Жестокие тайны - Морган Бриджес

Джун хмыкает и постукивает пальцем по подбородку:

– Ну, я бы еще сказала, что в его объятиях ты забыла обо всем на свете, и, возможно, добавила что-то про его ловкий язык.

Я давлюсь воздухом, не в силах вымолвить ни слова. В голове мгновенно всплывает лицо Ксавье между моих бедер. Его руки, его рот, его слова, то, как он смотрел мне в глаза, приказывая кончить. Тело реагирует мгновенно – я вспыхиваю, щеки наливаются румянцем, а в жилах начинает пульсировать желание.

– Воу-воу, – выдает Джун.

Проморгавшись, оборачиваюсь к ней:

– Что – воу-воу?

– Не знаю, огромный у Икса или нет, но под юбку он тебе точно успел залезть. – Она склоняет голову к плечу. – А может, пробрался и в сердце.

– Что? Вовсе нет. С чего ты взяла?

– Наблюдала за тобой. От моих слов тебя словно за тысячу километров отсюда унесло. Если парень девушку не зацепил, у нее такого выражения лица не бывает. Тут все серьезно. – Джун качает головой. – Похоже, ты уже придумала, что сказать Рэйвен. Жду не дождусь послушать.

– Ну а ты что ей скажешь? – злюсь я.

– Про нас с Декланом? – Она пожимает плечами. – Да ничего.

– Почему?

– А нечего рассказывать. И вообще, я сама не знаю, что у нас за отношения. Если их вообще можно так назвать.

Она смотрит на своего рекрута, прикусив губу. Он качает головой, она хмурится.

– Джун, – предостерегающе говорит Деклан.

– Ладно, как хочешь. – Она снова пожимает плечами и оборачивается ко мне: – Скажу Рэйвен, что мы с Декланом снова вместе. Это самое простое объяснение и ближе всего к правде. Такая ложь лучше всего прокатывает.

И почему мне кажется, что, расписывая соседке свои восторги от ночи с Ксавье, я не так уж сильно совру?

– ШЛЮХА! – вопит Рэйвен так, что у меня звенит в ушах.

А потом бросается обниматься и едва меня не душит.

– Есть тот грех, – хриплю я.

– Я волновалась за тебя, – говорит она наконец, разжав руки. – Ты так и не вернулась прошлой ночью, не отвечала на звонки и сообщения…

– И на письма, – вставляет Джун с улыбкой.

– И на письма, – кивает Рэйвен. – Я уже подумала, с тобой что-то случилось.

– С ней случился Икс, – вставляет Джун.

И играет бровями, а я сердито смотрю на нее. Сердито, но не злобно – весь пыл ушел в залившую щеки краску. Я вспыхиваю даже от одного упоминания о нас с Ксавье в постели.

Брови Рэйвен взлетают вверх.

– На себя посмотри! Ты вообще нарушила негласный девчачий кодекс! Взяла и вернулась к бывшему. Я думала, ты его ненавидишь?

– Секс на почве ненависти – самый лучший, – пожимает плечами Джун. – Не осуждай, пока сама не попробуешь.

– И сколько раз ему пришлось тебя трахнуть, прежде чем ты простила ему то, что он такой козел? – спрашивает Рэйвен.

– Судя по всему, много, – бормочу я.

– Эй! – возмущается Джун.

– Что-то тут не так, – вскидывает руки Рэйвен. – Ты ушла якобы по университетским делам, а утром вернулась и говоришь, что вы снова вместе. Ага, конечно.

– Думай что хочешь, – отмахивается Джун. – Дайте мне принять душ и переодеться, а потом пошли выпьем кофе.

– Или не кофе, – вставляю я.

– Только если в «Кофеиновый будильник», – поджимает губы Рэйвен. – Мне сейчас нужно самое лучшее.

– Такое, чтобы аж сердце остановилось? – спрашиваю я.

– Бинго!

Глава 38. Ксавье

Оставить Делайлу с другим, даже человеком, которому я доверяю, было чуть ли не самым сложным делом за всю мою жизнь. Если бы я мог не подчиниться Ордену, не поставив под удар наши жизни, я ни за что бы не уехал. Но я не могу рисковать своим маленьким ястребом. Хотя уезжать от нее мне чертовски больно.

Провожу пальцами по шраму, который она на мне оставила, и по татуировке, которую сделал вскоре после нашей встречи. Конечно, это не так хорошо успокаивает, как прикосновения к ней самой, и все же эта часть моего тела посвящена ей. И только ей.

Выхожу из замка и направляюсь к гаражу. Не совсем верно, конечно, называть это помещение гаражом, но другого термина для него не придумали. На самом деле это настоящий храм идеальных автомобилей, который охраняют новейшие системы безопасности. Внутри все гудит от заключенной в моторах энергии, каждая сверкающая поверхность обещает адреналин и скорость. Очередное напоминание о том, сколько у Ордена власти и денег.

Беру ключи с крючка, сажусь в «Рейндж Ровер» и бросаю сумку на пассажирское сиденье. В салоне пахнет свежестью, кожаная отделка его чиста и безупречна, у меня же внутри царит хаос. Я берусь за руль, а сам не могу перестать думать о Делайле, о том, как она смотрела на меня, когда я поцеловал ее на прощание.

Я даже мог бы вообразить, будто она не хочет, чтобы я уходил, но, конечно, я понимаю, что это не так.

Отбросив эту мысль, достаю из кармана повестку. Она напечатана на черной бумаге – цвет символизирует ворона, которым я должен стать после Испытаний. А дальше я перейду к следующему этапу своего плана.

Разворачиваю и разглаживаю плотный пергамент.

На нем шифр – набор символов и чисел, которые в жизни не поймет ни один непосвященный. Новобранцы изучают этот шифр в первые три года подготовки; его так крепко вбивают нам в головы, что к моменту получения первой повестки мы читаем его так же легко, как родной язык.

Шифр защищает послания от посторонних глаз. Союзников у нас мало, а врагов много. Вот почему мы держимся вместе.

Перечитываю текст и постепенно вникаю в смысл задания. Орден, как и всегда, требует действовать быстро и хранить все в тайне. Но я думаю, на самом деле отец дал мне это поручение, просто чтобы утвердить свою власть надо мной. Ту самую, которую он потерял, когда вонзил в меня нож, а я ответил тем же.

В послании зашифрованы место, время, имя цели и задача. Однако между строк я читаю, что, если осмелюсь ослушаться или не точно выполню задание, нам с Делайлой несдобровать.

Поворачиваю ключ в замке зажигания, и двигатель взрывает тишину рыком. Выезжаю из гаража, проношусь сквозь кованые ворота и выворачиваю на дорогу, ведущую к шоссе. Пейзаж за окном расплывается от скорости, я стараюсь думать о миссии, но мысли упрямо возвращаются к Делайле.

Во время долгой дороги всегда остается слишком много времени на размышления – о девушке с зелеными глазами и губами, которые и