Когда он мрачен - Сюзанна Райт

из её ноющей киски. Её тело отчаянно желало его. Отчаянно желало чистого блаженства, которое, как оно знало, он мог доставить. Ожидание было, честно говоря, болезненным.

Он положил руку ей на живот и мягко надавил.

— Ложись на спину.

В этом приказе было столько доминирования, что её сердцевина слегка задрожала. Отбросив в сторону лифчик и блузку, Бри сделала, как он просил. Все ещё стоя на коленях, он снял с неё туфли, а затем стянул брюки и трусики.

Его тёплые большие пальцы раздвинули её складочки, и прохладный воздух затрепетал над её плотью.

— Уже скользкая. — Схватив её за бедра, он приблизил её киску к своему лицу и глубоко погрузил язык.

Бри сжала в кулаке простыни, пока этот умелый язык кружил и двигался — сначала медленно, потом быстрее. Время от времени он останавливался, чтобы полизать её расщелину или пососать клитор, но потом снова погружал язык в её сердцевину.

Удовольствие внутри неё нарастало, пока её бедра не начали дрожать, а сердцевина не напряглась. Чувствуя, как к ней приближается оргазм, она втянула воздух.

— О Боже. — Она дёрнулась. Выгнулась. Застонала. Затряслась. А потом она кончила.

Тяжело дыша, она растеклась по матрасу, превратившись в лужицу тёплой слизи.

Встав в ногах кровати, он облизал губы.

— Люблю смотреть, как ты кончаешь. Нужно записать это, чтобы я мог видеть, когда захочу.

Как будто она когда-либо позволила бы этому случиться. Он стянул футболку, и, чёрт возьми, у неё чуть не потекли слюнки. Столько гладких, натянутых мышц. Так много крутых татуировок. И, Господи, эти мышцы пресса были просто гребанём совершенством.

Он провёл кончиками пальцев по её коже, как будто заново узнавал еë с каждой линией, углублением и изгибом. Её нервные окончания были настолько невероятно сверхчувствительны, что каждое прикосновение, казалось, обжигало её плоть. Она буквально дрожала от сокрушительной, неумолимой потребности ощутить, как он проникает глубоко в неё.

— Алекс, сейчас.

Алекс, возможно, разозлился бы на этот приказ, если бы он не прозвучал скорее как просьба. Он хотел её такой. Хотел, чтобы она была отчаянной, обезумевшей и настолько погрузилась в ощущения, что её разум был свободен от забот и вопросов.

Он сделал мысленный снимок её, лежащей там, с волосами, разметавшимися вокруг головы, с напряжёнными сосками, мокрой киской, раскрасневшейся кожей. Красивая. Он страстно желал её весь день. Страстно желал ощутить прикосновение её кожи, горячее сжатие её внутренних мышц и, чёрт возьми, ощутить её вкус… ничто другое не могло сравниться с этим.

Он расстегнул ширинку и спустил джинсы. Его живот сжался, когда её ошеломлённый взгляд остановился на его члене. Он сжал кулаки и лениво начал двигать ими, дразня их обоих.

— Сейчас я собираюсь тебя трахнуть. Выбирай, в какой позе. Делай это быстро.

На мгновение она замерла. Затем, плавно, как кошка, она перекатилась на живот и встала на четвереньки.

Алекс промычал.

— Хороший выбор.

Он опустился на колени позади неё на матрас и провёл руками по её спине. Она выгнулась навстречу ему, как котёнок, но стон, вырвавшийся у неё, был чисто женским требованием, в котором слышалось нетерпение.

Он схватил её за волосы.

— Ты изголодалась по моему члену?

— Да, — выдавила она из себя.

— Тогда ты его получишь.

Бри поморщилась от лёгкого укола боли, когда толстая головка его члена вошла в неё.

— Не медли, Алекс, я…

Рука, державшая её за волосы, откинула её голову назад, когда он вошёл в неё с такой шокирующей силой, что она выругалась.

— Это то, чего ты хочешь, не так ли? — он откинулся назад, медленно и плавно. Затем он грубо вошёл глубоко, погружаясь в неё по самое основание.

— Да. — Чувствуя себя невыносимо наполненной, пока его длинный толстый член пульсировал у её внутренних стенок, Бри закрыла глаза. — Трахни меня. — Вместо этого он отпустил её волосы и надавил на верхнюю часть спины. Она опустилась на локти и положила одну сторону лица на матрас.

Он одобрительно хмыкнул и сжал её плечи.

— Такая хорошая девочка.

Бри собиралась твёрдо заявить, что она далека от этого, но затем он начал жестоко вколачиваться в её киску, входя так глубоко, что причинял невыносимую боль. Она откидывала бедра назад, встречая каждый толчок, наслаждаясь ощущением его члена, пронизывающего её снова и снова.

Комната наполнилась стонами, рычанием, ворчанием и звуком шлепков плоти о влажную плоть. Она была настолько сверхчувствительной, что уже чувствовала, как к ней медленно подкрадывается оргазм. Малейшее прикосновение к её клитору привело бы её к оргазму.

— Люблю быть в тебе. — Алекс стиснул зубы, когда её внутренние мышцы напряглись, и ещё больше жидкого тепла залило его член. Ему нравилось смотреть, как он погружается в неё. Ему понравился вид идеальной маленькой попки — попки, которая принадлежала ему так же, как он владел каждым другим восхитительным дюймом её тела.

Он зарычал, когда Бри напряглась и сжалась вокруг него.

— Ты близко, не так ли? Хорошо. Я хочу, чтобы ты сильно кончила для меня. — Он обвил одной рукой её тело и нашёл клитор. Она обезумела под ним. Её лоно становилось всё туже, и туже, и туже.

Он вонзил зубы ей в плечо. Она чёртовски быстро взорвалась, а также кричала, брыкалась, царапала простыни. Рыча, Алекс вонзился в неё сильнее, когда её тело сжало его, как в тисках, и подмяла под себя. Раскалённое добела наслаждение пронзило его, быстрое и яростное, заставив ослепнуть глаза. Он взорвался внутри неё, его член трепетал и пульсировал.

На несколько мгновений он рухнул на неё, совершенно пресыщенный. Удовлетворённый. Ему не хотелось покидать её тело, тем не менее, он осторожно вышел из неё и плюхнулся на спину. Во рту у него пересохло, как в пустыне, он лежал там, его грудь вздымалась при каждом прерывистом вдохе. Она лежала на животе рядом с ним, её глаза были закрыты, её тело содрогалось от небольших толчков.

— Ты в порядке? — спросил он. — Я был довольно груб.

— Если бы это было слишком, я бы так и сказала. — Её веки приподнялись, открывая сонные глаза. — Спасибо. За то, что помог мне, когда я чуть не свихнулась от шока.

— Ты бы этого не сделала. Ты всегда держишь себя в руках. Я восхищаюсь этим. Многие люди заплакали бы или пришли в ярость, но ты этого не сделала. Точно так же, как ты не злишься из-за того, какой сукой обошлась с тобой судьба, связав тебя в пару с Пакстоном.

— Мой отец ежедневно вдалбливал мне, что найти свою истинную пару — это ещё не