Алиса. Не моя сказка - Марина Зимняя

из-за него, — опустив глаза произносит Вероника. — За него я уже расплатилась. А на полировку его тачки, я года через полтора заработаю и то не факт. Вообще-то, я хотела затеряться немного. Может он и не стал бы меня разыскивать…

— Ладно, теряйтесь у меня в квартире пока. Ди ты с нами? — оборачиваюсь в поисках подруги. Диана сидит на лавочке. Идем к ней.

— Какая же ты тварь! Больше никогда ко мне не подходи, сука, — шипит в трубку Диана тяжело дыша. — Чего ты добивалась? Ненавижу тебя, ненавижу… — плачет Диана, запрокидывая голову.

— Дай угадаю? Милана, кому-то растрепала?

— Не кому-то, а Яру! — Ди бросает телефон в сумку.

— Не понимаю. Зачем ей это? — подает голос Вероника.

— Да ей лишь бы напакостить!

— А тебе зачем об этом доложила?

— Предупредила, что случайно сболтнула. Говорит, что думала, что ему уже известно. Поздравить решила! Группа Яра после нас бухучет сдавала, а Милана последней была. Она сдала кстати, на четверку, — смотрит на меня Диана.

Усмехаюсь. Действительно, я здесь самая бестолковая. Даже Миланка сдала.

— Что делать будешь? — с двух сторон присаживаемся к Диане на лавочку.

— Скажу, что она все выдумала, — пожимает плечами.

— Зачем?

— Господи! Алиса! Да он в обморок, наверное, от такой новости грохнулся. Пусть живет себе спокойно. Сам по себе. А я сама по себе буду. Нужно посмотреть билеты. Если что, зачетку мою в деканат сдадите?

— К бабушке поедешь?

— Угу, — шмыгает носом. — Если отец сейчас узнает, скорее всего заставит избавиться. А может скандал устроит. Еще не хватало, чтобы он к Ярославу пошел или еще хуже, к его родителям.

— Ты же не хотела к ней ехать.

— А что, у меня есть варианты? Вещи собраны. На билет денег наскребу.

— Слушай! А хочешь, к моим тебя отправим. Папа за племянниками как раз приехал. Погостишь у нас. Дом большой. Отдохнешь, сменишь обстановку, подумаешь.

— Да ну… Одна? Без тебя?

— Ну и что? Ты же мою маму знаешь. Только маме рассказать придется. Но только ей, не переживай.

28

— Юрка, ты что творишь⁉ Ты не заболел, парень? Аргоном, что ли передышал? — Сан Саныч затягивает меня в раздевалку. — Слушай, ты сегодня столько брака наделал. Наташа уже устала акты выписывать. Сплошные раковины, да поры. Ты что?

— Александр Александрович, можно мне уйти? Мне очень надо.

Саныч смотрит на меня удивленно.

— С девушкой той, что-то не так? Ты же вроде доволен был. Не понравилось ей, что ли? Катерина сказала, что ты сиял вчера, как начищенный самовар, когда машину брал.

— Все понравилось, — стягиваю робу. — Я напишу заявление на отпуск за свой счет. Отпустите?

— Сколько тебе надо?

— Не знаю. Несколько дней. Может неделя… А может завтра на работу выйду, — раздеваюсь, иду в душ.

— Не пиши! Сегодня только прикрыть тебя не получится. ОТК на тебя шесть актов о браке уже накатали. Эх, полетит твоя премия в этом месяце… Дуй на больничный! А то забесплатно работать будешь. Знаешь же, какие тут правила. Голый оклад получишь, без премии.

— Сан Саныч, извини…

— Да ну тебя, — машет рукой.

Капец, мне перед ним стыдно. Подводить кого-то, всегда неприятно. А я его сегодня подвел.

— Юрка! — перекрикивает шум воды. — Ты если совет нужен, обращайся! Не просто же так, ты тут нах… вертил!

— Спасибо, Сан Саныч! Разберусь! Машину возьму? — выглядываю из душа.

— Бери, — снова машет рукой. — Сказал же, пользуйся. Катя не ездит на ней. Два раза в город выезжала. Боится. Только деньги потратил.

Не доработав до конца смены, несусь на проходную. Тороплюсь как ужаленный. Сажусь в машину. Завожу… А куда я, собственно говоря, спешу? Поехать к Алисе? Да я же дичи какой-нибудь сейчас натворю.

Сердце бахает пробивая грудину. «Я замуж выхожу!». Перед глазами ее сообщение. Неспроста она мне это написала. Точно неспроста! А за тем другое, которое она прислала мне сегодня: «Завалила бухучет:(Освобожусь после восьми. Заберёшь меня от сестры?». И адрес написала.

Все нутро разъедает кислотой. А если это его ребенок? Да нет… Не было у них ничего. А если было? А если было, то ничего не получится… Он же сохнет по ней… Разве откажется теперь?

Не знаю от чего меня колбасит больше всего. От того, что у Алисы в принципе был секс. Или от того, что он был у нее с моим братом. То, что у нее теперь будет ребенок, пока не укладывается в моей голове. Готов ли я взять на себя ответственность за ее ребенка? Готов, наверное! Не знаю… Пи… ц! Когда она думает мне рассказать? Станет ли она вообще посвещать меня в свою беременность? Как об этом узнал ее отец? Как мне себя вести? Меня сейчас взорвет от вопросов, на которые я не знаю ответов. Бл… Откидываю спинку сидения. Лежу, смотрю в потолок. В кармане вибрирует телефон.

— Братан, — заплетающимся языком, выдает Ярослав. Капец, три часа дня, а он уже налакался. — Ты на работе, братан? Ай, бл… Я забыл, что ты у нас труженик, — проговаривает слова нараспев.

— Чего тебе?

— А я сижу у тебя во дворе. Думаю, дай зайду к Юрке. Мы ж с ним на днях, так душевно посидели… Звоню, ты не отвечаешь.

— Ты бухой?

— В хламину…

— За рулем?

— Ага.

— Сиди на месте. Не вздумай уезжать. Я сейчас приеду.

Вытаскиваю еле живое тело из машины. Сколько он всосал? Такую тушу еще накачать нужно. Медведь, бл… Тащу к подъезду, потом к лифту. Херового папушу, для своего ребенка ты выбрала, Алиса. Он же не просыхает.

Как? Ну как так? — набатом стучит в висках.

Вот она, золотая молодёжь… Только бухаем, по клубам шляемся, тачки бьём, да телок пялим.

Заваливаю это тело на кровать. Он утыкается мордой в подушку.

— Алисой пахнет… — бормочет, втягивая носом воздух.

Сука… Дергаю его на пол. Он неслабо так, прикладывается головой.

— Ты чего? — приподнимается на локтях.

— Чего нажрался? — придерживаю его за воротник поло, чтобы не долбанулся башкой еще раз.

— Повод у меня есть, братан. Бэйбик у меня скоро будет! — ржёт этот придурок. — Залетела!! Один раз, братан! Один раз без резинки… и упс, — смеется.

Отпускаю футболку. Он снова бьется башкой, кривится.

— Слушай, меня так мутит. Я сейчас…

— Ээээ! Вставай! — волоком тащу его в ванную.

Нахер ты мне сдался, родственничек.

Прямо в шмотках заталкиваю его в душевую кабину. Включаю холодную воду.

— Все! Все! Ты чего? — брыкается это тело.

Придушить его хочется, пальцы аж ломит от непреодолимого желания. Швыряю в него лейку, с грохотом задвигаю дверцу кабины.

Сука!