Всегда моя - Лора Павлов

Я вырос в его зле. Видел из первых рядов, как низко может пасть пьяный мерзавец. Я бы ничему от него не удивился. И честно говоря, часть меня надеялась, что он все же был замешан, — это отправило бы его обратно в тюрьму. Даже если бы она предупредила меня, мы все равно не смогли бы предугадать его действия. Но я все еще сомневался — слишком уж он туп, чтобы провернуть поджог такого масштаба и не попасться.

— Это был поджог. Чак уже вышел на пару зацепок, но пока ничего конкретного. Он упертый и не бросает дело, пока не докопается до правды. Думает, что тут могут быть замешаны подростки, которые в последнее время расписывают стены и ломают имущество в центре. Их видели возле склада той ночью. Но я уже говорил с инспектором по УДО отца и поделился своими опасениями. Он понимает, что у того нет ни границ, ни раскаяния. Он ведь больше сюда не приходил? И в пекарню тоже?

— Нет. И Джейда говорит, что видела его всего раз.

— Надеюсь, она не врет. Он умеет вешать лапшу на уши, и ему не нравится, что я заставил их съехать до его возвращения. Как будто этому мусору можно быть рядом с маленькой девочкой.

— Думаю, она честна, но ей тяжело. Зато с Рукoм у них все серьезно. Он часто заходит в пекарню.

Я усмехнулся:

— Да, бедняга теперь не может смотреть мне в глаза — боится, что я разозлюсь. Но он ей на пользу.

Виви откинула голову и засмеялась:

— Он такой милый и стеснительный.

Я поднялся, потянул ее из-за стола и прижал к себе:

— Так вот что тебе нравится? Милый и стеснительный?

— В тебе нет ничего стеснительного, но под всей этой… — она хитро улыбнулась.

— Под всей этой чем? Мышцами? — рассмеялся я.

— Я хотела сказать мрачностью, но мышцы тоже подойдут, — она смеялась, когда я защекотал ее и уложил на диван.

— Люблю тебя, Пчелка. Это ты сделала меня мягче. И только для тебя.

Она обхватила мое лицо ладонями:

— Это всегда был ты. Просто ты еще не был моим.

— Ты всегда была моей, Виви. Мне просто понадобилось время, чтобы забрать тебя.

Она кивнула, и глаза ее наполнились слезами.

— Забери меня, Нико, — прошептала она.

Я накрыл ее губы поцелуем — жадным, полным желания, потребности и права на нее. Чем больше времени я проводил с этой женщиной, тем сильнее хотел ее.

Я никогда не думал, что «навсегда» — это про меня. Но Вивиан Томас была моим навсегда.

Я подхватил ее на руки, отнес в спальню и опустил на кровать, глядя, как волосы рассыпались по подушке. Сдернул через голову футболку, за ней — джинсы. Она подтянулась ко мне, стянула с меня белье, а потом подняла руки, чтобы я снял с нее свитер. Встала, а я опустился на колени и стянул с нее джинсы, уткнувшись лицом между бедер. Глубоко вдохнул ее аромат. Она застонала, а я стянул с нее последние кусочки одежды, оставив всю нашу одежду кучей на полу.

Я выпрямился, подошел ближе, пока она пятясь не уперлась в кровать и не опустилась на нее. Я наклонился, нависая над ней:

— Чего ты хочешь, Пчелка?

— Тебя, — прошептала она.

Я подвигал ее выше на кровати, потянулся к тумбочке за презервативом.

— Я весь твой, детка.

Натянул его на свой напряженный член и лег между ее ног, дразня вход.

— Всегда моя?

— Всегда, — ответил я и вошел в нее. Ее пальцы запутались в моих волосах. Мы нашли свой ритм, и ничего не могло быть лучше.

Она выгнулась навстречу, а я продолжал двигаться медленно, заставляя нас ждать.

— Пожалуйста, Нико… — прошептала она, и я опустил руку между нами, коснувшись там, где она нуждалась во мне сильнее всего.

Ее ногти вонзились в мои плечи, она застонала, выкрикнув мое имя. Я ускорился. Сильнее. Жестче. Гнался за чем-то, о чем раньше не знал, но теперь находил каждый раз, когда был с ней.

Я рухнул за ней в ту же бездну.

И всегда буду падать вместе с ней.

23

Вивиан

Я села рядом с Нико на школьном спектакле Мейбл. Наши пальцы были переплетены, руки лежали на его большом бедре. Я подняла взгляд на него — он наблюдал, как она произносит свои реплики, его губы беззвучно повторяли слова вместе с ней.

— Так что в эти праздники дарите любовь и радость своим родным и друзьям, — сказала Мейбл, стоя перед микрофоном, а затем поспешила вернуться на место. Нико репетировал с ней каждый раз, когда она приходила к нему домой в последнее время, а бывало это часто — ведь Джейда и Рук теперь почти все время проводили вместе. Он посмотрел на меня и подмигнул, и я заметила в его серых глазах влагу. Он провел тыльной стороной ладони по глазам, и у меня перехватило дыхание. Этот большой мрачный мужчина имел сердце из золота, и я была той, кому он его показывал.

Я прислонилась к его плечу.

— Она справилась отлично.

Дети спели еще одну праздничную песню, и мы все поднялись, аплодируя. Джейда и Рук сидели по другую сторону от Нико, а рядом со мной были все мои сестры. Эшлан уже вернулась на зимние каникулы, и все они нашли время, чтобы прийти. Шарлотта тоже преподавала в этой школе, поэтому ее помощник заменял ее на уроках, пока она была здесь. Они любили Мейбл, но я знала — настоящая причина, почему они здесь, в том, что они все относились к Нико как к брату, а эта девочка была для него очень важна. Джилли оставалась в пекарне, и я понимала, что нам нужно будет вернуться, пока туда не нагрянет обеденный наплыв. Шейлы Уэст я не видела, но решила, что она, вероятно, пришла позже и села в самом конце зала.

Учительница Мейбл поблагодарила всех за то, что пришли, и вывела детей из спортзала. Мы встали со своих мест и направились к выходу.

Мои сестры попрощались, и Дилан сказала, что вернется в пекарню, чтобы помочь Джилли. Шарлотта поспешила обратно в класс, а Эверли и Эшлан отправились за последними рождественскими покупками. Джейда с Руком пошли за детьми, и она крикнула мне, что встретится со мной в пекарне чуть позже.

Я подняла взгляд и крепче сжала руку Нико, когда увидела, как к нам идет его мать, а рядом с ней — Билли Уэст.