11 дней изменят всё - Юлия Андреевна Архарова

Дальнейшее я помнила этакими рывками, обрывчатыми кусками…

Хлоп. Демьян держит меня на руках. Одновременно крепко и бережно.

Хлоп. Мы в большой гостиной. Я с трудом стою на ногах, кажется, сейчас упаду. Сосед говорит, что посылка предназначалась ему. Извиняется.

Хлоп. Мы в лифтовом холле. Вокруг люди. Слишком много людей! Виденных мною ранее и совсем незнакомых. И у каждого мерцает таймер смерти, который отсчитывает оставшиеся годы… Я хочу закрыть глаза и забиться в угол.

Хлоп. Тот самый мальчишка, Марат, протягивает соседу длинный пуховик и высокие черные ботинки. Демьян помогает мне одеться, завязывает шнурки на ботинках.

Хлоп. Двери лифта открываются на первом этаже. В холле еще несколько человек. Я сейчас никого не хочу видеть. Прижимаюсь к Демьяну, прячу лицо у него на груди. Прежде, чем двери лифта успевают закрыться, доносится: «Смотрите! Это же…»

Хлоп. Мы бежим по подземной парковке.

Хлоп…

Визг тормозов. Удар. Скрежет метала. Звук битого стекла. Мир крутится перед глазами. Кричит мама…

Я истошно ору. Куда-то лечу.

И темнота…

* * *

Когда я пришла в себя, то лежала на боку на подземной парковке. В нескольких метрах от меня застыл черный монстр – автомобиль Демьяна. Водительская и пассажирская двери были распахнуты.

– Лина?..

Рядом со мной на корточках сидел сосед. На его лице отражалась растерянность. Рука парня замерла в считанных сантиметрах от моего плеча. Словно он хотел то ли потормошить меня за плечо, то ли обнять, но побоялся прикоснуться.

– Что с тобой?

Приподнявшись на локте, я села.

– Я… в порядке, – голос прозвучал хрипло, горло саднило. – Сильно кричала?

Он кивнул.

– Извини… Помоги мне встать. Пожалуйста.

Парень дал мне руку, и мы вместе поднялись на ноги.

– Шесть лет назад я попала в аварию вместе с родителями. Я выжила, они нет, – слова прозвучали просто, даже как-то буднично. Никогда, ни с кем я не говорила на эту тему, но с Демьяном, как ни странно, смогла. Чувствовала, что должна объяснить приключившуюся со мной истерику.

– Я не знал. Лина… – Демьян замешкался, этот харизматичный и остроумный участник всевозможных телевизионных шоу сейчас, похоже, не мог подобрать слов.

– Я боюсь машин. Боюсь людей. А теперь еще, кажется, змей, посылок, оставаться одной… – я выдавила из себя улыбку, пытаясь разрядить обстановку.

Тогда он вдруг прижал меня к себе. И я самым банальным образом заревела.

– Тише. Тише. Все закончилось. Теперь все будет хорошо, – приговаривал он. Одной рукой сосед обнимал меня за талию, а второй гладил по волосам, как маленькую девочку.

Вот только я точно знала, что «хорошо не будет». Я оплакивала родителей, свою горькую одинокую судьбу, Демьяна…

Не знаю, сколько прошло времени, пара минут или полчаса, прежде чем я успокоилась и отстранилась от парня.

– Надо все-таки уйти с парковки, – сказал он.

Шмыгнув носом, я кивнула.

Демьян метнулся в машину и протянул мне упаковку бумажных носовых платков.

– Подожди минутку, я припаркую машину.

С парковочного места мы успели отъехать только на несколько десятков метров. Мне не хотелось отпускать парня, но я понимала, что он не может бросить автомобиль на проезде. Так что я вновь кивнула.

Демьян сел за руль, а я отвернулась и, как могла, привела себя в порядок.

Меня раздирали противоречивые эмоции. Было страшно и стыдно. Мучительно хотелось спрятаться. Вернуться на последний этаж своего замка. Запереться в спальне. Забраться в кровать и укрыться с головой от всего мира на следующие часов десять или даже целые сутки.

Но бежать мне сейчас было некуда.

Да и не хотела я оставаться одна. Не могла.

– У нас проблема, – вернувшись, сказал парень. Притом он улыбался так, словно, вопреки своим словам, никакой проблемы не видел. – Мы не можем вернуться в пентхаус. Не можем пойти в кафе или бар – меня многие знают. Не можем куда-то поехать…

Черт! Как-то вылетело из головы, что Демьян публичная персона и, если его увидят со мной, то могут быть неприятности.

– Спасибо, ты и так много сделал для меня. Я найду, где…

– Подожди! – перебил он. – Ты не дослушала меня. Я посмотрел прогноз. Дождь закончился, этой ночью его больше не обещают. Мы можем просто погулять. Побродить по набережной, к примеру. Как тебе такой вариант?

Пресненская набережная и в обычное время славилась пустынностью, а недалеко от замка имелся тихий парк. Поздно вечером в среду, да еще после дождя там не должно быть ни души. То, что нужно. Просто идеально!

И я опять кивнула.

* * *

Демьян оказался прав – дождь закончился.

Я с наслаждением вдохнула холодный влажный воздух и улыбнулась. Пожалуй, только в этот момент я в полной мере осознала, что все закончилось.

Мы пересекли небольшую, но уютную придомовую территорию жилого комплекса, перешли проезжую часть и вышли на набережную. Неторопливо направились в сторону сверкающих колоссов Москва-Сити. Река в этом месте изгибалась, так что башни причудливо отражались в воде. Мимо нас по дороге проносились редкие автомобили, ни одного прохожего на улице видно не было.

Демьян молчал, и я тоже.

Несомненно, у соседа накопилось множество вопросов ко мне, но он ничего не спрашивал, и я благодарила Вселенную за это. Не готова я была рухнуть в пучину воспоминаний, открыть душу. Хватило того, что сказала на парковке.

Мне тоже многое хотелось узнать у Демьяна. Но я не имела права интересоваться подробностями его личной жизни. Не хотела даже ненароком касаться истории с посылкой – слишком яркими были ощущения после знакомства со змеями. Может быть, потом, не сейчас. Да, потом надо будет обязательно узнать, кто отправил змей. Возможно, этот кто-то хотел убить Демьяна…

Я бы с удовольствием побеседовала с парнем на какую-то нейтральную тему, но в голову, как назло, ничего не шло. Так что я молчала – боялась, что неосторожное слово разобьет хрупкое очарование момента. Хорошо было вот так просто идти рядом, почти касаясь друг друга руками.

Очередной порыв холодного ветра с реки заставил меня поежиться и накинуть капюшон.

– Тебе не холодно? – спросил Демьян, поднимая воротник своего пальто.

– Мне-то нет, – с улыбкой отозвалась я. И тут же спросила: – А ты не замерз?

– Не успел еще, – усмехнулся он.

Марат выбрал для меня удачную одежду – легкий пуховик, теплые высокие ботинки – то, что нужно для промозглой поздней осени. Хотя я