Преломление миров - Ксения Кирина

Подозрительность мага передалась и Вите. Она уже успела уяснить, что Видящие ничего не говорят просто так.

Зачем Мирав затеял разговор на эту тему? То, что знает Эилун, известно и ему, об этом нетрудно догадаться. Он знает «заветные слова» и, по сути, спровоцировал ничего не знающего Аэнгила их произнести.

Не знающего ли?

Если это не так, в Аэнгиле умер величайший актёр.

Глава 31

— Александр пишет всего-навсего о возможности подарить магию? На нескольких листах? — справедливо усомнился Аэнгил.

— Не только. Но я ещё не всё прочитала, — Вита взяла из шкатулки третью, последнюю страничку.

Записи на ней были хаотичны, сбивчивы — пометки, сделанные в разное время, ускользающие обрывки мыслей.

Свет безжалостен к зрению, но без зрения нет понимания света, очертаний, цветов и оттенков, близи и дали. Кто-то считает это философской лирикой, а кто-то — непреложным фактом.

Из этого состоит магия.

Дар Видящих несколько отличается от неё, хотя тоже связан со зрением. (?) — проверить

Иногда мне кажется, что судьба пошутила надо мной, связав с семейством Ла-Рхин. Ничем иным это объяснить невозможно.

Готлиб — неудачник. Он спутался с Крадущими Свет, его дар выжгли в наказание, его зрачки были двенадцатилучевыми звёздами — ни одного луча ныне не осталось. Лиза — неполноценная Видящая, зрачки круглые. Наша дочь унаследовала от её рода половинную слепоту.

Никакое физическое исцеление не способно восстановить внутренний магический резерв.

Виту как магессу-Видящую видели давным-давно, но видение оказалось фальшивкой. Пьедестал непогрешимости звёздноглазых пошатнулся.

По словам Готлиба, Виту-Видящую в Храме Тысячи Светил очень ждали. Предполагалось, что она будет видеть то, на что их глаз не хватает. Видеть больше? Шире? Чаще? В чём вообще суть этого дара? Да и можно ли назвать такое даром, когда оно больше похоже на проклятие?

Разочарование, постигшее Видящих, неизмеримо.

А моё разочарование? Я не смогу научить свою единственную дочь тому, что знаю сам. Лиза слишком легко смирилась с тем, что девочка лишена магических способностей, и даже не попыталась просчитать варианты, увидеть возможности… Вита понимает больше, чем её мать, но уже загнана в рамки. Не-маг. Клеймо.

Определённо существует закономерность обретения магических способностей, и я её вычислю.

На этом записи заканчивались. И больше ничего в шкатулке не было.

Почему Александр счёл, что это знание может стать защитой от оружия Крадущих Свет?

Вита искала несоответствие, но видела его не там, где хотела бы видеть.

Она всегда считала, что её рождение, её существование оскорбило отца, пусть он этого открыто не демонстрировал. Как же, знаменитый на всю Эленайю и за её пределами род Бринков, десятки поколений умелых и могущественных магов, — и такой плевок в душу! А выяснилось, что Александр хотел подарить дочери магию, чтобы она не чувствовала себя ущербной, хотел сделать её достойной представительницей фамилии… нет, не так.

Он хотел превратить Виту в подопытного кролика. Он одержим желанием сделать из дочери магессу, без оглядки на её собственное мнение. На фоне Александра Елизавета, категорически отказавшаяся от каких-либо попыток что-либо изменить в Вите, казалась воплощением благоразумия.

— Странно, — пробормотала Вита. Отмеченная второй страница была заметно новее, чем остальные. — В письме Александра содержалось гораздо больше полезной информации, чем здесь.

— Что же там? — Аэнгил подобрался.

— Александр искал способ подарить магию не-магам.

— И нашёл? — заинтересовался маг.

— В теории. Но я не понимаю, причём тут защита от Крадущих, о которой говорилось в его письме…

— Позволишь взглянуть?

Вита снова посмотрела на поблёскивающие символы, потянулась, чтобы подать страницы Аэнгилу, и вскрикнула — бумаги вспыхнули в её руках и в мгновение ока обратились в пепел, припорошивший джинсы.

— Вот верза́! — с чувством выругался (судя по интонации) Аэнгил. Кого он имел в виду — Александра или его коварное заклинание — осталось тайной.

Вита, отряхнувшись, вдруг осознала, что чётко, слово в слово, помнит всё из только что прочитанного — как это было и с письмом. Александр позаботился о том, чтобы она не упустила ни одной детали.

Тщательный осмотр шкатулки ничего не дал: ни двойного дна, ни какой-нибудь записки, завалявшейся под подкладку, не нашлось. Аэнгил даже использовал ещё два заклинания, однако его ожидало разочарование — никаких спецэффектов не произошло.

— И что теперь? — спросил он, снова вернув шкатулку Вите, и чихнул.

— Будь здоров, — машинально ответила Вита. — Не знаю… Наверное, в Гильдию? — она посмотрела на Эилун.

Видящая тихонько рассмеялась:

— Ты ждёшь от нас указаний о том, как поступить, дитя? У тебя есть свои глаза, и за тебя смотреть на дорогу у тебя под ногами никто не станет. Решай.

— Учитывая, какие у меня глаза, я запросто могу заблудиться в трёх соснах, — проворчала Вита, чем ещё больше развеселила Эилун.

— Напрасно жалуешься, дитя. У тебя есть востроглазый проводник, — Видящая хитро прищурилась.

— Я не жалуюсь! — возмутилась девушка. — Я предупреждаю!

— Поэтому положись на проводника.

Опять всевидящие намёки?

— Нам всё-таки необходимо попасть в Имбрэал, даже если мы не дойдём до Гильдии, — проговорил Аэнгил. — Нам. Или же мне одному.

— Ты хочешь идти один? — удивилась Вита.

— Омрачённый Ларм первым делом захочет вернуть себе магию, а это может сделать только регент. Крадущие попытаются похитить его или застать врасплох, чтобы заставить снять Омрачение с Блэймерка, — объяснил маг. — Не исключено, что средством достижения этой цели станут близкие господина Приама или даже кронпринц Павел.

— Мальчик в безопасности, — уверенно сказала Эилун.

— Но Крадущие умеют создавать великолепные иллюзии — фантомов, убедительных до мелочей. Разве что безголосых.

— Господина Приама иллюзией не обмануть.

— Регент уже предупредил Гильдию — и тем самым наверняка разворошил осиное гнездо. Да и те Крадущие, что бежали из Храма, спешат к своим соумышленникам…

— Если только их не занесло на ту сторону Вселенной, — вставил Мирав.

— Это стало бы для нас большой удачей, — согласился Аэнгил. — Но рассчитывать на это не приходится, — скорее уж Крадущие сами высунутся из логова и нападут на господина Приама. В этом случае, надеюсь, нам удастся заманить их во встречную ловушку и с