Личный лекарь вражеского генерала - Настя Ильина

Яркий свет хрустальных канделябров ударил в глаза. Я почувствовала, как внутри нарастает паника — липкая, удушающая. Ладони вспотели, дыхание участилось. Но я твёрдо сказала себе, что не должна показать и намёк на своё волнение. Мне следовало вести себя гордо и достойно, ведь я из империи Цзинь!

— Что с тобой? — испуганно шепнул Линь Янь, пока мы двигались вперёд по длинному коридору, устланному алым ковром.

— Не беспокойся. Всего лишь пожевала одну травку. Со мной всё хорошо.

Я действительно не страдала, но по внешности этого нельзя было сказать. По лицу катились крупные градины пота, кожа приобрела мертвенно-бледный оттенок, а губы пересохли и успели потрескаться. Я чувствовала, как дрожат колени, но упрямо шла вперёд.

— Ваше Величество! — произнёс Линь Янь, складывая руки перед собой и склоняя голову в уважительном жесте.

Так как я не была даже близка к семье короля и не обладала высоким титулом, мне пришлось опуститься на колени. Пол под моими ладонями был холодным и твёрдым, а сердце билось так громко, что, казалось, его стук разносится по всему залу.

— Этот хилый мальчишка и есть твой личный лекарь, брат? — спросил король. В его голосе звучала неприкрытая надменность.

— Всё так. Это Сяо Бао. Он спас жизнь не только мне, Ваше Величество. Однако Сяо Бао едва держался в седле, не спал всю ночь и до сих пор не оправился после полученных ударов по вашему указу. Удивительно, как он до сих пор остаётся в сознании. Позволите ему встать? — в голосе Линь Яня звучала сдержанная, но твёрдая настойчивость.

— Конечно-конечно! Поднимайся, Сяо Бао! — король махнул рукой, и я медленно поднялась, стараясь показать, что нахожусь в плохом состоянии.

Смотреть на короля я не решалась. Взгляд упирался в узорчатый ковёр под ногами, а мысли метались, как птицы в клетке.

— Говоришь, что он получил удары по моему указу? — переспросил король, и в его тоне проскользнуло нечто, напоминающее удивление.

Неужели нас обманули? Но главный евнух вряд ли осмелился бы самостоятельно пойти на такой шаг. Происки дяди короля?

— Всё так, Ваше Величество. Я ваш покорный слуга, но я осмелюсь просить вас больше не наказывать моих людей. С этим я справляюсь сам. Дела в моём военном лагере — моя ответственность, — голос Линь Яня звучал спокойно, но в нём чувствовалась стальная решимость.

— Ладно... Мы поговорим с тобой об этом наедине, брат. Если лекарь отказался отдыхать и рвётся осмотреть моего сына, то не будем задерживаться. Я лично провожу вас в покои наследного принца, — король сделал шаг вперёд, и я невольно вдохнула исходящий от него аромат: шлейф мускусного дерева, смешанного с чем-то цитрусовым.

Краем глаза я посмотрела на него, отмечая молодость мужчины и его поразительную схожесть с Линь Янем. Те же резкие черты лица, тот же гордый изгиб бровей, те же пронзительные глаза, но во взгляде короля не было и тени той теплоты, которую я наблюдала каждый раз, когда любовалась генералом.

В покоях наследного принца царила тягостная, почти осязаемая тишина, нарушаемая лишь едва слышным потрескиванием тлеющих целебных благовоний. Их тонкий, горьковатый аромат витал в воздухе, подчёркивая безмолвную тревогу, окутавшую комнату. Просторное помещение, что должно быть наполнено светом и жизнью, сейчас казалось застывшим в ожидании неизбежного.

Служанки, словно тени, расступились, едва в дверях возник величественный силуэт короля. Их движения были отточены до автоматизма: головы склонились до самой земли, глаза спрятались за опущенными ресницами. В этом жесте читались и почтение, и страх, и молчаливая мольба о пощаде.

У кровати принца, словно неприступная скала, восседал лекарь. Его взгляд, скользнувший по мне, был полон нескрываемого неодобрения: холодный, оценивающий, будто я была не лекарем, а наглым самозванцем, посягнувшим на святое. В этот миг я невольно вспомнила свою первую встречу с лекарем Джао: те же сжатые губы, тот же надменный прищур.

«Одобрение нужно заслужить, доказав свои способности», — вновь пронеслось в голове.

Его Высочество… Ему было не больше двенадцати лет. Хрупкий, почти прозрачный в своём недуге, он лежал под тяжёлыми шёлковыми покрывалами, и в его чертах я неожиданно уловила сходство с Ли Юнем. Сердце сжалось от осознания, что ситуация слишком тяжёлая, практически критичная.

Сделав уверенный шаг вперёд, я приблизилась к кровати. Движения мои были размеренными, но внутри бушевала буря: страх, ответственность, решимость. Присев на пол у изголовья, я осторожно потянулась к руке наследника престола, чтобы прощупать пульс. В этот момент воздух словно сгустился от напряжения.

— Как смеешь ты прикасаться к Его Высочеству без дозволения? — шикнул на меня лекарь.

Я вздрогнула, покосившись на него, но прежде чем успела ответить, раздался голос короля — властный, раскатистый, словно удар военного барабана:

— Оставь! Сяо Бао прибыл по моему приказу. Я лично вызвал его. Отойди! Если вы, бестолковые, не сумели помочь моему сыну, то как смеете останавливать других?

Лекарь отступил, смиренно склонив голову, но в его глазах всё ещё тлел невысказанный протест. А я… Я почувствовала, как по венам разливается странная, почти обжигающая сила. Кончики пальцев потеплели, словно наполняясь невидимой энергией. Пульс мальчика был едва уловим — тонкий, прерывистый, будто нить, готовая вот-вот оборваться. Жизнь покидала его, ускользая сквозь пальцы.

В таком состоянии иглоукалывание было немыслимо, да и напоить отваром его уже не получилось бы. Время таяло, как воск от пламени свечи, и я понимала: если не предпринять что-то прямо сейчас, он не доживёт до часа крысы*. Использовать свою силу было рискованно, но иного выхода не оставалось. Я должна была действовать — осторожно, расчётливо, но без промедления.

Закончив осмотр, я медленно встала и склонилась перед королём, стараясь унять дрожь в голосе:

— Ваше Величество, — произнесла я, и каждое слово давалось с трудом, — жизнь вашего сына под угрозой. Если что-то срочно не предпринять, то он едва ли доживёт до часа крысы.

— Как смеешь! — зашипел лекарь, и его голос эхом отразился от стен.

Среди служанок прокатился возмущённый шёпот, словно стая птиц, встревоженная внезапным шумом. Но я не отвела взгляда от короля.

— Я не могу лгать вам, Ваше Величество. Однако я могу попытаться помочь вашему сыну. Если вы доверитесь мне, то я сделаю всё, чтобы восстановить его энергию ян.

В глазах короля вспыхнула искра надежды, тут же сменившаяся тревогой. Его пальцы сжались в кулаки, а голос дрогнул:

— Делай всё, что потребуется. Не медли!

— Тогда я осмелюсь попросить оставить нас с ним наедине. Я не могу сосредоточиться под наблюдением.

— Немыслимо! Как я могу доверить тебе сына? — в его