Муж на сдачу - Натаэль Зика

— Миледи! — экономка выжидательно замерла у входа, из-за её плеча выглядывали две служанки.

— Приния, проводите наших гостий в выделенные им комнаты. Приставьте к ним служанок, дайте двух горничных. Когда дамы пожелают — обеспечьте их едой и напитками.

— Разумеется, миледи!

— Леди, увидимся за ужином, — Гвинет небрежно кивнула и оставила баронесс на экономку.

Аделайя покрылась красными пятнами — конечно, Мириам была неправа, критикуя вкус хозяйки, но и графиня повела себя возмутительно — бросить их на слуг! Ну, ничего, ещё не вечер. Она серьёзно поговорит с дочерью, и за ужином исправит произведенное на графиню впечатление. Рано еще показывать зубки, рано!

Пока мужчины обсуждали важные дела, а гостьи обживали свои покои, Гвинет вернулась к себе и крепко призадумалась.

Закралась мысль, что баронессы так ведут себя неспроста — не иначе, отец и муж дал им понять, что они имеют на это право. Как только Энгель уедет, она останется, по сути, одна. Да, есть Цилен и Визар — целитель, которого прислал император, но это слуги, а не ровня. Барон Кроуф может им приказывать, и те обязаны слушаться. Конечно, прямого приказа ей вредить целители не примут, но что помешает барону отправить их куда-нибудь с поручением, оставив графиню одну? В непредвзятость и желание построить хорошие отношения после демарша жены и дочери барона Гвинет больше не верила. Значит, на защиту и поддержку опекуна ей лучше не надеяться, рассчитывать нужно только на собственные силы.

— Стани, — позвала она камеристку, — подумай, кого из девушек-служанок ты можешь рекомендовать, как умных и всецело нам преданных? Не нравятся мне гостьи, которые ведут себя, как хозяева, хочу, чтобы им прислуживали верные мне люди.

— Конечно, миледи, я подумаю, кто наиболее подойдет, — согласилась Стани. — Их милости настроены недоброжелательно, это заметно.

Через три четверти оборота Стани ввела в приёмную графини трёх девушек.

— Миледи, это Роза, Мариса и Галия.

— Подойдите ближе, — приказала Гвинет. — Вы знаете, зачем вас сюда позвали?

— Да, миледи. Вы выбираете служанок для Их милостей.

— Мне нужны не просто прислуга, а умные и ловкие служанки, которые смогут, не вызывая подозрений, докладывать мне обо всём, что происходит у баронесс. О чём они говорят, что делают.

— Конечно, миледи, мы это понимаем, — самая высокая из девушек, Роза, кивнула и выпрямилась. — Слава Единому, моя семья уже в нескольких поколениях служит графам Гроув, и менять покровителя я не собираюсь. Вы будете знать о каждом слове и каждом шаге баронесс.

— Мы все за вас, миледи, — присоединились две другие служанки. — Вы всегда были справедливы и щедры к слугам. Весь замок на вашей стороне!

— Спасибо, — Гвинет улыбнулась. — Как вы знаете, я ношу наследника графа, мне требуется особенная осторожность во всём. Барон Делаверт уезжает на поиски моего мужа и хозяина — графа Гроув, поэтому я остаюсь без поддержки, и если опекун или его семья решат мне вредить, я должна узнать об этом заранее.

Разумеется, ваша преданность будет щедро вознаграждена. Но и предательство, буде таковое случится, не останется без справедливого возмездия.

— Миледи, вы — наша хозяйка, мы преданы вам душой и телом! — серьёзно проговорила Роза.

— Хорошо. Денег у меня нет, но есть украшения. Стани, принеси малый ларец.

Камеристка, сделав книксен, скрылась в спальне, вернувшись через минуту с ящичком красного дерева в руках.

— Вон он, миледи, — она поставила ларец перед графиней и откинула крышку.

— Вот эти серьги и эти два кольца. Чтобы у вас не было проблем, я напишу дарственные на эти украшения. Стани, принеси бумаги и чернил.

Служанки переглянулись.

— Миледи, мы получаем хорошее жалованье, не стоит опустошать шкатулку ради нас! Мы вам и так верны.

— Я так хочу, — возразила графиня. — Эти украшения — не последние у меня, и всем, что находится в этом ларце, я могу распоряжаться по своему усмотрению. Мне хочется наградить вас и обезопасить от обвинений в воровстве.

Спустя четверть оборота все было завершено, и каждая из служанок сжимала в руках драгоценность и дарственную на него.

— Чтобы не привлекать внимания, рассказывайте все, что узнаете, Розе, — приказала графиня, — а Роза будет передавать это Стани. Постарайтесь показать, что относитесь ко мне равнодушно, чтобы баронессы не стеснялись при вас высказываться. Ну и конечно, старайтесь им угодить. Возможно, гостьи будут придирчивы и капризны, нельзя им перечить.

— Разумеется, миледи, мы хорошо знаем свои обязанности.

— Надеюсь на вас, девушки. Стани, проводи их и пригласи Принию.

Через пару оборотов все было устроено — экономка приставила выбранных графиней служанок к гостьям, по возвращении к Гвинет пожаловавшись, что баронессы капризничают и требуют то того, то другого.

— Ничего, Приния, передайте слугам, пусть потерпят. Даст Единый, барон Делаверт найдет графа, и всё пойдет по-прежнему. А если… то надо помнить — бароны Кроуф здесь не навсегда, вы должны прислуживать им, но не обязаны угождать и терпеть любое обращение.

— Так-то оно, так, миледи, но по закону, опекун становится полновластным хозяином. Он может награждать и наказывать, увольнять и нанимать на службу, — тихо возразила экономка, — нам придется угождать, чтобы не потерять работу.

— В любом случае, я не дам вас в обиду, передай это слугам, — заверила графиня, — здесь целитель из замка императора, он в любой момент может послать вестник Его Величеству или Советнику Его Величества. Кстати, мужчины до сих пор сидят в кабинете? Чем они занимаются столько времени?

Битых три оборота ушло на разговоры.

Сначала советник пытал барона — осознает ли тот, какую важную миссию на него возложили?

— Графство должно процветать, но это не самое главное, — герцог назидательно поднял вверх палец, — самое важное — сохранить ребенка, которого носит Её Сиятельство. Младенец должен благополучно родиться и дожить до завершения вашего опекунства.

— Но, Ваша Светлость! — несмело возразил Кроуф. — Дети часто болеют, могут и умереть. Всё в руках Единого! Как я могу за это отвечать? Вдруг ребенок родится больным или миледи подвернет ногу, у неё случится выкидыш? Знаете, беременность не всегда завершается родами живого младенца.

— В ваших интересах, чтобы с наследником графа ничего плохого не стряслось.

Уверяю вас, если с графиней случится неприятность, которая повлечет за собой гибель плода, вы понесете строгое наказание,