Джулиан - Мишель Хёрд

когда я устраиваюсь между ними. Сначала я целую внутреннюю сторону её бедра, затем поднимаюсь выше, пока мои губы не достигают чувствительного места. Я ласкаю её, охваченный жаждой обладания, и не останавливаюсь до тех пор, пока она не начинает метаться под моими губами. Я продолжаю ласки, пока её тело не напрягается, и она не выгибается в стоне оргазма.

Оставив её на мгновение, я тянусь к прикроватной тумбочке и достаю из верхнего ящика упаковку презервативов. Зубами вскрываю фольгу и быстро надеваю один. Склонившись над Джейми, я опираюсь на левую руку, а правую кладу ей на бедро. Она смотрит на меня с непередаваемым выражением лица и кладет руки мне на плечи. Всё, что я чувствую, отражается в её взгляде. Наклонившись, я накрываю её губы своими и вкладываю в этот поцелуй всю любовь, что переполняет меня.

Я не хочу жить без неё. Я не могу дышать, если её нет рядом.

Я провожу рукой по её ребрам, лаская грудь, пока наши тела не сплетаются в едином порыве, требуя большего. Я медленно вхожу в неё. Наш взгляд встречается. Мгновение мы просто смотрим друг на друга, а затем я шепчу:

— Ты — всё, о чем я мечтал, но даже не подозревал, как сильно ты мне нужна.

Её глаза начинают блестеть в полумраке. Я нежно целую её в губы и шепчу:

— Я люблю тебя, Джейми.

ГЛАВА 37

ДЖЕЙМИ

Мое тело начинает дрожать от переизбытка чувств в этот значимый для нас обоих момент. В горле встает ком, и я не нахожу в себе сил произнести ответные слова. Вместо этого я кладу руку ему на затылок и притягиваю к себе, пока наши лбы не соприкасаются.

На лице Джулиана застыло почти мучительное выражение нежности, когда он входит в меня, и от этого из моих глаз невольно катятся слезы. Когда мы становимся единым целым, я наконец умудряюсь прошептать дрожащим голосом:

— Я так сильно тебя люблю.

Джулиан прижимается своими губами к моим, закрыв глаза, будто впитывая каждое сказанное мною слово. Он двигается медленно и глубоко, и когда его взгляд снова встречается с моим, в его глазах горит первобытная страсть.

Это тот самый момент, за который мы так отчаянно боролись. Это то, что я больше всего боялась потерять: возможность быть с Джулианом и наше общее будущее. Он начинает целовать мои щеки, осушая слезы, пока наши тела движутся в едином ритме.

Меня захлестывает буря эмоций от нашей близости, и когда он ускоряет темп, у меня перехватывает дыхание. Я обвиваю руками его шею, цепляясь за него как за спасательный круг — он единственный человек, с которым я чувствую себя в полной безопасности. Неистовые чувства постепенно сменяются глубоким наслаждением, разливающимся по всему телу. Мы не сводим глаз друг с другом, пока вместе не достигаем пика.

Движения Джулиана постепенно замедляются, и он замирает, прижавшись ко мне. Он ласкает взглядом мое лицо, а затем шепчет:

— Я сейчас вернусь.

Я забираюсь под одеяло, пока Джулиан уходит в ванную. Вскоре он возвращается, гасит свет и ложится в постель. Я жду, пока он устроится поудобнее, и прижимаюсь к нему. Как только его руки смыкаются вокруг меня, я испускаю вздох абсолютного довольства.

Он целует меня в макушку, и мы устраиваемся так, чтобы лежать лицом к лицу. Он снова целует меня в губы и шепчет: — Ты такая красивая.

Еще один поцелуй.

— И смелая.

Поцелуй.

— И умная.

Поцелуй.

— Ты — всё, что я когда-либо искал в женщине, с которой хочу провести жизнь.

Моя улыбка гаснет, а на глазах снова наворачиваются слезы.

— Ты меня сейчас до слез доведешь, — пытаюсь я шутливо укорить его, но когда он смотрит на меня с такой бесконечной нежностью, я не могу сдержать переполняющие сердце чувства.

Он притягивает меня к себе, и я прячу лицо у него на шее, чувствуя, как вздрагивают мои плечи. Я позволяю этим слезам вымыть остатки страха и травмы, и на их месте начинает расти надежда на прекрасное будущее с Джулианом.

Проснувшись утром, я чувствую под щекой тепло кожи Джулиана. Я прижимаюсь к нему плотнее, и на моих губах играет счастливая улыбка. Он крепче обнимает меня и бормочет сонным, охрипшим голосом:

— Это лучшее чувство в мире.

Я целую его в грудь.

— Можно мы пролежим в кровати весь день?

— Хм... заманчиво, но вечером у нас ужин со всей компанией.

— Ах да, сегодня же воскресенье, — бормочу я и снова довольно вздыхаю.

— Думаю, нам стоит заскочить в Тринити и забрать остаток твоих вещей, чтобы завтра ты могла спокойно вернуться к занятиям.

Я приподнимаю голову и смотрю на Джулиана.

— Да, полагаю, рано или поздно это нужно сделать. Тогда Престон сможет вернуться в свою комнату.

— Хочешь сначала в душ, пока я закажу нам кофе?

Я сажусь в постели, и одеяло соскальзывает, обнажая плечи. Джулиан не сводит глаз с моей груди, протягивает руку и легонько касается соска.

— Или всё-таки останемся в постели на весь день? — поддразниваю я.

Он садится и запечатлевает на моих губах крепкий поцелуй, после чего выбирается из кровати.

— Нет, на сегодня у меня на тебя другие планы.

Когда я открываю дверь блока, который делила с Лейлой и Кингсли, и вхожу внутрь, Кингсли резко поднимает голову от ноутбука. Увидев меня, она роняет леденец на стол, вскакивает и визжит:

— О боже мой, ты пришла! — Она подбегает и сжимает меня в объятиях. — Лейла, Джейми вернулась!

Она отстраняется на расстояние вытянутой руки и внимательно осматривает меня.

— Ты как? Мы хотели навестить тебя, но Джулиан попросил дать тебе время.

Она бросает на него притворно сердитый взгляд, прежде чем снова расплыться в улыбке. Лейла выходит из своей комнаты и берет Кингсли за руку, слегка отстраняя её:

— Дай им хотя бы зайти.

Я закрываю за нами дверь.

— Я буду в твоей комнате, — говорит Джулиан и целует меня в висок, прежде чем уйти.

Кингсли тут же расплывается в многозначительной ухмылке. Лейла провожает Джулиана взглядом и смотрит на меня: — Как ты? Что говорит полиция?

Черт, они же не знают, что Генри мертв.

— Они думают, что Генри сбежал из города, — отвечаю я, чтобы они не волновались.

— Фу... даже от его имени мурашки по коже,