Игра в притворство - Оливия Хейл

— Высокомерным?

Она прикрывает рот рукой, смеясь за своими пальцами.

— Да. Прости. Кажется, я воспринимаю всерьёз всё это «ты не сможешь меня разозлить».

— Хорошо. Я это и имел в виду.

Подъезжает Артур, и я открываю для неё дверцу машины. Она вскальзывает внутрь с весёлым приветствием моему водителю. Они немного болтают, пока он едет короткой дорогой от старого поместья обратно к моему дому в Кингс-Пойнт. Было время, когда я часто бывал здесь. Целую жизнь назад.

Когда мы приезжаем домой, Нора не ждёт, что я открою ей дверцу. Она поднимается по ступенькам к Фэйрхейвену, приподнимая длинную юбку платья. Лунный свет играет на шелке слоновой кости, и она действительно выглядит как ангел.

Улыбающийся ангел с немного размазанной помадой. Размазанной из-за моего поцелуя.

Я открываю перед ней входную дверь, и она заходит внутрь. Она бросает свой клатч на центральный стол и снимает высокие каблуки.

— Наконец-то, — говорит она с счастливым вздохом. — У тебя есть какие-нибудь закуски на кухне?

— Понятия не имею.

Она снова хихикает.

— Это твоя кухня. Это глупо. Что… о! Смотри! — она спешит к открытому проёму между двумя лестницами-близнецами. — Ты видел?

— Нет.

— Твой кот! Он снова внутри!

Я следую за ней, заворачивая за угол в коридор. Она почти бежит в сторону библиотечного крыла.

— У меня нет кота, — говорю я.

— Есть, — протестует она. Я успеваю мельком заметить две серые задние лапы и высоко поднятый хвост, прежде чем кот исчезает в полуоткрытой двери в библиотеку. Нора скрывается вслед за ним.

Я иду медленнее. Когда я полностью открываю дверь, она приседает рядом с большим кожаным диваном и тихо разговаривает с котом, которого я не вижу.

— Привет, милый. Не бойся. Мы тебя не обидим.

— Не говори за меня», — говорю я.

Она смотрит на меня через плечо.

— Не говори так! Это твой кот.

— У меня нет кота.

— Ну, значит, кот взял тебя. Или, по крайней мере, Фэйрхейвен. Я спрашивала о нём Эрнеста, но он тоже не знал. — она слегка улыбается. — Если он жилец, нам придётся его как следует обустроить.

— Возможно, он чей-то.

Она издаёт ещё больше тихих, завлекающих звуков.

— Тогда сначала проверим, есть ли у него чип.

Я подхожу к бару в углу. Наливаю себе виски, но Норе не предлагаю. С неё достаточно.

Здесь стоит маленькая корзинка, наполненная пакетиками с закусками. Я хватаю то, что выглядит как маленький пакет с орехами, и пачку чипсов, затем сажусь на диван рядом с тем местом, где она пытается выманить кота.

— Вот, — говорю я ей и бросаю закуски на стол между нами. — Ешь… и ответь на пару вопросов.

Она садится на толстый восточный ковёр и смотрит на меня.

— Вопросов?

— Да. Я хочу точно знать, почему с свиданиями у тебя так трудно.

Глава 23

ВЕСТ

Нора быстро отводит взгляд, хватаясь вместо ответа за пакеты с закусками.

— Мы уже говорили об этом, — говорит она и вскрывает маленький пакетик чипсов.

— Недостаточно. — я упираюсь рукой в кожаный диван напротив неё. Она откинулась на кресло, белый шёлк струится вокруг её поджатых ног. — Почему ты никогда не находила парня, который бы тебя заинтересовал?

Она ест чипсы и смотрит на книжные полки, где исчез кот.

— Просто так не случалось.

Я качаю головой. Здесь что-то большее. Должно быть. Её явно заинтриговал секс, свидетелями которого мы стали сегодня. Задел ее.

— Ты не испытываешь влечения к мужчинам?

— Нет, испытываю.

— Что тогда?

— У меня есть проблемы. — она слегка пожимает плечами и вытягивает ноги под журнальным столиком. — Ты это знаешь. Я работаю над ними. Я просто не очень хорошо умею быстро что-то чувствовать. Кажется, все остальные просто понимают сразу. Иногда, по крайней мере. А я чувствую, что почти никогда не понимаю.

— Понимают, что хотят кого-то?

— Да.

Моя рука сжимается на кожаном подлокотнике.

— Это не соревнование. Тебе не обязательно понимать сразу.

— Наверное, да. — Нора откидывает голову на кресло. — Когда мне комфортно с кем-то, я не думаю, что у меня есть проблемы. Но я борюсь с тем, чтобы дойти до комфортной части. Понимаешь? Типа открыться, говорить об эмоциях, свиданиях, всех этих ожиданиях… — она пожимает плечами, её движения такие же томные, как и голос. — Вести все эти разговоры меня пугает. Я этого не делаю, поэтому и не оказываюсь в отношениях.

Я делаю большой глоток виски и думаю о том, какое это ебаное издевательство, что эту женщину научили, что её маска ценнее того, что под ней. Что показать свои клыки — значит рисковать, что кто-то не захочет её.

— Скажи что-нибудь.

— Например?

— Что угодно. Отреагируй на то, что я только что сказала, а то я начну представлять, что ты думаешь самое худшее. — она слегка смеётся. — В смысле, ты уже так думаешь. Я это знаю.

— Ты занималась сексом раньше? — спрашиваю я её. Мысль, что, возможно, нет, и я взял её на ту вечеринку сегодня… Что она видела.

Уроки-тренировки. Будучи сестрой Рафа. Моя рука сжимает стакан. Пожалуйста, не будь девственницей.

Это сделает меня ещё большей сволочью, чем я уже есть.

— Конечно, занималась, — говорит она с лёгким смешком. — У меня были моменты, когда звёзды сходились. Я могу возбуждаться.

— Слава богу. — я провожу рукой по челюсти. — Ты откровенна в других областях. Со мной — всё время. И ты явно амбициозна. Ты работаешь над своими дизайнами каждый день. Я наблюдал за тобой, пока ты работаешь. — когда она не притворяется для кого-то. — Это поглощает тебя.

— Это другое.

— Разве?

— Да. С тобой, ну, мы же не встречаемся. — она снова смотрит на кота, когда из книжного шкафа появляется подрагивающий нос. — А когда я создаю дизайны, это только я. Я и одежда. Я не знаю… Как будто люди всегда чего-то хотят от меня, а я не всегда готова это дать.

— Потому что тебя научили, что отношения — это либо-либо, — говорю я. Слова кажутся правильными. — Либо ты представляешь образ, который, как ты думаешь, они хотят, либо ты вообще не утруждаешься. Потому что середина, где приходится вести трудные разговоры? Ты не знаешь, как это делать.

— Да. Тебе и Зейне стоит поговорить. Вы всё поняли.

— Твой терапевт?

— Да. Выявить проблему — это здорово и всё такое, но мне всё равно предстоит работать, а работа — отстой. — она тянется к другому из этих маленьких пакетиков. — Орешки! Уверен, не хочешь один?

— Они все твои, — я обхожу диван и сажусь перед ней. — Значит, твой терапевт тоже хочет, чтобы ты