которых уже нет в живых, — я без промедления перешла к козырям, наблюдая за его реакцией.

— Розали… — попытался меня перебить.

— Нет, — взмахнула рукой, не позволяя сбить меня с мысли, — ты не сын рода Аддерли, вернее, ты бастард отца, а твоя мать простила ему измену, взамен на право быть твоей единственной матерью.

На лице Эйдена заходили желваки, он сжал челюсть настолько сильно, что в карете послышался зубной скрежет.

— Откуда ты…

— Я знаю не только это, — смотрела на него, не сводя глаз, — в детстве, ты мечтал, чтобы дракон пробудился настолько сильно, что подверг свою жизнь опасности и собирался спрыгнуть с крыши, но тебя вовремя успели остановить. Ты терпеть не мог свою гувернантку и знал, что она очередная любовница отца, а потому подсунул ей украшения и обвинил в воровстве фамильных украшений.

Я говорила и говорила, вспоминая все, что когда-то писала об этом мужчине, оправдывая его поступки, порой правильные, а порой не очень. Снова пришлось вспомнить, что история этого дракона была написана моей рукой. С каждым сказанным словом, Эйден становился все более злым, в какой-то момент показалось, что он лопнет от гнева, но он крикнул на всю карету:

— Хватит, замолчи, — его натурально трясло от переполняющих эмоций, — откуда тебе это известно? Кого ты наняла, чтобы порыться в прошлом моей семьи? Как давно ты следишь за мной?

Розали действительно следила за Аддерли, но она не могла узнать ничего из того, что рассказала я.

Его кулак впечатался в мягкую обивку рядом с моей головой.

— Никого, — сохранять спокойствие было сложно, — но если хочешь знать правду, я жду клятву, тогда расскажу все.

— Хорошо, — прошипел сквозь зубы, это решение далось ему нелегко, — но потом я жду объяснений и никаких отговорок.

Я молча кивнула, а Эйден заговорил слова магической клятвы, теперь можно было не бояться, что он разболтает мой секрет, но это по-прежнему не значило, что он не несет для меня угрозы. Правда, дракона было чуточку жалко, ему пришлось пустить себе кровь, чтобы магия сработала как надо.

Когда с делом было покончено, а карета все же двинулась в путь, я заговорила:

— Знаю, что ты не поверишь, но тебе придется, у тебя нет выбора, — говорила почти безразлично, но на самом деле, меня всю трясло, — я не Розалинда Брэдфорд, вернее, тело ее, а душа чужая, я пришла в этот мир случайно, как мне кажется, но что еще хуже, этот мир написан моими руками.

Пришлось рассказать все, начиная с моего имени и краткого описания техногенного мира и заканчивая тем днем, когда я очнулась в теле Розалинды Брэдфорд. Чтобы у Эйдена не возникло сомнений, я вспоминала детали, которые мог знать только Эйден или, что хуже, только правитель драконьей империи. Таких тайн было мало, все же, я писала любовный роман, а не исторический или политический, но Аддерли хватило моих знаний.

Он долго молчал, порывался, что-то спросить, открывал рот, но тут же закрывал его, словно не мог подобрать слова. Какое-то время ехали молча, я не торопила дракона, понимала, что мои слова больше похожи на бред, чем на правду. Я знала тайны, которые могли лишить меня жизни, но не побоялась поделиться ими с Эйденом.

— Значит, ты писатель, а этот мир и все в нем, созданы тобой?

— И да, и нет, — ответила уклончиво, — я долго думала над этим и пришла к выводу, что мир реальный, я ведь описывала лишь малую часть существ, живущих в этом мире, но как оказалась, здесь не имею ни малейшего понятия, а вот зачем, догадываюсь.

Мы снова замолчали, погрузившись в свои мысли. Я заметила небольшую странность, с каждым прожитым днем в этом мире, воспоминания из прошлой жизни становились все менее четкими, словно прошло очень много лет с момента моего попадания в тело Розали. Наверное, поэтому рассказывала о прошлом спокойно, воспоминания не заставили мое сердце дрогнуть. Хотя дело могло быть и в том, что прошлая жизнь не была радостной, никто меня не ждал и навряд ли горевал, о моей кончине.