Академия Квинтэссенция. Поцелуй предателя - Мария Никулина

У меня глаза на лоб полезли.

— Так получается, моего отца осудили незаконно?

Лора кивнула.

— Но есть проблема. Проклятья так просто не снимаются. То есть даже если суд оправдает твоего папу, нет никаких гарантий, что вам удастся спастись.

Я закрыла лицо руками. Одна несправедливость за другой. Да когда же это кончится?!

— Это какая-то ошибка, — я не сдержалась и повысила голос. — Они просто обознались. Надо подать апелляцию. Мой отец невиновен!

Лора уперлась невидящим взглядом в стену напротив.

— А что, если это не ошибка? — Сказала она. — Что, если это злой умысел? Может, твой отец перешел дорогу какому-то влиятельному человеку?

Я вздохнула.

— Дело папы не настолько прибыльное, чтобы кому-то хотелось его отобрать таким изощренным образом. А с влиятельными господами он даже не знаком. Это очень странно.

— Да, странно — не то слово. И тем не менее, кому бы понадобилось так строго и незаконно осудить твоего отца?

От этих мыслей разболелась голова. Лора закрыла книгу.

— Там еще было написано, что такие решения может принять только верховный суд. А ты знаешь, кто у нас верховный судья.

Я нахмурилась.

— Откуда бы мне знать.

— Ну как же, — Лора внимательно посмотрела на меня. — Ты же с ним даже сидела за одним столом.

До меня дошло.

— Отец Эйдана?!

Лора кивнула.

— Лео Фламмель. Верховный судья и один из магистров Игр четырех стихий.

Я вспомнила надменный взгляд этого мужчины в возрасте. Он даже не глянул в нашу сторону. Делал вид, будто нас, простых смертных, рядом не было.

— Папа тоже сидел с ним за одним столом, — сказала я Лоре. — И они даже не переглянулись.

Лора задумалась.

— Значит, это не личная неприязнь. Но такую производственную ошибку допустить невозможно…

— Прощу прощения, что отвлекаю, — услышала я знакомый холодный голос. — Но мне нужно вас опросить.

Мы с Лорой подняли головы. Перед нами стояла Дафна с блокнотом в руках. Я нахмурилась.

— Привет. Очередное расследование? — Сказала я.

— Нет. Все то же.

Я посмотрела на Лору. Та пожала плечами. Дафна бесстрастно глянула на нас.

— Когда в последний раз вы видели Лира Маргаритари?

Лора замотала головой.

— Я с ним не знакома.

Дафна выразительно посмотрела на меня. А, точно!

— Это же тот второкурсник, что с нами в йольской постановке играл?

Земница кивнула. Я напрягла память.

— В последний раз я его видела на Йоль. Мы все сидели за столом в бальном зале. Я с ним особо не общалась. Он сирота, поэтому остался на каникулы в академии. А что такое?

— Лир пропал, — сказала Дафна. — После каникул его никто не видел. Это на него не похоже. В прошлом году он даже на летние каникулы не уезжал. Я навела справки. В деканате лежит записка, что якобы он вернулся в Атлантиду. Написано так: надо оформить опеку над своей младшей сестрой.

— А это разве подозрительно? — Спросила Лора.

— Да. Потому что у него никогда не было никакой сестры. Иначе его бы из Атлантиды не выпустили. Местные законы весьма строги на этот счет.

Мы с Лорой переглянулись. До меня начало доходить.

— Уж не думаешь ли ты, Дафна, что Лира утащило тайное общество? — Спросила я с усмешкой. — Да и куда бы? В подземный лабиринт?

— Да, — Лора поддержала мою шутку. — Или он скрылся, спустившись по дереву со встроенной магической лестницей. Какие только байки не ходят в академии.

Я прикусила язык. Лестница-то существует! Но тогда бы мне пришлось признаться, что я ходила в комнату к Эйдану. Ну уж нет, лишние расспросы мне ни к чему.

Дафна осмотрела нас, как любопытных, но неразумных зверюшек.

— Приятного вечера, — сказала она и ушла.

— Это было странно, — я сморщилась.

— А я Дафне верю, — внезапно сказала подруга. — В стенах академии и правда творится что-то странное.

— Как и в моей жизни. — Я сжалась.

Морти пришел к нам.

— Библиотекарша говорит, что книгу забрали.

— Очень жаль, — протянула Лора.

Я накинула сумку на плечо.

— У меня совсем нет сил заниматься. И настроения.

— Ирен, да забудь ты этого Авариса! — Крикнул Морти. — Хочешь, я помогу тебе в следующий раз с зельем?

Я замотала головой.

— Я и правда устала. Пойду к себе.

— Я тоже, — сказала Лора и встала из-за стола.

— Жаль, — Морти вздохнул. — А я посижу тут. Может, найду что-то полезное для подготовки к испытанию.

Я улыбнулась.

— Спасибо тебе.

Мы распрощались. До общежития шли молча. Ветер стих, но лютый холод подгонял нас поскорее добраться до теплой комнаты. Увы, это оказалось непросто. В коридоре было столпотворение. Я уже думала, как бы протиснуться к нашей двери, но заметив меня, девчонки расступились. Я увидела прямо напротив нашей комнаты несколько букетов из роз, сложенных в красное сердце. Глаза невольно закатились.

— Эх, везет тебе, — сказала Оливия из соседней комнаты. Мне нравилось думать, будто ее нос выглядел приплюснутым из-за того, что она однажды получила по нему дверью, когда подслушивала чужие разговоры. Уж очень она любит развесить уши, а потом смачно посплетничать.

— Тут не на что смотреть, — грозно сказала Лора. — Расходитесь по комнатам, скоро комендантский час.

Удивительно, но наши соседки мигом ретировались. Не думала, что слова моей подруги могут так сильно на них повлиять.

— Как же он меня достал, — вздохнула я.

— Ты уверена, что это Эйдан? — спросила Лора.

— А кто же еще. Он уже так делал на Йоль. Только букет был пышнее. Измельчал.

Я подошла к цветам. С краю букета был воткнут белый конверт. Интересно, он опять написал просто “извини”, или все-таки включил фантазию? Сейчас посмотрим. Конверт в моих руках раскрылся сам. Но там нет письма!

— Ирен, стой! — Крикнула Лора.

Вихрь вырвался оттуда и вцепился в мое лицо тысячью иголок. Меня будто хотели перемолоть, а мою кожу — разорвать на тысячу лоскутков. Я закричала, но мой голос потонул во тьме, а сознание захлебнулось от боли.

* * *

Потолок кружился перед глазами. Я все никак не могла сфокусировать свой взгляд на одной точке. Керосиновая лампа слепит глаза. Еще и голова немного болит…

Наконец-то мне полегчало. Я смогла сесть. Странно. Почему я лежу посреди душевой в воде? Форма прилипла к моему телу, волосы стали тяжелее. Не люблю эти ощущения. Невольно поморщилась и тут же пожалела об этом: по коже на лице мурашками пробежалась боль. К счастью, длилось это недолго.

Лора тут же появилась в дверном проеме. Она была встревожена.

— Ирен, слава богам! Очнулась! Как ты себя чувствуешь?