Возлюбленная берсерка - Любовь Оболенская

— А ты, смотрю, неплохо разбираешься в доспехах, — с уважением в голосе произнес Рагнар. — Сам я никогда шлемом не пользуюсь — не люблю, чтоб во время боя мне давил на голову железный колпак.

— Ну и нечего мне предлагать то, что сам не любишь, — улыбнулась я. — В свое время шлем не спас меня от удара, который...

Я осеклась, ибо дальше следовал рассказ о девушке из совсем другой эпохи, получившей подлый удар по голове на турнире. Не факт, что даже родной муж поймет, о чем я говорю — и вряд ли поверит такому рассказу...

— В общем, неважно, — проговорила я. — Пойдем, скоро всё начнется.

— Да, пора, — кивнул Рагнар — и внезапно крепко обнял меня.

Я тоже прильнула к мужу — но почувствовала лишь холод металлических доспехов, в которые мы оба были облачены. Наши губы слились в коротком поцелуе, после чего я отстранилась и тихонько сказала:

— Мы обязательно продолжим, но позже, когда нас не будут разделять стальные нагрудники.

— Конечно, — улыбнулся мой муж. — Я не намерен останавливаться на одном ребенке, и хочу, чтобы у нас была еще и девочка, похожая на тебя. Такая же смелая, мудрая и красивая. Или даже две маленькие валькирии...

— Всё это у нас обязательно будет, — улыбнулась я в ответ. — Но для начала нам нужно очистить наш фьорд от грязи, которую принесли в него морские волны.

...Когда мы взошли на стену, все наши воины были уже готовы к бою — в доспехах и при оружии. Но для битвы с примерно тысячной армией данов нас было всё-таки маловато...

— Вестники, что были посланы в Эресунн и Малый Бельт, не вернулись? — поинтересовалась я.

Стоявший рядом Рауд покачал головой.

— Пока нет.

— Ясно, — вздохнула я...

— Это и не удивительно, — криво усмехнулся рыжебородый викинг. — Думаю, они втайне надеются, что мы с данами поубиваем друг друга, после чего им достанутся Каттегат со Скагерраком.

На это я не нашлась что ответить. Возможно, мой собеседник был и прав, но мне всё-таки хотелось думать о людях лучше, чем подсказывали Рауд, логика и здравый смысл... Я не питала особых надежд на помощь городов, которые обложила данью, но в душе поклялась, что если мы выживем сегодня, а помощь не придет, то жители Эресунна и Малого Бельта горько пожалеют о том, что не исполнили своих обещаний...

Драккары данов между тем приблизились к Зубу нарвала и принялись осторожно выстраиваться в полукруг, охватывая полукольцом остров с построенной на нем крепостью. Если вражеские корабли атакуют одновременно, то такого штурма не выдержит ни одно укрепление...

— Пора, — проговорила я. — Всем командам занять свои места на драккарах!

— Может, всё-таки я пойду? — проговорил Рагнар.

— Мы это уже обсудили с тобой ранее, любимый, — тихо проговорила я. — Если погибнут оба вождя, Каттегат точно не устоит. К тому же ты ничего не понимаешь в том, что я напридумывала.

— Это так, — помрачнел лицом мой муж.

— Если я погибну, просто воспитай Фридлейва таким же великим воином, как ты, — попросила я. — Ты сможешь, я знаю.

— Обещаю тебе это, любимая, — произнес Рагнар, глаза которого странно заблестели. И если б я не знала, что викинги никогда не плачут, то могла бы подумать, будто в глазах моего мужа прозрачными льдинками застыли слезы...

Глава 49

На свои драккары я посадила самых сильных воинов — в том числе потому, что дневной бриз, дующий с моря на берег, в нашем случае исключал применение парусов, и полагаться приходилось только на весла...

Тем временем даны начали приближаться к Зубу нарвала, явно намереваясь атаковать форт, высадившись на пологий берег одновременно с пятнадцати драккаров — но тут кто-то из незваных гостей увидел нашу маленькую эскадру, и затрубил в медный рог, привлекая внимание остальных к забавному зрелищу. Наверняка сейчас даны решили, что мы сошли с ума и решили самоубиться об их корабли — слишком уж неравными были силы...

Разумеется, захватчики немедленно решили изменить план атаки: сначала разделаться с нашими драккарами, потом с фортом, ну а после уже взять Каттегат, в котором воинов останется всего ничего...

Что и говорить, план был хорош!

Правда, даны не учли, что с прибрежных скал в океан уже начала течь теплая талая вода, формируя довольно сильные ручьи, которые, журча, бежали по глубоким руслам. Много столетий снег, растаявший под весенним солнцем, стекал в море одним и тем же маршрутом, формируя в фьорде мощные скрытые течения, вызванные смешиванием теплой пресной и холодной соленой воды. О чем мне и рассказал мудрый Фроуд незадолго перед своей смертью, и даже нарисовал на листе дорогого пергамента карту этих течений...

И сейчас наши четыре драккара, которые до этого плыли навстречу флоту данов, внезапно резко повернули вправо, что со стороны выглядело, будто мы испугались, передумали атаковать, и собираемся разворачиваться, чтобы вернуться в Каттегат...

Звуки по воде разносятся прекрасно, и до нас донеслись вопли данов:

— Эй, трусливые зайцы, куда собрались? Никак испугались наших мечей? Вернитесь и сразитесь как мужчины! Или вы слишком размякли, сидя под подолом вашей королевы?

— Клянусь бородой О̀дина, я вобью эти слова в глотку каждому шутнику по отдельности! — скрипнул зубами Рауд.

— Всему свое время, друг мой, — усмехнулась я. — Главное, чтобы они клюнули на нашу наживку.

В какой-то момент мне показалось, что даны откажутся от погони — но я ошиблась! Слишком уж лакомой была добыча, тем более, что корабли захватчиков с парусами, наполненными ветром, чуть ли не вдвое превосходили нас в скорости...

Драккары данов, словно гончие псы, ринулись за нами, теряя строй и мешая друг другу. Правда, у кого-то из мореходов быстро включился мозг, и он несколько раз дунул в рог, отдавая команду вытянуться в линию, чтобы поймать нас словно в капкан...

И это он, конечно, сделал зря.

В результате этого маневра три крайних драккара внезапно словно подхватила невидимая рука — и потащила прямо на Зуб нарвала! Не помогли ни лихорадочная работа с парусами, ни весла, на которые изо всех сил налегали гребцы... Весеннее течение, неумолимое, словно рука судьбы, несло корабли на остров, с одной стороны которого из воды торчали острые камни, похожие на наконечники копий...

Треск ломаемого дерева и крики людей, попадавших в воду, донеслись даже до нас, хотя расстояние было довольно значительным. Тем не менее, нам было видно, как волны перемалывают три корабля об каменные