Возлюбленная берсерка - Любовь Оболенская

— Не убивайте нас! Пощадите! Просим милости! Не надо нас жечь!

Благодаря Кемпу, я неплохо освоила этот язык, который изучала чисто из любопытства и для расширения кругозора. Кто же мог подумать, что он мне когда-нибудь пригодится?

— Если вы сдадитесь, спустите паруса и поднимите руки, то останетесь в живых! — прокричала я, не очень надеясь, что меня поймут.

Поняли.

И всё выполнили в точности.

— Отличная речь, дроттнинг! — улыбнулся Кемп. — Из тебя вышла прекрасная ученица.

— Всё твоя наука, — усмехнулась я в ответ. — Только не могу взять в толк, какого йотуна саксы делают на драккарах?

— Подозреваю, что это наемники, — нахмурился Рауд. — Похоже, новая королева данов собрала всякий сброд из тех, кто готов перерезать глотку любому за медную монету. И таким образом решила прощупать Каттегат. Получится захватить — замечательно. Нет — кто-то да вернется и расскажет, как тут у нас и что. Из всех кораблей я насчитал лишь четыре датских, на которых плыли даны. Остальные были забиты вот этими крысами, лопочущими на непонятном языке.

— Разведка боем, — задумчиво произнесла я. — Потому на носу остальных кораблей и не было драконьих голов — это привилегия викингов, а не наемников.

— У них на носах установлены изображения так называемого английского топора, который используется и в Англии, и в Дании, — произнес Кемп.

— Вот как... — задумчиво произнесла я. — Интересно... Но с этим мы разберемся позже. Что ж, ладно. Берем эти посудины на буксир и плывем в Каттегат, праздновать победу и считать трофеи. Бой окончен.

— Да, бой окончен, — кивнул Рауд. — Но, боюсь, что война только начинается...

...Жители Каттегата встретили нас приветственными криками. Оно и понятно: в этой битве мы потеряли только два корабля и несколько человек, разбив при этом многократно превосходящую нас флотилию, и захватив пять драккаров!

Правда, корабли оказались так себе. Когда закончился однодневный пир по поводу нашей победы, опытный Тормод осмотрел трофейные драккары и покачал головой:

— Сделаны наспех, только пару раз море переплыть между Данией и Норвегией. Дерево сырое, всё в сучка̀х, паруса из самой дешевой материи...

— В общем, одноразовые корыта, — задумчиво произнесла я.

— Ну, возле берега рыбу ловить сойдут, но идти в серьезный поход на таких кораблях это самоубийство.

— Понятно, — кивнула я. — Спасибо, Тормод. А что с другими трофеями?

Пока все отмечали победу, старик успел за короткое время провести ревизию, всё общупать, посчитать, и записать на восковых табличках, запакованных в деревянную опалубку — моя подсказка, зря я что ли историю в школе преподавала? Викинги в основном писали рунами на твердых материалах, таких как дерево, кость, камень, и даже металл. Но для быстрых записей римско-греческий метод был, конечно, удобнее.

— Хлама много, — произнес старик, почесав переносицу плоским концом стилуса — приспособления для письма на воске, вырезанного из кости. — У наемников доспехи из сырого железа, оружие тоже так себе, только на переплавку сгодится. А вот то, что было на данах, сто̀ит внимания. Две дюжины неплохих кольчуг-хаубергов, десяток отличных мечей, полторы дюжины целых шлемов и втрое больше разбитых, либо мятых...

— В общем, с трофеями у нас неважно, — подытожила я.

— Не сказал бы, — хмыкнул Тормод. — На драккаре с драконьей головой я нашел отлично спрятанный под палубой сундук, набитый сарацинскими золотыми динарами. Всего пятьсот четырнадцать штук. Думаю, даны берегли их для оплаты наемникам.

Я имела довольно слабое представление о покупательной способности золотых монет в девятом веке, помнила только, что европейские страны их еще практически не выпускали...

— И что мы можем купить на эти деньги? — поинтересовалась я.

— Не знаю, — покачал головой старик. — Я впервые в жизни вижу столько золота. Но, думаю, что это очень хорошая добыча, которая точно пригодится для укрепления мощи нашей армии.

— Спасибо тебе огромное, Тормод, — улыбнулась я. — Даже не знаю, что бы я без тебя делала. Пока никому не говори об этом сундуке, пусть это будет нашим секретом.

— Конечно, дроттнинг, — кивнул старик. — Кстати, помимо него ты взяла в этой битве и другие неплохие трофеи. Теперь у нас есть целая небольшая армия рабов-трэллей. Правда, говорят они на непонятном наречии, но вы с Кемпом вроде умеете с ними общаться.

— Не со всеми, — покачала я головой. — Примерно половина из них франки. С ними Кемп как-то изъясняется, но тоже понимает лишь треть из того, что они говорят.

— То есть, королева данов наняла воинов и в земле англов, и в королевстве франков, — задумчиво произнес Тормод. — А это значит, что она налаживает связи с тамошними правителями.

— И если они объединятся, то Хель при поддержке наемников легко захватит всю Скандинавию, — произнес Рагнар, который до этого сидел за столом и только слушал. — У нас просто не будет столько воинов, чтобы защитить нашу землю...

Мы разговаривали в том самом доме, который выбрали с Рагнаром в качестве своей резиденции. Хлопнула дверь, и в помещение ввалились хёвдинги Эрессуна и Малого Бельта.

— О чем беседуете без нас? — в один голос осведомились оба здоровяка. После чего хёвдинг Малого Бельта добавил: — Мы спешили на битву, но оказалось, что Лагерта и без нас прекрасно справилась.

— Ага, — хмыкнула я. — Только сдается мне, вы не очень торопились.

— Весна, дроттнинг, — развел руками хёвдинг Эрессуна. — Дороги растаяли, наши лыжи завязли в грязи. Но, клянусь О̀дином, мы спешили как могли чтобы выполнить свое обещание.

Хотела я, конечно, сказать, что думаю о таких союзниках, но сдержалась. Иначе ляпну сгоряча то, что накипело — и этих не будет.

— Ладно, садитесь за стол, хёвдинги, — проговорила я. — Будем совместно решать, что делать дальше.

Глава 52

Совещание затянулось до глубокой ночи — и, как это часто было и в мое время, к единому решению мы не пришли. Хёвдинги Эрессуна и Малого Бельта пытались пропихнуть повестку, что нужно сообща укреплять все поселения, и, разумеется, их — в первую очередь. Понять вождей было можно, каждый из них прежде всего болел за свой дом, но при этом делал вид, будто не понимает, что случись настоящая война с данами, первым под удар попадет именно Каттегат, как это случилось только что...

— Ладно, хёвдинги, поздно уже, — произнесла я. — Пора ложиться спать, а завтра как следует допросим пленных, может после этого еще какие идеи появятся.

— А что насчет дележа добычи? — аккуратно поинтересовался хёвдинг Малого Бельта. — Мы же вот пришли, время и силы потратили. Кто ж знал, что по воле О̀дина битва