Врачеватель Его Высочества - Юлия Эллисон

— Надеюсь, от шва ты в обморок падать не собираешься? — уточнила скептически, затем стала методично срезать фиксирующие бинты. Хм… а что, если сделать эту конструкцию съемной? То есть зафиксировать гипс вокруг кости, но оставить пространство для снятия, а бинты наматывать вокруг всей площади немаленького крыла. Не экономно, но мне обещали дубликат всех нужных вещей, так что экономия отпадала.

Берт снова смутился, но все же внимательно смотрел, что я делаю. Показательно, но Даниэль предпочел отойти на пару шагов от кровати, однако досыпать к себе не пошел, оставшись со мной.

— Ну вот… — глянула на слегка воспалившийся разрез. — Хотя я подозревала, что просто не будет. Все же спицы у вас тут не из титана делают, и организм может отторгать инородный предмет.

— Инородный? — слегка испуганно уточнил Авриэль, стараясь лежать ровно, но ему тоже было любопытно, что у него там с крылом. Только вот видно ему ничего не было.

— Да. Мы вставили спицы, чтобы зафиксировать кость. Пришлось удалить весьма существенный участок, где остеосинтез прошел неверно. И видимо, твой организм недоволен данным фактом, но воспаление в пределах нормы. — Я осторожно ощупала участок, не обнаружив там ничего страшного. — Пока что рекомендуется покой и… хм… а вот антибиотиком я бы помазала. Кстати! Я совсем забыла тебе их выписать, слишком устала после операции. Берт, сходи в аптеку снова. Там, где ящик со всякими заживляющими мазями, найди Левомеколь. И ящик с антибиотиками… Хм… Давай начнем с самого простого, Амоксицилина. Не знаю, как ваш вид на них реагирует, так что не будем рисковать. Может быть, этого вполне хватит. И захвати перевязочные материалы, гипс, антисептики…

Интерн вновь умчался, а я тем временем бережно ощупала кость выше и ниже операционной раны. Но все было в норме.

— Как в целом ощущения? — поинтересовалась у пациента.

— Если не считать боли, то нормально. Я думал, будет хуже. — Авриэль устроился на подушке, глядя почему-то не на меня, а на Даниэля за моей спиной, но мне было все равно.

— Как отходняк от наркоза? Голова не болела? Горло прошло?

— Да, все хорошо, — кивнул зеленоглазый, уже зная, что такое наркоз по моим подробным рассказам для того, чтобы они придумали подобное средство.

Вот и ладненько. Значит, средство вполне действенное, можно применять на местных.

— На людях действует также? — уточнила на всякий случай.

— Дозировка ниже ровно в пять раз. А так — да.

Ага, запомнили. В пять раз.

В этот раз Берт управился быстрее, залетая в комнату в рекордные сроки — видимо, запомнил, где и что лежит. Только вот…

— Я… не знаю, что как называется. Фриоль только начал с нами заниматься. Мы пока только алфавит учили.

Вздохнула. Да уж. Что-то я забыла спросонок, что интерны мне достались те еще грамотеи. Но ладно хоть ящики догадался целиком притащить.

Молча достала нужный тюбик мази и коробку с антибиотиками.

— Налей, пожалуйста, стакан воды, — попросила принца, выдавливая на ладонь таблетку. — Держи, — подала зеленоглазому. — Кладёшь в рот, запиваешь большим количеством воды. Утром и вечером, лучше всего после еды.

Дракон молча последовал моим указаниям. Правда, ему было сложно подняться, чтобы попить и одновременно не тревожить крыло, но он старался.

— Так, а теперь мазь. Местный антибиотик, — показала упаковку Берту, — подходит при легких ожогах, послеоперационном периоде. Смотри, берешь примерно вот столько, осторожно втираешь… — показала, как следует наносить мазь. — Далее накладываешь стерильную повязку. — Распечатала свежий бинт, сворачивая его в несколько слоев и накладывая на крыло. После этого фиксатор.

Хм… а что если просто проложить по обе стороны от костидве фиксирующие палки, сделав его недвижимым? Гипс, конечно, был бы надежнее, но посреди ночи пачкаться… Да и утром надо повторить с мазью. Так что можно взять за временный вариант.

— Есть какие-то две ровные палки?

Даниэль подорвался и невозмутимо отломал у стула две ножки.

Жаль. Стул был красивый, резной. Но у них в этом дворце вообще простых вещей нет. Сделала вид, что так и надо, обматывая палки бинтом и только после этого фиксируя всю эту конструкцию на крыле.

— Вот, — довольно улыбнулась своему нелепому, но творению. — Не шевелить, не дергаться, не трогать! Утром сделаем перевязку. Если все будет хорошо, то… — сама не придумала дальше фразу, а потому отмахнулась. — Все, в общем. Я спать! До утра укол должен еще работать, а потом разберемся. Берт — следить. И не стесняться одергивать пациента! Ты либо будущий врач, либо боязливый вьюноша. И главное — не спать на дежурстве!

Фух. Утром кто разбудит раньше девяти — всех пришибу!

Глава 34

Утро встретило ярким лучом солнца на подушке и вкусными запахами, витающими в воздухе, отчего живот отозвался голодной руладой, а я практически сразу открыла глаза, вопреки своей привычке поваляться подольше с закрытыми, наслаждаясь утром и медленным пробуждением.

— М-м-м, — простонала, садясь на кровати и тут же встречаясь взглядом с серыми радужками дракона, уже сидящего за накрытым столом.

— Наконец-то! — хмыкнул спящий красавец, сегодня выглядя как-то особенно привлекательно. Не знаю в чем дело… то ли прическа другая, то ли я просто выспалась. — Я уж думал, ты будешь до вечера спать — день на дворе!

Тяжело встала, ощущая, как тело отзывается с запозданием. Так всегда бывает, когда спишь слишком много. Странно, чего это я?

— А пусть никто мне не устраивает ночные забеги, — беззлобно проворчала, стаскивая с кровати одеяло и прямо в одеяле садясь за стол. И пусть мне хоть кто-то скажет, что сначала надо умываться, чистить зубы и вообще наводить марафет, а потом показываться пред светлые очи мужчины. Нет уж! Пусть любит такую как есть или не любит совсем. Моложе я уже не стану, лучше и угодливее тоже. Так что придется или нам расстаться, или ему смириться с моими заскоками.

— Кстати, про забеги… — Даниэль улыбался, но на дне его зрачков все еще мелькала капля тревоги. — Я надеюсь, сегодня у меня будет последняя процедура? — уточнил он. — И да, Авриэль вновь чувствует боль. Говорит, что уже не так сильно, но ноет весьма мерзко. Ждет тебя.

Кивнула, показывая, что приняла к сведению, продолжая намазывать себе маслом бутерброд. Если он ожидает, что я брошу все и побегу к пациенту, когда нет ничего срочного, — он обломался. Добрый и сытый врач лечит лучше, чем голодный и злой, так что сначала завтрак — потом дела.

— У тебя последняя, но я бы еще посмотрела твою кровь через пару дней, чтобы удостовериться в