Песня о любви - Эль Кеннеди

— Иди переспи с кем — нибудь. С кем угодно, кроме музы.

— Правда? — с сомнением спрашиваю я.

— Слушай, ты пытался. Ты дал этому целибату шанс. Но это явно не работает, и, если ты рискуешь потерять единственный источник творческой энергии, который у тебя был за год, нам нужно это предотвратить. Найди красивую женщину, спусти пар и сохрани музу. — Он внезапно выругивается. — Чёрт, мне пора, чувак. Мы с Эйми сейчас записываем трек. Пришли остаток песни, когда она будет готова.

Он отключается, оставляя меня наедине с моими мыслями.

Может, он прав. Очевидно, целибат не сработал. Я не писал ничего, кроме дерьма, пока мой член был в спячке. Так что, может, пора дать ему волю.

Но не с Блейк. И не только потому, что она может быть моей музой. Потому что все причины, по которым мне не стоит с ней связываться, никуда не делись. Она заслуживает большего, чем интрижка на одну ночь, и наши семьи буквально убьют меня, если я использую её для секса и разобью ей сердце.

Я смотрю на телефон, большой палец зависает над чатом с Мирой и её последним сообщением. Нюдса может и нет, но приглашение осталось.

МИРА: Набери меня, если будет настроение.

После нескольких секунд колебаний я печатаю.

УАЙАТТ: Ты сегодня свободна? Не хочешь выпить?

Потом нажимаю «Отправить», прежде чем успеваю передумать.

— Ты уходишь?

Блейк появляется на лестнице, когда я роюсь в комоде в прихожей в поисках ключей от джипа. Я был последним, кто на нём ездил, и клянусь, я бросил их в эту стеклянную миску. Но вижу только декоративные жёлуди.

Я не поднимаю головы.

— Ага.

— Куда это ты? — с любопытством спрашивает она, сбегая по ступенькам.

— Да никуда особо.

— Ага, и это вообще не подозрительно. — Её смех щекочет мне спину. — Дай угадаю: ты собираешься в тайное подпольное заведение по игре в покер? Подрабатываешь там стриптизёром?

Я начинаю искать ключи в ящике столика.

— Нет, просто встречаюсь кое с кем в городе.

— С кем?

Мои пальцы натыкаются на брелок. Слава богу.

— С кем? — наседает Блейк, когда я не отвечаю.

— Просто с девушкой, — уклончиво говорю я.

Тишина.

Я не хочу видеть выражение её лица, но я мазохист, поэтому оборачиваюсь. Её лицо слишком радостное, улыбка натянутая.

— Я её знаю? — щебечет она.

— Вряд ли.

— Это та девушка, что прислала нюдс, когда мы были на катере?

Её обиженный тон вызывает укол совести. Что только заставляет меня хотеть отстраниться ещё сильнее.

— Да. Она.

Я мог бы остановиться. Мог бы уйти, не говоря больше ни слова. Вместо этого я заставляю себя ее добить.

— С ней весело, — добавляю я. — Мы спали прошлым летом.

Я вижу, как это попадает в цель. Уязвлённая вспышка в глазах Блейк. То, как её плечи напрягаются, будто её ударили, но она не хочет это показывать.

Хорошо. Пусть она меня ненавидит. Это лучше, чем альтернатива. Если мы хотим сохранить нашу дружбу, мне нужно подавить влечение. С обеих сторон.

— Ага. Круто. — Блейк замолкает. — Значит, твой целибат аннулирован?

Я выдыхаю через нос, но ничего не говорю. Я мудак.

— Если секс будет хорошим, напишешь об этом песню?

Я сдерживаю вздох.

— Блейк...

— Неважно, всё нормально. Хорошего вечера.

Её небрежное пожатие плечами выдаёт напряжение. Она уходит на кухню. Я не иду за ней.

Вместо этого я выскальзываю за дверь, чтобы забрать Миру.

Глава 17. Блейк

У нас есть абсент

Сегодня вечером у Уайатта свидание. Ну и отлично. Надеюсь, он хорошо проведёт время.

Прям очень — очень хорошо.

Мне плевать, что он на свидании. Зачем мне это? Не то чтобы я хотела с ним тусоваться или что — то в этом роде. Я вполне довольна тем, что сижу дома и собираю пазлы. Мне нравится этот пазл. Я не намеренно втискиваю этот фрагмент туда, куда, как я знаю, он не подходит, просто чтобы почувствовать сопротивление и насладиться ощущением силы, когда делаю то, что, как я знаю, разозлит Уайатта.

Конечно, нет.

ДЖУЛЬЕТТА: Тебе надо поцарапать его машину.

Я смотрю на появившееся сообщение и ухмыляюсь.

БЛЕЙК: Не могу. Он взял её для своего свидания.

Я пытаюсь сосредоточиться на пазле, но часы над кухонной дверью слишком отвлекают. Они всегда были такими громкими? Из — за них у меня гиперфикс на времени. 20:38. Он ушёл меньше часа назад, но кажется, что прошло два дня. И кто эта девушка, с которой он встречается? Он сказал, что они спали прошлым летом, и мой любопытный мозг теперь перебирает каждую женщину, которую я помню здесь в прошлом году.

Может, та блондинка из мини — гольфа? Кажется, её звали Кассандра?

Нет. Насколько я помню, она спала с Греем.

Может, те две панк — рокерши с музыкального фестиваля на Коммонс — Бич?

Погодите. Это тоже был Грей. Его папа нашёл их на крыше лодочного сарая после концерта, и нам всем пришлось слушать лекцию дяди Хантера на следующее утро о том, что секс втроем — «каким бы офигенным он ни был», как вставил дядя Дин — неуместен во время нашего семейного отдыха на озере Тахо.

Лучше бы у Уайатта не было секса втроем сегодня вечером.

Мой телефон снова загорается. Я ожидаю увидеть имя Джульетты, но это Айзек. Ему потребовалось три дня, чтобы ответить на моё последнее сообщение.

ИЗМЕНЩИК: Признайся честно, Блейк. Речь вообще о тостере? Потому что я начинаю думать, что ты хочешь меня вернуть.

Я смотрю на экран с открытым ртом. Ничего себе.

БЛЕЙК: Я не хочу тебя вернуть.

ИЗМЕНЩИК: Признать это — нормально.

БЛЕЙК: Ты изменял мне. В течение года.

ИЗМЕНЩИК: И я готов всё уладить, если ты этого хочешь.

Он готов всё уладить? Какого хрена?

Кипя от злости, я печатаю ответ по одному слову.

БЛЕЙК: Ты.

БЛЕЙК: Мне.

БЛЕЙК: Изменял.

ИЗМЕНЩИК: Я ошибся.

БЛЕЙК: Правда? Разве это была единоразовая измена? Потому что повторяющаяся ошибка — это уже выбор, Айзек.

БЛЕЙК: Я не хочу тебя вернуть.

БЛЕЙК: Я хочу свой грёбаный тостер.

ИЗМЕНЩИК: Ну, ты его не получишь.

Я раздумываю, не совершить ли немыслимое — отправить отца в мою старую квартиру, чтобы выбить этот тостер из Айзека Гранта, когда меня отвлекает