Когда он мрачен - Сюзанна Райт

— Вообще-то, нет, — сказал Винни. — Поэтому помоги нам вычеркнуть тебя из списка подозреваемых и согласись на предложение Бри о помощи.

Келвин нахмурился.

— Она не хочет помогать мне. Никто из вас не хочет. И я не буду врать, мне чёртовски больно, что мои собственные члены прайда — некоторые из которых являются моей семьёй — объявят меня виновным, если не будет доказана невиновность. Должно быть наоборот. Я должен, по крайней мере, получить презумпцию невиновности от людей, которые якобы заботятся обо мне. Господи, это безумие. И знаете что? Идите вы все нахуй.

Винни вздохнул.

— Келвин…

— Нет, если ты хочешь верить, что это сделал я, прекрасно. Свали это на меня. Но просто знай, что ты не тот человек, за которого я тебя принимал. И, очевидно, я не тот человек, за которого вы меня принимали. Потому что любой, кто по-настоящему знает меня, будет чёртовски уверен, что я этого не делал. — Келвин сжал челюсти. — Итак, как я уже говорил, идите на хуй. Вы. Все.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Алекс и Бри вернулись в домик только после 9 вечера. Как только его родители узнали о случившемся, они помчались к Винни, намереваясь проверить, как там Бри. Алекса не удивило, что его мать приготовила ужин для всех — это был её способ заботиться о людях. Хотя он подозревал, что она не будет готовить для Винни.

Тейт забрал Келвина домой за несколько часов до этого. Винни несколько раз расспрашивал его, но история кота так и не изменилась. Он не добавил ничего нового, и он также не согласился позволить Бри помочь ему.

Сидя рядом с Алексом за обеденным столом, Бри почти не разговаривала и часто выглядела погруженной в свои мысли, но никто не обращал на неё внимания. Они дали ей эмоциональное пространство, а также сплотили вокруг неё, напомнив, что она не одинока.

Алекс пытался убедить её остаться в его квартире на ночь, но Бри отказалась, заявив, что никто не выгонит её из собственного дома. И поэтому Алекс, как обычно, останется с ней. Не было ни малейшего шанса, что он оставит её в покое.

Когда они с Алексом подошли к её дому, из тени вышел страж.

— Бри, Алекс. Мне нужно осмотреть дом, прежде чем вы войдёте внутрь — приказ Тейта.

Бри вытащила ключи из кармана куртки и бросила их мужчине, который затем проскользнул внутрь. Буквально через несколько минут он вернулся и убедился, что в доме никого.

— Спасибо, — сказала Бри, забирая ключи у стража. Он кивнул и растворился в тени.

Алекс последовал за ней в дом и закрыл дверь.

— Ты иди наверх. — Потому что она выглядела так, словно готова была упасть. — Я прослежу, чтобы все было заперто.

Он почти ожидал, что она будет спорить. Вместо этого она просто поплелась вверх по лестнице. Это беспокоило его, но также демонстрировало доверие, которое согревало его. Для такой женщины, как Бри, было немаловажно верить, что другой человек обеспечит безопасность её территории.

Он обошёл дом, проверяя, заперты ли окна и двери. Ожерелья были убраны с кухонного стола, как и уверял его Винни.

Алекс вошёл в её спальню и нахмурился, увидев, что она сидит на краю кровати, уставившись в пространство. Он присел между её раздвинутых бёдер и потёр икры.

— Вернись ко мне.

— Я здесь. — Это был тихий шёпот.

— Нет, это не так. Ты за миллион миль отсюда. Я знаю, это легче сказать, чем сделать, но засунь все дерьмо, которое происходит, на задворки своего сознания, или ты никогда не уснёшь. — Он коснулся губами её губ. — Вернись ко мне.

Она закрыла глаза и глубоко вздохнула. Когда она открыла их, оцепенелый взгляд исчез из её глаз.

— Это моя девочка. — Решив отвлечь её и заставить забыть обо всем хоть ненадолго, он встал на колени и расстегнул верхнюю пуговицу её блузки. — Я хотел сделать это с тех пор, как ты застегнула их сегодня утром.

Её желудок сжался, Бри наблюдала, как он расстегнул следующую кнопку. И следующую. И следующую, его пристальный взгляд был сосредоточен на каждом кусочке обнажённой кожи.

В его поведении не было настойчивости. Не было ощущения, что его контроль ослабевает. Он явно не собирался торопить события. И она знала, что сегодня вечером всё будет медленно и нежно. Знала, что он, вероятно, думал, что это будет лучшим способом помочь ей успокоиться. Но он ошибался. Она хотела быстро, жёстко и грубовато. Однако она не стала озвучивать это вслух, потому что тогда он вряд ли дал бы ей это, дразнящий ублюдок.

Он стянул блузку с её плеч и спустил по рукам, а затем запечатлел поцелуй на отметине, которую оставил на её плече.

— Мне нравится видеть на тебе мои метки. — Он провёл кончиками пальцев по дорожке веснушек на её груди. — Когда я впервые увидел эти веснушки, мне стало интересно, насколько глубоко они простираются. — Уткнувшись носом в её шею, он расстегнул переднюю застёжку её лифчика. — Похоже, что кто-то посыпал твою грудь корицей. Я люблю корицу. — Он сдвинул чашечки бюстгальтера в сторону и взял её грудь в ладони. — Это мне нравятся больше.

Она выгнулась в его руках и прерывисто вздохнула.

— Поцелуй меня.

Вместо этого он провёл кончиком языка по её нижней губе.

— У меня никогда не было рта, который был бы таким сладким на вкус. — Он как следует, сжал её грудь, вызвав у неё стон. — Твоё тело… теперь ещё слаще на вкус. Я чувствую, как она становится влажной для меня.

— Алекс…

Её губы приоткрылись, когда он ущипнул её за сосок, а затем его язык смело погрузился в её рот. Он поцеловал её. Поцеловал её так сильно и глубоко, что у неё перехватило дыхание, помутились мысли и её либидо взбесилось.

Её самообладание просто улетучилось. Она обхватила его голову и поцеловала в ответ. Каждое откровенное движение его языка затягивало её все глубже и глубже в область чистых удовольствий.

Он промурлыкал, прерывая поцелуй, слегка прикусив её губу.

— Я бы узнал этот вкус где угодно.

Он наклонился и втянул один сосок в рот. Он сильно пососал. Она сжалась, чувствуя себя слишком пустой; слишком горячей и нуждающейся.

Она застонала и выгнулась навстречу ему, когда он уделил внимание её груди. Его язык лизал и щелкал. Его зубы царапали и покусывали. Его руки гладили и сжимали. Она чувствовала каждое прикосновение глубоко в своей душе.

Влажный жар разлился