Блондинка не сдается - Надежда Юрьевна Волгина

В первые дни, когда уволилась с должности переводчицы, я опасалась, что Шарль Дюбуа и дальше будет меня одолевать. Но опасения оказались напрасными. Кажется, француз смертельно на меня обиделся и перестал даже здороваться, когда сталкивались с ним в коридорах отеля. Собственно, меня такое положение вещей устраивало, когда он с каменным лицом проходил мимо, даже не глядя на меня.

А еще я вернулась к переводам на дому. Не в таких объемах, конечно, как раньше. Но и как раньше я бы сейчас не смогла, работая горничной. Но вечерами теперь я была занята, а материальное положение существенно улучшилось. Можно было бы сказать, что жизнь налаживается, если бы не одно «но».

Я скучала по Рикардо. Дня не походило, чтобы я о нем не думала. Вспоминала наши прогулки, разговоры… Частенько перед мысленным взором вставало его улыбающееся лицо. Его забота, шутки… Всего этого мне не хватало. В эмоциональном плане у меня словно наступил вакуум, который я старательно и заполняла работой.

Я даже стала читать про Испанию, особенно про Барселону. Смотрела фотографии, интересовалась отзывами туристов об этой стране. Зачем? Сама не знала. Но почему-то мне казалось, что так я становлюсь ближе к Рикардо.

А еще порой меня посещала грешная мысль раздобыть электронный адрес Рикардо. Сделать это, наверное, было не трудно – достаточно попросить Марину, а она уж вскопает носом землю, а вернее, не слезет с Пал Палыча, пока не раздобудет нужную информацию. Но я понятия не имела, что напишу. Да и вряд ли решусь это когда-нибудь сделать.

- Что это там за столпотворение на ресепшине? – удивленно рассматривала Марина группу горничных во главе со Стеллой, когда мы с ней вышли в холл.

- Ульяна, для тебя тут подарок, - увидела нас Стелла и поманила к себе.

Мы с Мариной подошли ближе и увидели на стойке красивую корзину, полную алых роз. Даже с такого расстояния я уловила тонкий аромат этих божественных цветов.

- А почему мне? – смотрела я то на улыбающуюся Стеллу, то на корзину.

- Потому что Ульяна у нас одна – ты, а здесь так и написано «Для Ульяны», - достала она из цветов небольшую открытку.

- А от кого? – заглянула я в открытку, но там больше не было ни слова.

- А это тебе виднее, - хмыкнула старшая горничная. – Так, девушки, нечего глазеть. Ступайте по домам, - тут же строго распорядилась и первая направилась к выходу.

- Как думаешь, от кого цветы? – задумчиво рассматривала меня Марина.

- Надеюсь только, что не от месье Дюбуа, - перепугалась я.

А потом подумала, что вряд ли он с пьедестала своей обиды снизойдет до такого. Не такой он человек, и слава богу!

Но тогда кто еще мог прислать мне цветы? С гостями отеля я не общалась. Бывало, конечно, приходилось обмениваться парой фраз. Но все они были по делу. Без тени какого-то другого интереса.

- Ладно, бери эту красоту и потопали в кафе, - велела Марина.

Я послушно сняла со стойки корзину, радуясь, что оказалась та не тяжелой. Еще раз пробежала глазами открытку и сунула ее в сумку. Кто бы это ни был, а в цветах он знает толк – розы притягивали взгляд. Хотелось смотреть на них постоянно, как и вдыхать их аромат.

- В эти выходные мы с Пашей едем к моим, - сообщила мне подруга, как только мы сделали официантке заказ.

Ну а белое сухое вино мы заказали раньше и уже дружно потягивали из пузатых бокалов. Как же я, оказывается, соскучилась по посиделкам с Мариной. Скорее бы она уже вернулась домой.

- Волнуешься? – просила я и бросила украдкой взгляд на цветы. Кто же этот тайный поклонник? – снова мелькнула мысль. Но ни единой догадки в голове не зародилось.

- Еще как! Я ж тебе рассказывала про папу, - вздохнула Марина.

Рассказывала. Отец у нее строгий, и в детстве дочь не баловал совсем. Но при этом он очень сильно любил ее. Мама так и шутила, что всех претендентов на руку Марины он будет расстреливать из охотничьей винтовки. Такая, к слову, у них имелась – отец у Марины был заядлым охотником.

- Ну а ты Пал Палыча предупредила?

- Естественно! Только, кажется, он все равно не догадывается, какой прием его ждет.

Мне почему-то представилось, как встречает отец Марины их с винтовкой и строго так спрашивает у Пал Палыча «Пароль!» И не дай бог ответить тому неправильно…

- Ты чего смеешься-то? – возмутилась Марина.

- Да так. Фантазия разыгралась. Не волнуйся, Мариш, всё точно будет хорошо!

Мы отлично посидели, обо всем поболтали. Выпили вина немного лишнего. Но у меня впереди был выходной, а Марина никогда не была такой малолитражкой, как я.

Домой она меня отправила на такси, а сама вернулась в отель, который был совсем рядом.

Корзину с цветами я не забыла забрать и, засыпая, смотрела на розы, пусть и видела в темноте лишь их силуэт.

Глава 46

В долгожданные и вожделенные выходные я решила плотно позаниматься переводами, радуясь, что снова появилась такая возможность.

Прямо с раннего утра и засела. Налила себе большую кружку чая, сделала несколько маленьких бутербродов и включила ноутбук.

В почте меня ждало несколько новых заказов. Тексты небольшие, платили за них не вот тебе по-царски, но лишние деньги мне сейчас точно не помешают. Да и занималась этим я с удовольствием.

Но первым делом я решила почистить почту от ненужного мусора – рекламы, рассылок, спама…

- А это что такое? – пробормотала я, увидев письмо без темы. И уже хотела удалить его как спам, но вчиталась в адрес отправителя. – RedRik, - прочитала я латиницей. – Странно…

Открыла письмо и сразу же как ненормальное скакнуло сердце. Аж больно стало.

Письмо было от Рикардо. Интересовался он, как у меня дела, как живу… Ничего особенного – стандартный набор слов. Но почему-то мне казалось, что скрывают они в себе гораздо более глубокий смысл. Ну или мне просто хотелось так думать.

Как он узнал мой электронный адрес? Хотя, вряд ли это так уж трудно сделать, учитывая, что, кажется, его я указывала в анкете при приеме на работу в отель отца Рикардо.

Я снова перечитала письмо и поймала себя на том, что сижу и глупо улыбаюсь. А еще мне хочется прямо сейчас ответить на письмо. Что я и сделала…

«Привет, Рикардо! У меня всё хорошо. Продолжаю работать в отеле и теперь вот снова занимаюсь переводами…»

Я остановилась, понимая,