Преломление миров - Ксения Кирина

Вита, подхватив рюкзак, вскочила с дивана и бросилась к Аэнгилу. Он уже выхватил книгу и взмахнул рукой, открывая проход в Преломление.

«Цветок» раскрылся заторможенно, клубящийся и серый; бледное кольцо середины светилось еле-еле.

Вита без подсказок схватила мага под руку.

Входная дверь с грохотом распахнулась, в дом ворвались маги… хотя как ворвались — дисциплина у них явно хромала: они ринулись все скопом и тем самым создали в дверном проёме «пробку». Прихожая наполнилась шумом и ругательствами.

Майя испустила пронзительный вопль, и вокруг неё взвихрилась синяя магическая метель. Под потолком пронеслась фиолетовая молния и с шипением ударила в угол.

Что сделали в ответ Мирав и Эилун, Вита уже не увидела: Аэнгил рывком утянул её в холодное Преломление.

Оно снова изменилось: тот жуткий холод смягчился, пространство стало белее и «дробилось», как огранённый кристалл (или сотни огранённых кристаллов), — в «воздухе» зависли тысячи заиндевевших ромбовидных «стёкол». «Небо» же наоборот — почернело. Исчезли тени, взамен появились звуки — шелест, шорох и даже будто бы отдалённый шёпот…

Проход из дома Бринка в Преломление схлопнулся, и одновременно что-то хлёстко стегнуло Виту по спине; девушка пошатнулась, сбившись с шага.

— Держись! — выдохнул Аэнгил.

Вита удивилась, что у него изо рта не идёт пар, и сама сделала выдох, чтобы проверить. Ни облачка.

Маг, обведенный дымчатым контуром зелёного свечения, тем временем не останавливался, увлекая за собой девушку, — шаг. Второй. Третий…

Свист всколыхнул парящие «стёкла», и они качнулись туда-сюда, как маятники, вызывая друг у друга вибрирующий резонанс. Преломление накренилось, хотя поверхность под ногами осталась неподвижной. От несоответствия верха и низа Виту замутило.

Аэнгил споткнулся, и «стёкла» со свистом и скрежетом лопнули. Вита вскинула руку, защищая лицо от летящих осколков.

А затем наступила тьма.

Вита почувствовала, как Аэнгил, продолжая шагать, сделал движение обеими руками, прошелестели страницы. Замерцала зелёная пыльца.

Лепестки Преломления (на этот раз — розоватые) внезапно раскрылись и хищной пастью сцапали путешественников, чтобы почти сразу же «выплюнуть» в новую темноту, душную и липкую. Вита даже подумала, что её и Аэнгила на самом деле проглотила какая-то гигантская тварь, и теперь они у неё во внутренностях…

Аэнгил издал странный кашляющий звук и начал оседать на землю… на то, что было под ногами. Удержать мага в вертикальном положении Вите не хватало сил, и она смогла только усадить его и сесть рядом, подпирая. Заодно ощупала твёрдую поверхность — шероховатые уличные булыжники.

Всё-таки не пищевод.

— Всё нормально, — хрипло прошептал маг. — Отдача… ударила сильнее, чем предполагалось. Пришлось выкручиваться, — последнее слово он добавил совсем тихо и неразборчиво, но явно ругательно.

Постепенно глаза привыкли к темноте — не такой уж и кромешной, словно наступил поздний вечер; вероятно, так и было. Вита различила узкую улицу и двух- и трёхэтажные дома. За чёрные силуэты крыш цеплялось гладкое и безучастное тёмно-серое небо. Фонари на высоких столбах спали.

— Куда это нас занесло? — прошептала Вита.

— Не узнаёшь? — Аэнгил издал тихий смешок. — Мы были здесь не далее как сегодня утром. Занесло и повезло… хотя везение сомнительное.

Преломление привело путешественников прямиком в Ноктур, слившийся с Рефлектом.

Глава 33

Сразу десяток синих и зелёных заклинаний ударили в Мирава — и безвредно рассыпались о барьер, поставленный Эилун: вокруг Видящих рисовался отчётливый контур непроницаемо-чёрного шара.

«Слепой зрачок».

Несколько атак обогнули контур и попытались ударить Видящих в спину, но потерпели такую же неудачу. Мирав, не обращая на них внимания, наматывал свой конец нити связующей на левую ладонь, правой извлёк из ножен меч и держал его перед собой остриём к полу.

Майя почти задыхалась, силясь подняться на ноги, — тело не слушалось, налившись свинцовой тяжестью. Амулет Александра нисколько не защитил магессу от магии его ученика и больше того — подавил силу самой Майи: Аэнгил отмахнулся от самого мощного её обездвиживающего заклятия как от назойливой мухи. А затем скрылся с девчонкой в Преломлении…

Собравшись с силами, отчаянным усилием воли и остатков внутреннего резерва Майя сосредоточилась и отпустила заранее оттянутую «пружину», которую вручил ей Александр.

«У тебя есть всего день, чтобы заготовить это заклинание и напитать его. Используй все запасы энергии, какие найдёшь в доме, если понадобится — разбей пару артефактов. Постарайся попасть в Виту, и желательно — в тот самый момент, когда проход в Преломление будет открыт настежь. Но прежде убедись, что девочка получила мои записи», — напутствовал Александр, протягивая Майе листок с заклинанием.

Энергия при выстраивании символов стягивалась в тугую спираль и при высвобождении обрела невероятную скорость — в воздухе даже росчерка не осталось; Майя только и увидела, что на спине Виты сверкнули серебристые круги, частично доставшиеся рюкзаку, и проход закрылся.

Аристеро болезненно сдавило запястье магессы; она так полностью и не овладела «Левой рукой»…

К сожалению, невозможно было точно узнать, подействовало ли заклинание. Зато магия Аэнгила наконец-то отпустила Майю, но теперь женщина сама не спешила подняться — исполнение просьбы Александра дорого ей обошлось, выпив резерв начисто.

Никчёмная слабачка.

Мирав и Эилун одновременно подняли руки — он левую, она правую — и открыли проход в Преломление. Бледно-зелёный бутон распустился не до конца: края лепестков наткнулись изнутри на кромку «Слепого зрачка» и скрутились; это нисколько не помешало Видящим убраться прочь. За миг до исчезновения Мирав с размаху вогнал меч в пол; клинок вошёл сразу до половины и взорвался зелёной вспышкой. Сморгнув, Майя поняла, что артефакт тоже пропал, будто его и не было — даже следа в полу не осталось.

Крадущие Свет, громко переговариваясь и топоча, разошлись по дому. Один мощным ударом снёс и без того распахнутую дверь в гостиную, вымещая злость, и шагнул в комнату — высокий худощавый мужчина с тронутыми сединой каштановыми волосами.

— Ушли! — выплюнул он. Его вытянутое лицо странно подёргивалось, тёмные глаза налились кровью. Майя его не знала. — Что, Бринк, доволен? Помогла им твоя гадючья зенка!

— Кэйд, успокойся, — бросил Александр, входя следом, и направился к Майе. Она ещё в прошлую встречу заметила, что за месяцы отсутствия он похудел и осунулся, но сейчас тусклость освещения сильнее подчеркнула его усталость. — Всё прошло по плану. Они бы сбежали в любом случае, а сейчас они там, где должны быть.

Кэйд презрительно фыркнул и плюхнулся на диван.

— Годы жизни рядом с Видящими до сей поры дают о себе знать, а, Бринк?