Самозванка в Небесной академии - Арина Теплова

Бетфорд дождался, пока мимо нас пройдут очередные три студента в военной форме спасателей и только тогда сказал:

— Выйдем в сад, быть может? Не хочу, чтобы нас слышали.

— Да, — согласилась я и последовала за ним в ближайшие открытые, распахнутые двери, ведущие на улицу.

Я понимала, что он прав. Все же нас теперь связывала тайна, и знать ее другим пока не стоило. Мы отошли по дорожке к небольшому боскету со скамейкой. Бетфорд, как истинный джентльмен, предложил мне сесть, я быстро плюхнулась на ажурную теплую скамейку, положив свои учебники и тетради рядом.

Он же остался стоять рядом, чуть постукивая кончиком своего начищенного до блеска черного сапога. Как и обычно, он был одет в свои неизменные белые лосины, ботфорты и короткий синий китель с эполетами своего летного полка в прошлом. Единственное, что сегодня у него не было, — его дорогой трости с драгоценными камнями, которая подчеркивала его высокий статус в академии, а не немощь.

— Благодарю за то, что ты держишь слово, Вероника, — после того, как я удивленно выгнула бровь, он объяснил: — Ты разорвала помолвку с Чарлтоном, как мы и договаривались. Я об этом.

— Ааа, — протянула я, совершенно не собираясь открывать ему правду о том, что это было лишь временно.

Он окинул меня каким-то темным, горящим взором и остановил его на моих губах. Отчего-то в этот момент у меня снова возникла мысль, что это условие он поставил для того, чтобы Николя не мешал ему.

— Потому наша сделка в силе. Я уже начал выяснять в Министерстве, как все сделать так, чтобы диплом летчика через полтора месяца получила именно ты, на свое настоящее имя.

— Огромное спасибо, господин Бетфорд.

— Не за что. Услуга за услугу, — он как-то криво улыбнулся. — И могла бы ты называть меня Александр, Вероника? Всё же мы уже давно вышли за рамки общения ректор и студентка.

— Даже не знаю, удобно ли это. Если кто услышит, то подумает, что между нами…

— Наедине, Вероника, — тут же перебил меня Бетфорд. — На людях, как и прежде, зови меня официально. А наедине мне будет приятно слышать от тебя именно моё имя.

Я нахмурилась. Мне это, конечно, не нравилось, и не хотелось мне его звать «Александр», но всё же теперь он относился ко мне по-другому, и ссориться с ним не хотелось. Не убудет с меня, если я назову его по имени. Зато ещё больше расположу к себе этого загадочного и непонятного субъекта. То, что Бетфорд за последние дни стал для меня загадкой, это был факт.

Теперь я не знала и постоянно гадала, когда же Алекс Бетфорд барон Лэнгтон был искренен: когда заваливал меня на стол в своём кабинете, думая, что я Софи, или сейчас, когда вёл себя галантно и очаровательно, явно желая, чтобы я оценила его стать и выдержку. Но, возможно, он мог вести себя и по-другому. Как тогда в лесу, когда мы грохнулись с каретником. Когда принимал быстрые, верные решения и спас нас обоих от неминуемой гибели. А ещё он владел магией, о которой я тоже ничего не знала.

Поэтому последние дни я уже не знала, что и думать об этом странном мужчине, который менял свои повадки и действия как хамелеон. И вполне мог быть как на доброй и Светлой стороне, так и на Тёмной и злой.

Именно поэтому, не понимая всех тайных умений и черт своего оппонента, ссориться и накалять обстановку с Бетфордом я не хотела.

— Хорошо, Александр, — ответила я, своей фразой показывая, что готова называть его по имени.

Он довольно улыбнулся мне такой чарующей улыбкой, что я занервничала. Чувствовала, что он задумал. Как и прежде, пытался соблазнять меня, только уже своими сексуальными, призывными улыбками и жестами с цветами.

Словно прочитал мои мысли, он вдруг спросил:

— Тебе нравятся цветы, что приносят от меня?

Глава 48

— Красивые цветы, спасибо. Но я как раз хотела попросить вас, Александр, больше не присылать мне их.

— Почему? Мне приятно доставить тебе такое удовольствие, Вероника.

Я поджала губы. Как было объяснить ему, что я не жаждала подобных знаков внимания от него? Потому что эти еженедельные букеты заставляли меня чувствовать себя обязанной ему, а точнее — должной. И если он потребует отдать долг, например, свиданием или поцелуем, я этого не смогу сделать, и опять возникнет между нами недовольство. Лучше было сразу пресечь все его романтические поползновения в мою сторону.

— Потому что девочки уже шепчутся, не понимая, от кого это цветы. Ведь помолвка с Николя разорвана, а я не хочу, чтобы сплетни поползли по академии.

— Боишься, что все узнают о твоем тайном воздыхателе? — оскалился он довольно.

И я недовольно зыркнула на него, чувствуя, что он точно был бы рад, если бы все судачили о том, что он, Бэтфорд, оказывает мне знаки внимания. Но я-то совсем не хотела этого. Я хотела спокойно доучиться в академии и все.

— Я просто не люблю, чтобы обо мне вообще ходили сплетни, — сухо ответила я.

— Так и быть, Вероника. Цветов больше не будет, — смилостивился он.

— Благодарю, что поняли меня.

— Понял, Вероника, — поправил меня он властно.

Я кивнула.

— Тогда могу я сделать для тебя что-то ещё? — предложил он вдруг. — По учёбе, например, хотя знаю, что со сдачей зачётов и экзаменов у тебя полный порядок.

— Именно, — улыбнулась я, довольная, что мне даже нечего просить у этого мужчины.

Ведь должной ему я быть совсем не хотела.

— Но есть, наверное, одно, — задумчиво произнёс он, посмотрев на меня внимательно. — Я знаю, что у тебя никак не получается освоить новый самолёт-тренажёр. Видел твои плохие баллы за последние учебные полёты.

Я замерла. Он что следил за каждым моим шагом?

Да, действительно, полёты на тренировочном самолёте шли у меня плохо. Я никак не могла уловить, как с ним обращаться и управлять им. Нервничала и переживала, что сделаю что-то не то, и потому почти все мои учебные полёты в капсуле-симуляторе, стоящей в учебном классе, заканчивались виртуальным падением. Хотя с остальными лётными аппаратами типа каретника, дирижабля и грузового шаттла я прекрасно управлялась.

— Да. Ты прав, Александр. Что-то именно с самолётом у меня не получается.

А ведь это был мой главный летательный аппарат. Именно на самолёте я должна была сдать свой последний лётный экзамен через месяц. И сдать на отлично, чтобы получить диплом лётчицы третьей ступени, управляющей пассажирским малым аппаратом.