Эти вечные кости - Мэгги Ферн

24

Небрежная Ложь и Ловкие Пальцы

Молли

Мои глаза следят за Элриком, когда он выходит на площадку солярия, засохшие растения шуршат о его пальто. Его тревога и напряжение повисли в воздухе, как лед, но я достаточно быстро усвоила, что, спрашивая, я получу только отсутствие ответа, мягкие, отвлекающие прикосновения и его клыки на моей шее. Все прекрасные вещи, которые эффективно переносят мой разум в другие места. Я, кажется, потеряла счет дням, живя здесь, в его царстве; кажется, оно движется по своей собственной временной шкале. День и ночь сливаются воедино, пока мы прячемся под шелковыми простынями.

Даже сейчас, когда он волнуется, погруженный в свои мысли, его ленты уверенно скользят вверх и вниз по моим ногам, достигая пика и змеясь все выше к моему центру. Моя ложка громко звякает о тарелку, когда одна из них касается моего постоянно пульсирующего клитора, и я задыхаюсь, едва не подавившись супом. Мое внимание возвращается к мужчине, только чтобы обнаружить, что он больше не расхаживает взад-вперед, его внимание приковано ко мне. Это странный животный наклон его головы и хищный взгляд, отслеживающий каждый вздох.

— Элрик… — Мои слова резко обрываются, когда лента находит мою влажную киску, проскальзывая внутрь, а румянец обжигает мои щеки.

Мои колени с глухим стуком соприкасаются, я пытаюсь сдержаться. Несмотря на то, что это в основном для вида, я очень хочу, чтобы он был рядом. Потребность в этом мужчине нескончаема, как лихорадка, от которой невозможно избавиться. Мое смущение только усиливает пульсацию в моем центре, когда еще две ленты присоединяются к борьбе, раздвигая мои ноги под тяжелыми юбками.

Его губы растягиваются в одну из этих дьявольских ухмылок, обнажая лишь намек на заостренные клыки. Мое тело реагирует тем же, гул моего пульса становится все ниже и ниже, когда я чувствую, как его лента расширяется внутри меня. Давление, которое нарастает там, является немедленным и ошеломляющим, удовольствие и боль сливаются в одно целое, по мере того как мое ядро растягивается, чтобы приспособиться к этому. Совершенно неподобающий леди писк вырывается из моего горла, когда Тьен врывается в комнату, мои руки опускаются к юбкам, пытаясь прикрыть ими себя, но они не поддаются. Моя нижняя часть надежно прикрыта столом, но это нисколько не помогает моим тяжелым глазам и разгорающемуся румянцу. Я наполнена так, что живот напряжен до предела.

— Еще один горожанин принес вам письмо. Это была пожилая владелица магазина, и она попросила аудиенции…

— Нет.

Тьен кивает, в то время как мое сердце бешено колотится в груди, а разум лишь наполовину способен сосредоточиться на их разговоре. — Да, я так и думал и отправил ее обратно с Картиэлем вниз по склону, к его большому неудовольствию.

— Положи это на мой стол, пожалуйста.

Пожалуйста.

Похоже, Элрик нашел свои манеры в моем…

Этот проклятый мужчина закручивает свою ленту внутри меня, заставляя меня громко хлопнуть ладонью по столу, разбивая часть тонкого хрусталя на столешнице. Разные графинчики со специями и соусом разливаются, но я, кажется, не могу отпустить скатерть, чтобы поправить их, и вместо этого смотрю на мужчину, который сейчас небрежно развалился на темно-зеленом диване.

— Мисс Молли, с вами все в порядке? — Спрашивает Тьен, делая шаг вперед, но его останавливает плоская стена из лент.

— С хозяйкой дома все в порядке. Я должен предостеречь тебя от сближения с ней, если хочешь сохранить голову на плечах.

Я не уверена, что хуже: то, что Элрик снова внезапно потерял свои манеры, или внезапное понимание в глазах старой Химеры, прежде чем он вылетает из комнаты.

— Элрик… — Я выдавливаю из себя. Я не утруждаю себя окончанием того, что собиралась сказать, потому что он снова переворачивает это, закручивает внутри меня… мучительно медленно.

— Да, любовь моя?

Я открываю рот, но не произношу ни слова, только очень непристойный звук, от которого еще одна лента обвивается вокруг моего рта, как веревка.

— Было бы прискорбно для души, случайно услышавшей, как ты издаешь подобный звук.

Приглушенный стон покидает меня, мои руки сжимают кружевную скатерть, когда я, наконец, откидываюсь назад, отказываясь от сопротивления лентам, удерживающим мои бедра раздвинутыми.

— Я знаю, ты ничего не можешь с этим поделать, мой милый маленький человечек. Моя пара, — он произносит эти слова как ласку, когда я закрываю глаза, резко откидывая голову назад. Неудивительно, когда она соприкасается с его животом, его холодные руки прокладывают свой путь по моей разгоряченной плоти.

Его ладонь накрывает мой рот вместо ленты, когда он заглушает мои ответные стоны, наполняя меня настолько, что я могу чувствовать его глубже, чем я думала, что это возможно. Он закручивает ленту внутри меня, другим движением поглаживая мой клитор, в то время как мое тело напрягается.

— Тише, Молли, мы не можем допустить, чтобы ты устраивала беспорядок в солярии.

Следующими я чувствую его губы, покрывающие нежными поцелуями следы укусов на моей шее. Мое тело гудит в ответ, напевая песню, которую может слышать только он, пока я не попадаю в крещендо, разражающееся с такой силой, что только он удерживает меня на месте. Звуки моего приглушенного удовольствия наполняют светлую комнату, мои глаза крепко зажмуриваются, пока он продолжает дразнить, заставляя меня пережидать каждую волну удовольствия, которая длится целую вечность. Прежде чем я успеваю полностью открыть глаза, его губы заменяют руки, даря мне поцелуй, такой же всепоглощающий, как и удовольствие. Я потеряна для этого, окружающий мир забыт, вопросов, тревог и переживаний не существует, пока он разделяет мое дыхание.

Именно тогда он заключает меня в объятия, баюкая вместо того, чтобы держать у себя на руке, как обычно, чувствуя, что мое тело в данный момент не лучше сливочного масла. Мои глаза слипаются, когда он выходит из комнаты, направляясь на верхние этажи.

— Не думаю, что ты расскажешь мне, что тебя беспокоило раньше, — бормочу я ему в грудь, вдыхая его запах.

— Беспокоило, Syringa? Как я мог быть таким, когда держу тебя в своих объятиях?

Как всегда, когда Элрик делает вид, что его ничто не тревожит, я направляюсь в библиотеку. Это несложно — она соединена дверью с его кабинетом, и это самое дальнее место, куда мне позволено отходить от него в любой момент. Я изо всех сил стараюсь разобрать приглушённые голоса из кабинета, уловить, как Тьен… успокаивает его. Легко представить этого мягкого