Притворись моей - Эмилия Грин

потную. Подо мной. Затискаю же, Машка? За... — Левицкий пошло присасался к моей нижней губке, — Затрахаю... — он шумно выдыхнул, облизывая верхнюю губу.

Издав горловой стон, я послушно позволила мужчине переключиться с моего рта на шею: порочные губы мягко проехались по ней, заставляя каждую клеточку неискушенного тела трепетать.

— Паш…

— М? — упираясь мне в висок губами.

— Я должна ехать… Алина Воронова ждет меня на примерку…

— Примерку? — Паша приподнял густую темную бровь.

— Ну, свадебного платья… — смущенно пояснила я, отводя взгляд.

Несмотря на изменившийся статус наших отношений, свадьба, как ни крути, продолжала оставаться фиктивной…

Немного помолчав, он сказал.

— Я тебя подвезу, а потом придумаем, чем заняться? Идет?

Придумает он… Я кашлянула.

— Вообще-то, мне сподручнее на такси…

И безопаснее.

— К тому же, тебе не стоит отменять встречу с Хлебниковым! — озвучив свой последний аргумент, я схватила сумку, поспешив к двери.

Молниеносно оказавшись за моей спиной, босс дернул меня за локоть, разворачивая к себе лицом, — Маш, — выдохнул он недовольно. — Ну, в чем дело? — дотронулся большим и указательным пальцами до моего подбородка. — Я же сказал, отвезу! На худой конец пойдем в кино...

Выражение его лица будто бы кричало: «Не спорь со мной», и я не стала искушать судьбу, спустя несколько минут оказавшись на пассажирском сидении Пашиного внедорожника.

Большая часть поездки до шоурума Вороновой прошла в не самой комфортной тишине, потому что мою кожу уже привычно жгло от чересчур въедливого мужского взгляда, а от осознания, что на нем та самая футболка… было еще труднее поддерживать внятный диалог.

— Часа вам ведь хватит? — поинтересовался водитель, загоняя автомобиль в карман рядом с магазином.

— Думаю, да…

— Передавай дикарке Алине привет, — подмигнув, Паша помог мне спрыгнуть с подножки авто, в очередной раз обездвиживая своими загребущими ручищами. — Заберу тебя и пообщаемся! У меня есть еще один подарок… Полагаю, ты оценишь, — вернувшись за руль, Левицкий лихо сорвал автомобиль с места.

Я сделала глубокий вдох, настраиваясь на самую непростую часть нашего свадебного фарса — выбор подвенечного наряда! Еще и в салоне жены его товарища…

Однако, вопреки моим тревогам, все прошло на удивление легко, потому что голубоглазая красавица Алина Воронова оказалась настоящей волшебницей — легкая позитивная энергетика этой девушки просто сшибала с ног, отправляя в нокаут.

Несмотря на то, что мы были примерно одного возраста, мне еще не приходилось общаться с такими харизматичными, мудрыми и продвинутыми ровесницами.

Ну, а от красоты платьев, которые Воронова отобрала мне для примерки, захватывало дух. Примерив четыре наряда, наше мнение внезапно совпало.

— По-моему, это оно! То самое! — хозяйка шоурума улыбнулась, расправляя на мне подол невесомой длиной юбки прямого белоснежного платья с кружевным корсетным верхом.

Я тихонько ахнула, мечтательно представляя реакцию Паши, в момент, когда он увидит меня в нем. Глупо? Глупо! Но я ничего не могла с собой поделать, сглатывая подступающий к горлу ком.

— Маш, ты такая красотка! — Алина со знанием дела фотографировала меня на телефон.

Пританцовывая на месте, я любовалась своим отражением, упиваясь абсолютно новым для меня ощущением собственной привлекательности.

Да, в этом платье я чувствовала себя такой…

Непривычно красивой, яркой, нежной, будто распустившийся под лучами летнего солнца цветок. И от водоворота этих неизведанных эмоций на глаза наворачивались слезы.

— Ты чего? — приобняла меня Алина. — Радоваться же надо… Такое счастливое событие… — девушка вдруг осеклась.

До меня дошло, что Воронова, должно быть, знает всю подноготную так называемой «свадьбы». Да, Паша ведь говорил, что все его друзья в курсе нашей фикции.

— У нас с ним… все сложно… — вздохнула я, избегая ее пристального взгляда.

— Но тебе ведь он нравится? — тихо предположила Алина, вынудив меня снова посмотреть ей в глаза.

— Нравится, — гулко отозвалась я, с несвойственной для меня откровенностью.

— А судя по засосам у тебя на шее, ты ему тоже очень даже нравишься, — дерзко улыбаясь, резюмировала Воронова.

— Ой… — смутившись, я прижала ладонь к травмированному участку кожи.

— Со стороны все выглядит более чем серьезно, Маш, — добавила она. — Мой тебе совет — постарайся копнуть поглубже — увидеть то, что скрывается под маской придурковатого пошляка. Несмотря на все Пашкины закидоны, мне кажется, он, как никто другой, нуждается в заботе и любви, и уж точно созрел для настоящей семьи.

— Ты, правда, так считаешь?

— О да! А еще, я думаю, ты — та самая девушка, способная подарить ему все это. Помнишь, как у Шекспира? «Он скоро будет сам, влюбленный, гнаться по твоим следам», — тепло улыбаясь, продекламировала Алина.

— Знала бы ты, как я этого хочу, Алин… — мечтательно вздохнула я, услышав хлопок стеклянной двери шоурума.

— Маш, я звонил-звонил…

Повернувшись, я увидела Пашу, а он увидел меня…

Немая сцена, как в каком-нибудь турецком сериале.

Паша застыл. Я заметила, как напрягся его мужественный профиль. На загорелых заросших щеках натянулись желваки. Он смотрел…

Он так въедливо на меня смотрел, будто ест глазами. И не только ест… От этого взгляда дикого ноги практически перестали меня держать. Облокотившись о колонну, от волнения я стиснула невесомую ткань подола в кулак.

— Паш, ты лучше иди… Плохая примета видеть платье невесты до свадьбы, — где-то фоном прозвучал голос Вороновой.

Глава 34

— Плохая примета? Я в них не верю… — отозвался Левицкий глухо. — Хочешь, вернусь к вам с пустым ведром и черной кошкой на поводке? Обещаю, ничего страшного не случится.

Алина обреченно усмехнулась, а Паша так и не сдвинулся с места.

Какое-то время мы просто смотрели друг на друга, и все вокруг будто померкло. Остался лишь уже знакомый одержимый блеск в его серых глазах.

Мой взгляд опустился на чувственные мужские губы. Его улыбка была дерзкой, но такой неожиданно счастливой и искренней, что в горле пересохло, а в желудке образовался узел.

Эх, Паша-Паша, почему ты так убийственно на меня влияешь?

— Паш, мы с твоей красавицей-невестой еще не закончили… — нас отвлекло покашливание Алины.

— Гонишь меня? А вот я возьму и вернусь с целой стаей черных кошек, — хрипло усмехнулся мой фиктивный-не фиктивный жених.

Я провела кончиками пальцев по пылающим щекам, стараясь сдержать глупый смешок.

— Иди уже, шутник! — Воронова картинным жестом ладони указала Паше на дверь.

— Иду-иду… — закусив губу, Левицкий вновь обвел мое тело жадным взглядом.

Казалось, он в мельчайших деталях старался запомнить мой образ в свадебном наряде. Наконец, Паша развернулся, зашагал к двери, бесшумно закрывая её.

— Фиктивные отношения, говоришь? — прошептала Алина, тряхнув гривой золотистых волос после того, как незваный гость окончательно скрылся из виду. — Да он тебя тут чуть… — она замолчала, явно подбирая